Мне очень жаль

Yuri!!! on Ice, Wang Yibo (кроссовер)
Джен
G
Завершён
9
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Ван Ибо устал, а Юра напился.
Посвящение:
Посвящается fagocitiruyu и её знаменательному дню!
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
9 Нравится 4 Отзывы 0 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Ван Ибо устал. Круги у него под глазами были уже примерно как у енота. Лю Сян отравился и не мог его сопровождать, поэтому к нему приставили кого-то из местных. Огромного парня по имени Егор. Егор стоял перед дверью, неподвижный как скала посреди бушующего штормового моря. Жевал жвачку и смотрел на Ван Ибо с жалостью. Из-за этого Ван Ибо и самому было себя жаль, но он этого не показывал, конечно. Еще Егор не разговаривал. И Ван Ибо начало казаться, что он с большим удовольствием выпрыгнет из окна гостиницы, чем будет продолжать жить такую жизнь. — Куда, — по-русски спрашивает Егор. Из-за того что Ван Ибо не понимает русского, Егор говорит специально очень медленно. С тем же успехом он мог бы говорить задом наперед или на арабском, но Ван Ибо смиряется и чувствует родство с собаками. — Вниз, — говорит он на китайском и показывает пальцем на красный ковровый пол. В свете гостиничных люстр (очень богатых) лысина Егора блестит с угрозой. Сам Егор выставляет вперед челюсть и щурится. Наверное, это облегчает для него незнание чужого языка. Ван Ибо его не осуждает. Он вообще никого не осуждает, он просто хочет выйти из гостиничного номера и немного развеяться. Выяснить, что в Москве есть что-то кроме четырех стен, минибара и Егора. Он догадывается, что есть, ему просто хочется в этом убедиться. — Хорошо, — решает Егор. Это слово Ван Ибо знает, потому что оно идиотское и его здесь говорят, когда с чем-то соглашаются. Такой поворот устраивает Ван Ибо настолько сильно, что он даже немного поскуливает, когда вздыхает. Егор морщит лоб перерастающий в лысину, по которой катится свет от дорогих люстр и натужно уточняет: — Ол райт? — Да, — говорит Ван Ибо, умудряясь даже это выговорить с акцентом. Егор не знает английского. Разумеется-разумеется. В баре грохочет битое стекло и кто-то орет: — ...да чтоб вы сдохли! — когда Ван Ибо туда с большим интересом заходит. Слова отзываются в его душе надеждой на что-то интересное. Пожалуйста. Егор берет его за локоть и говорит: — Не ол райт. Ван Ибо почти готов заплакать. Он начинает незаметно, насколько это возможно, выворачиваться из толстых пальцев Егора, но тот кажется взял его не только за рукав толстовки, но и за кожу, так что это будет проблематично. — Ебаный ты свинорылый козел! — орет человек очень близко, а потом врезается в Ван Ибо, потому что все это время он, оказывается, бежал в его сторону. Они сталкиваются и валятся на пол, прямо Егору под ноги, и тот решает, видимо, что все это не в его компетенции, потому что остается стоять, меланхолично жуя жвачку. “Реакция у него так себе”, — решает Ван Ибо, изучая зелено-желто-малиновых медуз, вереницей проплывающих у него перед глазами. В затылке гудит, он кажется содрал кожу на предплечье, а локоть незнакомца упирается ему в солнечное сплетение. — Чувак, — говорит человек, и от него страшно несет перегаром и возмущением. — Ну ты откуда тут взялся-то. — Донт спик, — с тоской говорит Ван Ибо и, проморгавшись, видит по-неживому зеленые глаза. — А-а! — пьяно догадывается человек и щелкает пальцами, той самой руки локоть которой уперся Ван Ибо в живот. Он пытается что-то сделать. Встать, наверное. Со стороны выглядит так, будто бы он елозит по телу Ван Ибо в поисках самого мягкого его места, чтобы воткнуть туда свой острый локоть. Что совершенно бессмысленно, потому что он уже преуспел с первого раза. — Юра! — кричит кто-то, а потом человека, наконец, стаскивают с Ван Ибо и поднимают на ноги. Дышать становится легче, но холоднее. Ван Ибо кое-как садится и смотрит на человека снизу вверх. Он тощий и мелкий. Настоящий карлик. Как он умудрился сбить Ван Ибо вместе с его прессом и мускулами — загадка. — Я извиняюсь, — говорит какая-то женщина Егору, как будто Ван Ибо его тупой младший братишка, который за себя не в состоянии отвечать сам. — Не страшно, — говорит Егор как-то смущенно и улыбается. Ван Ибо моргает и смотрит на коротышку. Тот пьяно качается и толкает женщину, чтобы та его отпустила, но она твердой рукой обнимает его за плечи, и улыбка у нее каменная. — Ты, — говорит коротышка, глядя на Ван Ибо очень внимательно и так сурово, что тот бы вспотел, если бы ему не было здесь постоянно холодно. Он сглатывает и наклоняется поближе, так что до Ван Ибо долетают ароматы всего, что он выпил за вечер. Смешанного в одно большое ведро. — Ты нормальный чувак. Ван Ибо моргает, потому что он до сих пор не понимает по-русски, но кажется не отказался бы прямо сейчас. — Найс гай, — с нажимом добавляет человек, видимо, заметив его выражение лица. — Юра, блять… — начинает женщина угрожающе. И Ван Ибо решает, что он наверное все же поторопился, потому что кое-что по-русски он понимает. В этот самый момент. Момент так редко посещающего его здесь триумфа, человек склоняется над вытянутыми ногами Ван Ибо и наглядно показывает, сколько именно жидкости может уместиться в человеческом желудке. Ван Ибо успевает сообразить только, что его ногам стало как-то теплее, чем было до этого. “Пока-пока, Найки за пять соток”, — хладнокровно думает Ван Ибо, изучая намокший, ставший бордовым у него под ногами ковер. На штанине висит одинокий и усталый, плохо пережеванный огурец. — Блять, господи, простите ради бога, — говорит женщина монотонным голосом полным таких страшных обещаний, что знать русский для того, чтобы это понять, в общем-то и не надо. “Найс гай” не извиняется. Он поднимает на Ван Ибо огромные глаза, вытирает рукой дрожащие губы и по щекам у него градом начинают катиться огромные пьяные слезы. Ван Ибо почему-то резко забывает о своих обблеванных ногах. — Ю ту, — говорит он неловким ртом. — Найс гай. Что, конечно, совсем не похоже на правду, но бухому в жопу блевуну мгновенно становится легче, и он улыбается сквозь слезы. Поэтому Ван Ибо тоже как-то приободряется. И пока женщина утаскивает все еще пьяного паренька, который лепечет что-то, что Ван Ибо не понял бы, даже если бы он был трезв, Егор наконец отмирает. Одним движением он поднимает Ван Ибо на ноги вместе с его мускулами и прессом, отряхивает ему спину здоровенной рукой, и это больше похоже, конечно, на то, что он пытается выбить пыль из ковра. — Юрий Плисецкий, — со значением говорит он Ван Ибо на ухо, как будто это что-то должно для него значить. На середине этой мысли Ван Ибо замирает и поворачивается к Егору с открытым ртом. Тот кивает и важно говорит: — Да. “Да,” — потрясенно думает Ван Ибо с омерзением стряхивая с ноги тоскливый огурчик. Наверное, хорошо, что мама отговорила его идти в спорт.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Yuri!!! on Ice"

Ещё по фэндому "Wang Yibo"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты