ГРАНЬ

Подросток лежал поперёк широкой кровати и походил на свернувшуюся куколку шелкопряда из толстого пухового одеяла. Будильник прозвенел с полчаса назад, а бабочка всё никак не желала являть себя миру. Депрессия, связанная с переездом в другой город, продолжалась. Вследствие чего налицо были подростковый бунт и любимое закукливание. Свёрток на кровати чуть вздрогнул и напрягся, услышав быстрые шаги по коридору, а затем резкий удар открывшейся двери. – Крис! Немедленно вставай, ты опоздаешь в школу! – раздался раздражённый голос матери над головой. – Я никуда не пойду! – недовольно буркнул подросток, плотнее закутываясь в одеяло и сворачиваясь клубочком. – Нет, ты пойдешь! Потому что это самая дорогая и элитная школа в городе. И мне стоило огромных трудов устроить тебя туда. – Знаю я, какие это труды! – огрызнулся подросток. – Очередной любовник с огромными деньгами и нужными связями. – Кристиан Райт! – в голосе матери появились жёсткие стальные нотки, она вовсе не собиралась отчитываться перед собственным сыном; женщина начинала злиться: – Ты сейчас же оторвёшь свой никчёмный зад от постели и отправишься в школу. – Ненавижу тебя! – крикнул подросток, скидывая одеяло и вскакивая с постели. Кулачки сжаты, щёки лихорадочно горят от гнева. – Мне нравится моя старая школа, у меня там друзья, а ты снова вмешиваешься и пытаешься испортить мне жизнь. – Стайку нищих оборванцев ты называешь друзьями? – Мои друзья не оборванцы, их родители вполне обеспеченные люди! – возмутился подросток. – Не смеши меня, Кристиан! Мой сын достоин лучшего, как и его мать. Запомни уже раз и навсегда. Этим миром правят деньги, деньги и ещё раз деньги, и у кого их больше, тот и заказывает музыку. И прекрати уже по каждому поводу закатывать свои глупые подростковые истерики! Я сыта по горло твоими капризами! – женщина зло глянула на сына. – Через пять минут не спустишься вниз - позову Влада, и он силой отвезёт тебя в школу, а ты ведь этого не захочешь. Верно, Крис? Больше не говоря ни слова, мать вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. – Ненавижу! – устало выдохнул Кристиан уже без злости, скорее обречённо, в очередной раз смирившись с неизбежным и со своим незавидным положением в этом несправедливом мире. Он снова проиграл и уступил матери. Тяжело вздохнув, Крис прошлёпал в ванную, быстро принял душ и почистил зубы. Настроение было отвратительное, хуже некуда. Надевая тёмно-синюю форму новой школы с вышитой золотой буквой “V” на нагрудном кармашке, Крис чуть не заплакал от обиды, ему так отчаянно захотелось стать взрослым и независимым, что он с трудом сдержал слёзы и, проглотив вставший в горле ком, спустился в холл. Мать сидела в гостиной, попивая утренний кофе и болтая с кем-то по телефону, на сына она даже мельком не взглянула. – Я ушёл! – словно в пустоту, самому себе сказал Крис, выходя из дома. Подросток грустно вздохнул: “Даже от телефона не оторвалась. Могла бы хоть "пока" сказать для приличия. Или рукой на прощание махнуть”. Его всегда глубоко ранило холодное безразличие матери. Властная, расчётливая, сверкающая холодным великолепием на подиумах, не сходящая с глянцевых обложек журналов, входящая в десятку самых лучших топ моделей мира - и это всё его мама – прекрасная Алисия Райт, носящая громкий титул "Снежной Королевы". Вот только Крис от всего этого чувствовал себя Каем, запертым в ледяном дворце. Мир, в котором его заставляет жить собственная мать, полон роскоши и дорогого блеска, но холоден, как сердце Арктики. ***** Во дворе подростка ждал Влад – личный шофёр, охранник и, по совместительству, нянька