ГРАНЬ

Город готовился к Новому году. В воздухе летал запах Рождества. Красиво оформленные витрины сверкали от обилия мишуры, ёлочных игрушек и разноцветных гирлянд, переливающихся и меняющих свои огоньки от белого до красного и ярко-синего. Крис смотрел на город, а на его лице блуждала улыбка. В предвкушении новогоднего чуда всё казалось чудесной сказкой, которая вот-вот непременно ворвётся в его жизнь. Даже отсутствие снега в этом регионе не омрачало предпраздничного настроения, хотя очень хотелось белых холодных хлопьев, падающих с неба. В голове проносились мечтательные образы, где он с Сетом и Реем дружно лепят снеговика, катаются на коньках, на лыжах, играют в войнушку, закидывая друг дружку снежками. Он обязательно замёрзнет, и Рей с Сетом, будут отогревать его ледяные ладошки своим горячим дыханием, сидя у камина. А потом будут праздничный ужин и куча подарков. Именно подарки почему-то настойчиво выплывали на первый план. Крис мечтал о настоящих подарках и мечтал сам дарить их. Он знал, что снова получит чек от матери с шестью нулями, но также знал, что Сет и Рей не такие, они не станут дарить деньги. Парни обязательно ему что-нибудь подарят. Неважно что, да хоть брелок для ключей, и обязательно красиво упакуют в яркую блестящую бумагу. Крис представлял, как в радостном предвкушении будет срывать её, предварительно развязав красивый пышный бант. На такой радостной волне он, в сопровождении Грея и Влада, зашёл в ювелирный магазин. Ярко освещённые стеклянные витрины пестрели от обилия драгоценных камней и золота. Колье, кольца, серьги, подвески - всё выглядело дорого, изысканно, красиво. У Криса даже глаза разбежались от такого изобилия и разнообразия. Подросток стал прохаживаться взад-вперёд, он никак не мог определиться с выбором. – Влад, я никак не могу выбрать, – грустно пролепетал подросток. Мужчина потрепал своего подопечного по голове и сказал: – Ты просто переволновался. Ты ведь впервые выбираешь подарок тем, кого любишь, да ещё столь символичный. – Просто у меня такое чувство, что это уже не самая лучшая идея, – Крис вздохнул, попутно разглядывая ряд платиновых печаток с россыпью бриллиантов. – Рей такой богатый, у него, наверно, подобного добра завались? Вдруг мой подарок окажется для него очередной дешёвкой, и ему не понравится? Да я честно и не видел, чтобы он носил что-нибудь из украшений, кроме кольца клана. Мне кажется, Рей не любит всё это. Подросток ещё больше приуныл, вглядываясь в самые дорогие украшения. На помощь загрустившему мальчишке пришёл Грей: – Крис, цена не имеет значения! Когда даришь что-то, главное - это значение, смысл. Ну и, конечно, что подарок дарится от всей души, с любовью. Это как с котятами, – привёл пример Грей, глядя в глаза мальчишке. – Они стоили всего десять баксов, но каким шагом они стали на пути к вашему примирению! Только представь, если бы Рей в тот момент подарил тебе что-то очень и очень дорогое, что бы ты подумал? – Что он хочет купить меня, вернее моё прощение! – уверенно сказал Крис, нисколько не сомневаясь в правильности своей мысли: “Я бы и вправду так подумал”. – Вот видишь! – улыбнулся Грей. – Для тебя была важна не стоимость подарка, а то, что Рей искренне раскаивается. Что на тот момент он подумал о твоих чувствах и желаниях, а не о том простишь ли ты его. Конечно, Дракон в душе надеялся и пытался угодить тебе, ища прощения, но всё-таки в первую очередь он думал, чего тебе действительно не хватает, что могло бы доставить тебе радость. – Грей прав, малыш! – Влад приобнял Криса. – Не думай о стоимости и не думай, что чем крупнее бриллиант, тем круче. – Но я всё равно не знаю… Хочется что-то необычное и чтобы было не как у всех. Да ещё чтобы олицетворяло только нас троих. – Ну вот! Ты сам сказал - вас троих! А три - это значимое число. Единение трёх начал – называется триединством, а это уже символ! Вот смотри, – Влад достал из нагрудного кармана блокнот и авторучку и принялся рисовать, наглядно показывая парню тот самый символ. – Кстати, к тройке можно отнести и треугольник – это тоже символ. Можно поискать что-нибудь треугольной