ГРАНЬ

Крис очнулся, лёжа на животе, ощущение, что всё тело горит, преследовало даже во сне. Проснувшись, Крис почувствовал, что болезненные ощущения стали ещё ярче, его постоянно трясло и знобило. Он снова в комнате, которую ему выделил Рей. Крис уставился в стену и ощутил только страшную опустошённость. Он впервые почувствовал, что ничего не хочет и ни к чему не стремится, даже желания рисовать не было. Его словно выпотрошили, оставив только тело и имя. К нему снова никто не приходил, только Грей забегал три – четыре раза в день, смазывал кожу охлаждающим гелем и уходил. Он ничего не говорил и ни о чём не спрашивал. Крис был благодарен за понимание, ведь меньше всего ему хотелось общаться. Когда-то, ещё в начальных классах, он сильно страдал от нехватки общения со сверстниками, а теперь даже рад, что его никто не трогает. Алан приходил только в первый день, когда он очнулся, чтобы убрать капельницу, больше Крис его не видел. Кожа заживала, начинала чесаться и облазить, зато больше не горела огнём и не болела. Крис даже смог наконец-то спать на спине, несколько дней это было непозволительной роскошью. К концу недели к нему заглянул Рей и кинул ему сотовый. – Звони своей матери! – приказал Сандерс. Крис с непониманием уставился в глаза Рею. – Звони и причитай, как тебе фигово! Хочу, чтобы твоя мамаша узнала, как я тебя достаю и издеваюсь над тобой, – зло проговорил Рей, и его глаза опасно прищурились. – Не заставляй меня применять силу. Крис заволновался. Рей видел, как парня затрясло, видел, как мальчишка опустил глаза и нервно сжал телефон в руках. – Ну! – рыкнул Рей. – Я не могу, – тихо прошептал Крис, замотав головой. – Я не стану повторять дважды! Звони! – Рей чувствовал, как закипает внутри ярость. – Я хочу, чтобы она знала, что это я тебя избил, и про крышу расскажи. Пусть поволнуется. – Ты не понимаешь, – голос Криса был почти бесцветным, Рей еле разобрал тихий шёпот. – Что я не понимаю? – раздражённо спросил Рей и схватил парня за грудки, подтягивая ближе, чтобы видеть его лицо и глаза, чувствуя, как сжался мальчишка, даже будто ростом стал ещё меньше. – Ей всё равно! – голос Криса дрогнул и будто пропал совсем. – Что? – Рей явно не догонял. – Я боюсь услышать то, что она скажет, – Крис чуть не плакал. – Пожалуйста, не заставляй меня! Рей оттолкнул от себя мальчишку, тот устало плюхнулся на кровать и тут же ссутулился, ожидая, когда Рей начнёт его избивать за непослушание. Крис безумно боялся, что услышит обвинительную речь собственной матери, что он всё выдумывает, что просто решил снова привлечь к себе её внимание. Даже если он пожалуется и расскажет всё: как его унижают, как избивают, как привязали на крыше на целый день, она не поверит и грубо скажет, что он снова ей мешает и только отвлекает от работы. Рей ухватил Криса за подбородок, приподнял его голову, заставляя смотреть себе в глаза, наклонился так близко, что мальчишка почувствовал, как дыхание Дракона опалило губы. От столь близкого контакта по коже пробежали мурашки, и всё тело прошил крошечный разряд, стало жарко от прихлынувшей к лицу крови. Крис нервно сглотнул. Рей очень чётко, завораживающе прошептал в самые губы: – Я не люблю, когда мне перечат и не выполняют мои приказы с первого раза! Дракон смотрел в большие изумрудные глаза, и ему требовалась вся его сила воли, чтобы не поцеловать эти волнительные губы. Чуть пухленькие для парня, они придавали Крису слегка девчачий вид. – Либо ты сейчас звонишь своей мамочке и начинаешь петь о том, как тебе фигово, либо я отымею тебя прямо здесь и сейчас похлеще Рамона, и заметь, совершенно бесплатно. И уж поверь, я не буду нежным. Так что ты выбираешь? – Дракон облизнул губы и хищно улыбнулся. Крис зачарованно, с примесью страха смотрел в такие красивые золотистые глаза Рея и не видел в них тепла, только холод и вожделение. – Хорошо! – Крис покорно опустил глаза, он больше не мог смотреть в лицо Рея, он больше не хотел видеть на нём лёд и презрение. – Я сделаю, как ты просишь, только я буду говорить по громкой связи, чтобы у тебя потом не возникло вопросов. – Отлично! – сказал Рей и отстранился. – Так даже интересней. Крис тяжело вздохнул, глядя на телефон, будто в его руках был не сотовый, а, как минимум, детонатор. Руки дрожали, и мальчишка то и