для Кристиана. Правда негласно для своего подопечного он был чем-то вроде хорошего друга, старшего брата и отца. Мужчина нянчился с Крисом с пелёнок, заменив ему родную мать, которая всегда отсутствовала вела свою личную роскошную жизнь вдали от сына. Даже когда малыш болел, рядом с мальчиком всегда был только он, большой и добрый нянь, который любил своего подопечного как родного. – Снова поругался с матерью? – спросил Влад, открывая перед Крисом заднюю дверь машины. – Угу. Владу было искренне жаль парня: сидит такой маленький, беззащитный на заднем сиденье, словно брошенный щенок. Огромные зелёные глаза лихорадочно блестят от непролитых слёз; тёмные волосы торчат в беспорядке, видимо даже забыл причесаться от расстройства. Влад видел одинокого пятнадцатилетнего мальчишку, которому нужна любящая мама, а не крутая модель, отсутствующая месяцами и живущая где угодно, но не с собственным сыном. Мальчишку, которому нужна куча друзей и всякого рода подростковые заморочки, стабильность, в конце концов, а не чёртовы миллионы, будь они неладны. За окном машины проплывали красивые современные белоснежные виллы, утопающие в зелени и цветах, с бассейнами и теннисными кортами. Дорога вела вдоль побережья. Крис слышал, как шумит океан, видел, как волны накатывают на песчаный пляж белой ажурной пушистой пеной и отступают назад, словно не решаясь продвинуться дальше. "Красиво, слишком красиво, - думал Крис. - Может всё будет не так плохо, как я думаю. Я смогу привыкнуть, может даже смогу найти друга? – сам себя уговаривал и убеждал подросток. – В конце концов, я всегда привыкал. Людям вообще свойственно ко всему приспосабливаться, на то они и люди”. – Влад! – позвал нерешительно Крис. – Что, малыш? – А мама... всегда была такой? Влад посмотрел на парня в зеркало заднего вида: Крис сидел с задумчивым видом и, не мигая, смотрел в одну точку за окном. В голове мужчины настойчиво всплыл образ из прошлого: красивая худенькая девчонка с сияющими глазами, такая наивная, доверчивая, ранимая, что постоянно хотелось её защищать, оберегать, держать за руку и никогда не отпускать. Крис так похож на свою мать, на ту, которая до сих пор жила в памяти Влада: милую девчонку, а не Снежную Королеву. Той Алисии Райт больше нет, причём давно. А у той, что живёт сейчас, больше нет сердца; вместо него лишь вакуум, пустота, чёрная дыра, которую никто и ничто не в состоянии заполнить. – Нет! – “Вот так просто”, – подумал Влад, вздыхая. – Нет, не была! Мальчишка моргнул, а его задумчивое лицо приобрело, мягко говоря, ошарашенный вид. – Но…как же? – Крис не ожидал услышать, что его мама когда-то была совсем другой, не такой как сейчас. – Послушай, Крис! – Влад чуть помедлил, собираясь с мыслями, затем продолжил: – Твоя мама была безумно красивой молодой и наивной девчонкой, она только-только начинала свою карьеру модели. Я точно не в курсе всех деталей, но знаю, что она влюбилась по уши и бесповоротно. И не просто в парня, а в парня из очень богатой и влиятельной семьи. – Он бросил её! – тихо произнес Крис. Он не спрашивал, он утверждал. – Да, бросил! Вернее его родители заставили. Парень был помолвлен с девушкой из другой очень влиятельной семьи. Он не имел права отказаться. – Всё потому, что моя мама не соответствовала их уровню? – Крис, у богатых свои законы и свои правила. Ты должен понять свою мать. Я не оправдываю её поведение и того, как она относится к тебе. Но ты должен постараться понять: в ней что-то сломалось после этого, умерло и ушло навсегда. – Сломалось? Влад, она же превратила свою жизнь в состязание, словно это игра. Она же хочет