формы. – У меня идея! – сказал Грей и отобрал у Влада блокнот. Он заключил нарисованный символ в треугольник и показал Крису. – Здорово смотрится! – выдохнул подросток. – Мне нравится, только надо решить, что это будет: кольцо или подвеска. – Думаю, такая форма больше подошла бы к подвеске. Но я знаю, что Рей, кажется, не любит цепочки, – рассуждал Грей. – По крайней мере, я ни разу ни одной не видел. Крис тут же приуныл: – Вот как?! Рей не любит цепочки. Кольца, похоже, тоже не жалует. А ухо у него, как и у меня, не проколото. Что же делать? – Думаю, проколоть ухо не проблема! – сказал Грей и взлохматил Крису волосы, подбадривая. – Ради тебя и твоего подарка Рей проколет что угодно. И не только ухо, будь уверен. – Я тоже так думаю! – согласился Влад. – Такая форма идеально подходит к серёжке. Думаю небольшой гвоздик такой формы будет красиво смотреться в ухе, не привлекая слишком пристального внимания со стороны, будет аккуратно выглядеть и не вызывать лишних неудобств. Думаю серьга именно то, что нужно. Крис представил, что ему тоже проколют мочку уха вместе с Реем, представил, как серёжка будет сверкать на ней и только они втроем будут знать её истинное значение. – Мне нравится, а ещё можно добавить три камушка: голубой, жёлтый и зелёный - под цвет наших глаз… – Крис совсем размечтался. И пока он не передумал, Влад подозвал продавца и сделал заказ. – Изготовление займёт дня четыре, – сказала девушка, принимая предоплату и эскиз с точными пожеланиями. – Вас это устроит? – Да! Главное - уложитесь до праздников. – Влад забрал квитанцию и мило попрощался с девушкой-продавцом. Крис был счастлив, как никогда. Сидя на заднем сиденье машины и глядя на нарядные сверкающие витрины, он мечтал, как будет с гордостью носить маленькую золотую серёжку. Представлял, как преподнесёт свои подарки парням. Он так размечтался, что не услышал взволнованный голос Грея. – Что творит этот мудак? – крикнул Грей. Крис всё ещё пребывал в своих мечтах, когда услышал возглас. По инерции перевёл взгляд на дорогу впереди. Крис даже не успел испугаться. – Грей! – крикнул Влад. Крис услышал пронзительный визг тормозов, почувствовал удар, потом была ослепляющая вспышка в голове, боль и темнота… ***** Крис медленно приходил в себя, чувствуя головокружение и боль. Кажется, он ударился головой. Его снова окружала темнота. Было холодно, пахло запустением, пылью и чем-то ржавым, где-то монотонно капала вода. Спустя какое-то время стали слышны шорохи, вздохи. Было страшно, голоса-призраки плавали в темноте и всё время шептались, переговаривались. Как Крис ни вслушивался, он не мог различить слов. Он дёрнулся - что-то больно впилось в запястье, звякнула стальная цепь… “Как во сне! – подумал мальчишка. – Только теперь всё взаправду, и я не сплю!”. Крис пальцами коснулся широкого металлического браслета на правой руке: от него тянулась массивная стальная цепь. Крис пробежал по ней пальцами и понял, что она крепится к массивному кольцу, крепко вмонтированному в бетонную стену. Подросток ухватил стальные звенья двумя руками и со всей силы стал дёргать. Бесполезно! Цепь надежно держалась на своём месте. Крис заскулил от досады и, последний раз дёрнув, сполз обратно на пол. Хотелось разреветься, как маленькому ребёнку, которого незаслуженно поставили в угол. А ещё стало страшно: ведь его сон сбывался прямо на его глазах, а в нём Рей погибает. Крис задрожал, в сердце прокрался страх. Не за себя, за Рея. Дракон придёт за ним, и тогда всё случится. Время в темноте тянулось мучительно долго, иногда накатывала паника. Периодически Крис дёргал цепь, но она лишь равнодушно позвякивала и упорно оставалась на своём месте. Вскоре голоса стали звучать ближе и чётче, но он так и не мог различить, о чём они спорят. Но то, что они спорили и грызлись, было вне сомнений. Голосов было несколько: три или четыре - и все мужские. Спустя пару минут Крис услышал шаркающие шаги, мат и лязг металлического засова. Дверь скрипнула ржавыми петлями и медленно, с трудом стала открываться, образуя прямоугольный проём. Темноту прорезал белый яркий свет от