дело нажимал не те цифры, чем сильно раздражал Рея. В конце концов, номер был набран, и в трубке послышались длинные гудки. “Пожалуйста, – взмолился про себя Крис, – только не подходи к телефону!” Но видимо у Бога были свои планы насчёт парня, или он явно чем-то провинился перед ним. Крис услышал высокомерный голос матери. Сердце сжалось и куда-то ухнуло. Такой родной голос, он бы хотел его слушать и слушать, но в этом голосе звенело раздражение, высокомерие и лёд. От холода матери мальчишка почувствовал, как его зазнобило. Стужа ощущалась почти физически. Арктика отдыхает! – Алло, мам! – робко, почти заикаясь, пробубнил мальчишка. – Это я, Крис! – Кристиан Райт! Я, кажется, запретила мне названивать по пустякам и отвлекать меня от работы. – В голосе матери ещё сильней проступило раздражение. – Но это не пустяк! – промямлил Крис и поднял глаза на Рея, хотелось видеть его реакцию, но тот сидел, вальяжно развалившись в кресле, и по его лицу невозможно было определить, что он чувствует. Дракон скорее был сосредоточен, собран и просто отстранённо наблюдал. – Да? И что на этот раз? – фыркнула мать. – Я более чем уверена: снова начнёшь ныть по поводу и без повода. – Мама, пожалуйста, забери меня из "Вассари"! Я согласен на любую другую школу, даже закрытого типа. – Крис говорил быстро и сбивчиво, он уже знал, какой ответ получит, но ведь Рей не знал, он хотел этого разговора, теперь пусть услышит лично. – Я не пришёлся им по вкусу, меня здесь все ненавидят, меня постоянно бьют и унижают. Мамочка, пожалуйста! Я тебя умоляю, забери меня! – И только из-за этого ты мне позвонил? Снова начал свое нытьё? – голос матери зазвучал гневно, с раздражением. – Кристиан Райт! Мы обсуждали этот вопрос и не раз, "Вассари" - дело решёное. Ты закончишь именно эту школу, потому что я так решила, и я так хочу. Это не обсуждается, и лучше тебе закончить её с отличием, если не хочешь меня разочаровать. – Мамочка! Пожалуйста…! – Нет! Нет, и ещё раз нет! – рявкнула мать. – Мама…! – голос Криса дрогнул, он замолчал, не зная, что сказать, как достучаться до неё? – Есть один парень, он очень сильно ненавидит тебя и использует меня, чтобы отомстить тебе, хочет, чтобы ты страдала. Он обращается со мной, как с рабом. Он издевается надо мной. Мама, я не знаю, что он со мной сделает? Пожалуйста, мамочка! – Ты закончил? – холод, равнодушный холод в голосе матери, и ничего кроме него. “Так не бывает! – подумал Крис и из глаз потекли слёзы. – Ни одна мать не может так ненавидеть собственного ребёнка”. – Мам…! Я …! – Крис не сдержал судорожный всхлип, слишком больно осознавать, что ты просто пустое место не только для чужих людей, но и для собственной матери. – Я в последний раз тебя предупреждаю: не звони и не приставай ко мне со своими глупостями. У меня нет ни времени, ни сил выслушивать твое нытьё. Я более чем уверена, что ты всё сочинил. Я так понимаю, ты надеешься меня разжалобить, чтобы снова увидеть своих нищих оборванцев? Никогда! Слышишь?! Ты никогда не вернёшься в тот город, в ту школу и тем более к своим дружкам. Ты всё понял?! – Да…мам! – Крис сказал это уже в пустоту. Мать бросила трубку, больше не желая с ним разговаривать, и его слова смешались с быстрыми гудками. Мальчишка сидел, словно громом поражённый, не отрываясь, смотрел на телефон в своей руке, из глаз текли слёзы. Даже того равнодушия, что он приобрел за эти дни, не хватило, чтобы сдержать их. Крис, не глядя Рею в лицо, протянул ему телефон: – Ты доволен? Теперь я могу остаться один? – Крис почувствовал, как из его пальцев исчезает злосчастная трубка. Рей молча вышел из комнаты, что-то говорить не имело смысла, всё было предельно понятно и без слов. Крис, оставшись один, упал на кровать и, зарывшись лицом в подушку, разрыдался от всей души, дав волю горючим слезам. Как долго он сдерживал их, как долго они душили его, не давая свободно вздохнуть?! Дракон стоял за дверью комнаты Криса, прислонившись к ней спиной, он прекрасно слышал судорожные всхлипы и шмыганье. Телефонный разговор вверг его в настоящий шок. Он рассчитывал на недовольство, может даже на грубость, но такое ледяное безразличие к собственному ребёнку. “Монстр! – единственное сравнение, которое приходило на ум. – Даже звери не бросают своих детей!”