доказать - не себе или кому-то, а тому, кто бросил её, - хочет доказать, что они равны, что она так же богата, как он. – Твоя мама никогда не сможет сравняться с ним, даже если выйдет замуж за президента. Лицо мальчишки ещё больше вытянулось. – Он что, царь или бог? – нервно сыронизировал Крис. – Ну, не так круто, конечно, но весьма похоже. – Кто же может быть круче президента? – задумчиво протянул Крис. – Забудь! Забудь о нём, малыш. И о прошлом своей матери забудь, той Алисии Райт больше нет. Теперь есть только Снежная Королева и её дурацкие игры. В любом случае мы ничего не можем сделать, здесь мы бессильны, и не нам её судить. Однажды она сама поймет, на что растратила свою жизнь и о многом пожалеет. – Может ты и прав, Влад, вот только боюсь, что, когда она поймет, будет слишком поздно, тогда я уже не смогу её простить. Влад с какой-то внутренней грустью и тоской посмотрел на своего подопечного и про себя добавил: “Мой маленький Кристиан, ты уже не можешь её простить!” Больше они не разговаривали до самой школы. ***** Крис вышел из машины и тут же засунул руки в карманы брюк, чтобы никто не увидел, как у него от волнения дрожат руки, ссутулился, втянул голову в плечи и стал походить на взъерошенного воробья. – Влад, пожелай мне удачи? – попросил подросток и ещё больше нахохлился. Большой добрый Влад мягко улыбнулся и потрепал своего подопечного по голове, приводя волосы в ещё больший беспорядок. – Не дрейфь, малыш! – подбодрил Влад, положив свою большую тёплую ладонь на плечо Криса. Затем довольно критично осмотрел вверенного ему мальчишку и всё-таки чуть пригладил взъерошенные тёмные волосы, по крайней мере, попытался придать им более приличный вид. Пока он проделывал всю эту манипуляцию с волосами, подросток что-то бубнил про то, что он мелкий, новенький, слабак, что никого не знает, что они такие все из себя, богатые, избалованные и что все обязательно его будут чморить. – Всё будет хорошо, – встряхнул его за плечи Влад, – ты же такая лапочка. И вообще, таких красавчиков ещё поискать надо, они обязательно полюбят тебя. Вот увидишь. – Фу тебя, Влад! – засмущался подросток и надулся, как мышь на крупу, за слова "лапочка" и "красавчик". – Говоришь так, будто я девчонка. Влад громко засмеялся, а потом уже серьёзней сказал: – И не забывай: ты нисколько не хуже их и уж точно не беднее. И вали уже, а то опоздаешь. Заберу тебя в три. Крис тяжко вздохнул, закинул сумку на плечо и поплёлся к зданию школы. Ноги были словно ватные и слегка дрожали, он порядком трусил. Проходя мимо незнакомых парней и девчонок, он чувствовал, будто все таращатся на него как на чудаковатый экспонат в музее. Крис ощущал, что его щёки лихорадочно горят от смущения. Страх готов был перерасти в панику, а там и до истерики рукой подать. Он всегда один и не привык общаться со своими сверстниками. Крис помнил, с каким трудом он завёл парочку друзей в своей бывшей школе, как тяжело шёл на контакт с одноклассниками, как привыкал после очередного переезда. И вот снова да ладом. Опять новый город, новый дом, новая школа, да и новые ребята. Совсем другие: отличаются, как небо и земля, от тех, с которыми он учился в прежней школе. Девушки - прямо модели - красивые, высокие, ухоженные. Парни тоже не хуже, выглядят впечатляюще и довольно круто. И почти у всех читаются высокомерие в глазах, чувство превосходства и холодное презрение. Крису казалось, что он самый маленький среди них, худенький, словно заморыш, и от этого становилось совсем не по себе. – Соберись, тряпка! – грозно самому себе приказал Крис и отправился на поиски кабинета директора.