ручного фонаря. Крис зажмурился, когда светящийся луч ударил ему прямо в лицо, мальчишка моргнул и, зажмурившись, прикрыл глаза рукой. Крис не мог видеть того, кто подошёл к нему вплотную. Он только слышал, как лязгает цепь, а потом его дёргают вверх, ставя на ноги и тянут вперёд. Свет от фонаря соскальзывает с лица и упирается в пол. Теперь можно разлепить глаза и увидеть перед собой мощную фигуру незнакомца: на нём была черная шапка с прорезями для глаз. – Шевели копытами! – рявкнул мужик и дёрнул за цепь. Сталь больно впилась в запястье. Крис поморщился и пошёл на выход, ведомый на цепи, точно собака. За дверями стояли ещё двое парней точно в таких же шапочках с дырками для глаз. Впереди тянулся длинный коридор, местами утопающий в темноте; вдоль обшарпанных, покрытых плесенью стен тянулись трубы разной толщины, обмотанные кусками стекловаты, и толстые чёрные кабели электропроводки. Криса вели по плохо освещённым коридорам, похожим один на другой. Всё время куда-то сворачивали: то вправо, то влево. Крис сбился и потерялся в пространстве всех этих подвальных коммуникаций. В итоге он понял, что если бы даже захотел, никогда бы не смог вернуться назад, так бы и блуждал по этому мрачному лабиринту до скончания века. Криса подтолкнули к лестнице, ступени которой вели вверх. Подросток недовольно отдёрнул плечо от чужих прикосновений и стал подниматься. Открыв дверь, Крис наконец-то увидел дневной свет. В точности как во сне: окна без стёкол с обрывками грязного полиэтилена, через которые лился свет. Всюду валялся всякий хлам, арматура, доски, коробки, ржавые трубы. Криса толкнули в спину и снова повели куда-то. Мужчины привели пленника в большое и просторное помещение, где их уже ждали несколько человек, среди которых были те, кто позаботился о том, чтобы Крис оказался здесь. Марго! А рядом с ней Заславский собственной персоной! Криса пробрало до дрожи в коленях, когда он увидел взгляд этих двоих. У Марго появилась на лице плотоядная улыбочка. – А где второй? – спросила блондинка, подходя ближе, брезгливо морщась и перешагивая через мусор, цокая высокими каблуками о бетонный пол. – Я хочу видеть второго! – взвизгнула от ярости Марго. – Как хочешь, – спокойно обронил мужчина, сидящий на деревянном ящике. Он курил сигарету без фильтра и постоянно сплёвывал себе под ноги. Мужчина равнодушно посмотрел на Марго, потом на своих подельников и приказал: - Приведите блондинчика. Через несколько минут двое мордоворотов притащили под руки упирающегося Сета. Весь его плачевный вид говорил о том, что его хорошо отделали. Сет еле переставлял ноги, на нём живого места не было. Руки связаны за спиной, рубашка вся в крови и грязных разводах; волосы, местами слипшиеся от крови, спадали на лицо. Его толкнули в спину, и он, не удержавшись, упал на грязный пол, тихо зашипев от боли. – Сет! – крикнул Крис и попытался вырваться, но цепь больно до крови врезалась в запястье, удерживая его на месте. Мальчишка задрожал от нехорошего предчувствия. Крис видел, как Сет открыл глаза и рванулся к нему из последних сил, но ему не дали. Пару крепких ударов - и парень тяжело осел на колени, с ненавистью буравя взглядом Марго. Крис всхлипнул, из глаз полились слёзы. – Не бойся, малыш! Я с тобой! – прохрипел Сет. – Всё будет хорошо! Уродливый смех Марго разнёсся по заброшенному заводу, эхом отражаясь от обшарпанных стен: – Давай, убеждай сам себя и этого недоумка, что всё будет хорошо и вы будете жить долго и счастливо! – хохотала Марго. – Идиот! Вас никто не спасёт, и вы сдохнете здесь оба. Сегодня! А Рей станет моим! – Но сначала я немного развлекусь! – встрял Заславский, подходя к Крису и забирая цепь из рук верзилы в чёрной шапке. – Ты ведь не против, Сетик? – хихикнул парень, явно издеваясь, и сам же ответил. – Ну конечно же - нет! – Сука! – прошипел Сет. – Только прикоснись к нему своими грязными руками, и я лично перегрызу тебе горло! – Ха-ха-ха! Я уже прикоснулся. – Заславский прижал Криса спиной к своей груди и, склонившись, провёл языком от основания шеи до подбородка, с усмешкой поглядывая на разъярённого блондина. – Сетик, что