. Стало даже как-то противно и мерзко от того, что заставил парня пройти через подобное. Рей подумал: “А если бы Алисия вдруг узнала, что её сын погиб, тогда она что-нибудь почувствовала бы?” Почему-то Рею казалось, что нет. Хотя может только такая крайность и способна задеть чёрствое ледяное сердце Снежной Королевы. Это с учётом, если оно у неё вообще есть? ***** Время скользило, оно не могло остановиться. Снова школа, снова издёвки. Спустя время они стали чуть меньше, не так радикальны и агрессивны, но до конца не исчезли. Людям, видимо, свойственно пресыщаться однообразием. За всё это время Криса несколько раз избивали дружки Заславского, иногда и в его присутствии. Несмертельно, и никогда не били в лицо, чтобы не оставлять следов, а те, что украшали тело, хорошо скрывала одежда. Крис знал, что Марго в курсе, он был уверен, что именно она их и подговаривала. Рей оставил Криса в покое, он и Сет просто старались игнорировать его присутствие рядом. Мальчишка обедал отдельно от всех, в школу ездил в другой машине. Это была личная просьба Сета, чтобы как можно реже видеть парня и не чувствовать его рядом с собой. Марго его поддержала и, радуясь, ещё старательней стала обхаживать Рея. Крис был не против, что его оставили в покое. Единственное, очень сильно давило чувство одиночества и не отпускало странное желание быть ближе к Рею и Сету. Несмотря на их отношение к нему, он почему-то скучал по парням. Чтобы хоть как-то отвлечься от тягостных и грустных мыслей, Крис налёг на учёбу: он слишком много пропустил, и нужно было многое наверстать. Тем более ему нужны были пятёрки. Время текло сквозь пальцы, и уже приближались осенние каникулы. Сет поставил Рея в известность, что поедет на каникулы к матери, он не видел её уже год. Рей знал, что Сет просто хочет побыть один, вдали от мальчишки, ему нужна передышка. Парень хочет немного отвлечься и Дракон уважал его решение. “Так будет лучше для всех! – считал Рей. – Особенно для Сета”. Сандерс сам до конца не осознавал, почему до сих пор удерживает Криса рядом с собой. Он не мог позволить себе интересоваться им. О мести после того мерзкого телефонного разговора он как-то и не думал, парень просто жил в его доме, словно тень, они почти не общались. Так почему он всё ещё держит его рядом? Один раз в неделю Крис виделся с Владом. Грей привозил и отвозил его в строго отведённые для этого часы. Только тогда мальчишка расцветал и начинал улыбаться, в остальное время он походил на призрака – такой же тихий и молчаливый. И вот Крис стоял у окна в гостиной и видел, как уезжает Сет, его не будет целых десять дней. Красивые бело-серебристые волосы были собраны в небрежный хвост на затылке. Ветер красиво трепал отдельные пряди и всё время бросал их в лицо, от чего Сету приходилось постоянно заправлять непослушные волосы за уши. В какой-то момент блондин почувствовал чей-то взгляд, резко повернулся и посмотрел в окна на втором этаже, но никого не увидел, хотя мог поклясться, что заметил, как дёрнулась прозрачная занавеска. Крис стоял сбоку от окна, прижавшись спиной к стене, и его сердце взволновано билось в груди. Он чуть не спалился. Мальчишка всегда украдкой наблюдал то за Реем, то за Сетом. Несмотря на все неприятности, он всё равно испытывал странное влечение к обоим парням. “Безумие, это какое-то безумие!” – твердил про себя мальчишка, стараясь подавить в себе чувства, которые пугали и одновременно завораживали. Крис хотел понять, что он чувствует к Рею и Сету. С виду они были чем-то похожи, оба красивые, Крис бы даже сказал, что очень. Недаром все девчонки в школе сохнут по ним, да и вне школы тоже. Оба высокие и сильные, у них много общего: одни интересы и увлечения, но по характеру они отличаются как день и ночь. Сет более мягкий, добрый, отзывчивый, с ним легче найти общий язык, он проще в общении. Рей, наоборот, слишком суров, хотя в душе намного мягче, чем кажется, прямолинеен, нетерпим к людям, слишком амбициозен и эгоистичен, предпочитает запугивать людей, чем идти на компромисс, несдержан и вспыльчив. Но Крис до сих пор иногда вспоминал, каким нежным может быть Дракон, он помнил легкие касания его губ, совершенно невесомые и такие чарующие. Крис не знал, кто ему нравится больше, его влекли оба, и это ещё больше сбивало и приводило в смятение чувства.