ты можешь? Ты не в том положении, чтобы угрожать мне! – Хватит болтать, приступай! – рявкнула Марго Заславскому. – Хочу увидеть, как его самоуверенность и спесь сползут с его мерзкой рожи! Заславский похабно улыбнулся, и его глаза полыхнули такой неприкрытой похотью, что Крис нервно дёрнулся. “Если сон – правда, то Рей должен успеть, – думал мальчишка. – Все эти парни будут мертвы. Это то самое место из сна”. Крис вспомнил лица и глаза, которые смотрели в никуда, мёртвые, безжизненные, пустые. – У вас ничего не выйдет! – прошептал Крис. – Что? – вопрос задал тот, что курил и плевался. – Рей знает, где мы! – в голосе Криса было столько веры, что даже Заславский перестал ухмыляться. – Что ты мелешь, придурок? – заволновался главарь шайки. – Я сказал, Рей знает про это место, тупой ублюдок! – прорычал Крис и с вызовом посмотрел в две прорези для глаз, из которых на него глядели карие глаза. Он даже сам удивился, откуда в нём взялась ярость. – Вы все будете валяться здесь, на этом самом полу, мёртвые, с дырками от пуль! – Ха-ха-ха... – неуверенно засмеялся Заславский. – Забавный котёнок, думаешь, умнее всех? Намеренно пытаешься потянуть время? У тебя ничего не выйдет. Рей не придёт. Можешь верить в обратное, сколько хочешь, но эти парни сработали чисто: комар носа не подточит. А даже если Дракон каким-то чудом и отыщет вас, то с вами к тому времени будет всё уже кончено. Так что… Крис натянуто улыбнулся, стараясь бодриться и придать себе мужества: – А ты ведь будешь среди них, я узнал твою рубашку. Лицо было обезображено, но рубашку я запомнил. Заславский поёжился. – Котёнок, ты просто напуган, вот и мелешь всякую чушь, но через минуту ты забудешь о страхе, у меня для тебя есть сюрприз, – крашеный снова похабно улыбнулся и достал из кармана шприц, наполненный желтоватой жидкостью. Крис дёрнулся и попытался вырваться из цепких рук. – Нет! – зашипел мальчишка и стал вырываться. – Держите его! – рявкнул Заславский, снимая колпачок с иглы. Сильные руки скрутили Криса и зафиксировали руку, больно зажав повыше локтя вместо жгута. – Это поможет перенести боль, которую я тебе подарю, а потом ты ещё будешь меня умолять, котёнок, и просить добавки! – прошептал Заславский, и Крис почувствовал, как игла, протыкая кожу, входит в вену. А потом мир стал меняться: Крис ускользал, уплывал, теряя опору, стало легко, все чувства разом отступили, словно их никогда и не было. Крис смотрел на то, что его окружает, словно он простой зритель в кинотеатре, и всё это его больше не касается. Он слышал голоса, но они больше не возбуждали его интереса, было всё равно, что они говорят. Странное ощущение лёгкости, и полное ко всему безразличие. Люди–куклы шевелились, что-то делали, куда-то перемещались. Крису была непонятна их возня, она казалась бессмысленной, а потом они стали падать вокруг него: одна, вторая, третья - такие глупые, скучные куклы в смешных шапках с дырками для глаз. И эта смешная в кричаще-красной рубашке тоже упала, и у неё почти не было лица. И глаз странно выпал и висел теперь, словно на ниточке, смешно смотря куда-то в сторону. “Я же говорил ей, что она будет среди них! – Крис улыбнулся. – Глупая кукла, не поверила!” Мальчишка стоял посреди трупов и не понимал, что происходит, наркотик бежал по венам, и Крис просто наблюдал, как вокруг падают мёртвые тела. Он слышал истеричный смех и видел, как самая красивая кукла падает перед ним, не успев добежать до него. Что-то невидимое ударяет её в грудь и она падает на спину, удивлённо распахнув глаза. – Красивая!Самая красивая из них! – шепчет Крис, вглядываясь в жёлтые глаза и медленно оседая на пол. Наркотик разлился по телу, и Крис падал, падал, падал, словно Алиса в глубокую кроличью нору, пролетая сквозь время и пространство. Дурман остался там, в физическом мире. Тело перестало ему подчиняться, сознание же, наоборот, работало чётко и ясно. Оно словно освободилось от оков, сбросило тяжесть мира и стало свободным. Крис знал, чувствовал, куда его тянет. Наркотик будет действовать какое-то время, парализуя его тело. Это его шанс. Шанс всё исправить…