Блядская трагикомедия

Слэш
NC-17
Завершён
204
Пэйринг и персонажи:
Размер:
11 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
204 Нравится 6 Отзывы 37 В сборник Скачать

Че делать то? Дрочить? Смеяться? Плакать? Я не понимаю

Настройки текста
Примечания:

Раз.

      Пятнадцатилетний Игорь думает, что сошел с ума, когда вместо собственной кровати внезапно оказывается на заднем сидении какой-то дорогой машины. Он весь какой-то маленький, сонный, в незнакомых шмотках, люди на передних сиденьях тоже незнакомые, но женщина тепло ему улыбается и тянет руку чтобы потрепать по волосам.       За осознанием ситуации Гром пропускает тот момент когда им навстречу вылетает ещё одна машина, а в следующую секунду улыбка женщины сменяется болезненной гримасой и криком.       Игорь моргает, делает вдох и заходится в кашле — воздух его родной квартиры никогда не пах так. На потолке расходятся паутинкой знакомые трещины, где-то на кухне гремит посуда и тихо болтает телевизор.       Пятнадцатилетний Игорь Гром пытается подавить приступ тошноты вызванный запахом крови — которой здесь нет — и изо всех сил сдерживает слезы. _________       Когда девятилетний Кирилл Гречкин устало моргает на заднем сидении родительской машины и практически засыпает, он внезапно чувствует под собой мягкую кровать и не чувствует ремень безопасности, впивающийся куда-то в плечо. Мальчик едва успевает осмотреться как всё исчезает.       Следующее, что Кирилл помнит — внезапная вспышка, крик матери и отвратительный запах крови.

Два.

      Игорю семнадцать, когда он узнает что поступил в академию МВД и из гостиной Федора Ивановича на минуту перемещается в чей-то просторный кабинет. Мужчина напротив явно чего-то от него ждёт, но все на что хватает Игоря — нацарапать на куске бумаги свое имя и кривоватый смайлик.       Игорю семнадцать, когда он возвращается в квартиру Прокопенко и вытирает чужие слезы со своего лица. _________       Кириллу двенадцать, когда соулмейт выдергивает его с приема у детского психолога как раз тогда, когда тот спрашивает о матери. Мальчик стоит в незнакомой квартире перед чужими людьми и все чего он хочет — не сорваться до конца этой долбанной минуты.       Кириллу двенадцать, когда он узнает что его соулмейта зовут Игорем и улыбается, забыв что секунду назад был готов задохнуться от подступающей истерики.

Три.

      Кириллу все ещё двенадцать, когда он ложится спать у себя дома и резко просыпается в чужой квартире с чужими губами на своих и непониманием ситуации. Он удивлённо моргает, бормочет свое имя и вновь возвращается домой убегая в ванную чтобы смыть с себя фантомные прикосновения. _________       Грому восемнадцать, когда он неловко смеётся на какой-то вписке и заливает в себя алкоголь. Кто-то тычется в его губы своими, Игорь смеётся и улыбается в поцелуй, но громкие биты сменяются резкой тишиной и он громко матерится в потолок не открывая глаз.       Грому восемнадцать и парой минут позже он уходит со вписки с именем «Кирилл» в голове и мыслями о том что кто-то из пьяных студентов только что забрал первый поцелуй его соулмейта. _________       Кириллу двенадцать и он окунается с головой в воду, думая о том что украл у какого-то парня возможность поцеловать его родственную душу.

Четыре.

      Грому девятнадцать и каждый раз когда девушки тащат его в постель он обворожительно улыбается и вежливо сливается в последний момент. Однокурсники начинают коситься, однокурсницы вспоминают ту самую вписку и Игоря в обнимку с каким-то парнем.       Саша Филипенко хлопает его по плечу и умело врет всем вокруг что они встречаются. У Саши ветер в голове, кучи анекдотов в запасе и самые теплые объятия. Игорь курит с ней одну сигарету на двоих и делится самым сокровенным, получая то же самое в ответ.       Саша говорит, что ее родственную душу зовут Юлей, что они менялись уже раз сто наверное, потому что у них что ни день то что-то важное, а если и нет то они убеждают себя в этом, и как ни странно вселенная идёт навстречу.       Игорь с улыбкой выдыхает имя «Кирилл» и говорит, что уже однажды налажал и не хочет повторения. Игорь думает, и думает он видимо слишком долго, потому что приходит к выводу что этот разговор точно станет чем-то важным.       Гром возвращает сигарету Саше, прикрывает глаза и устало выдыхает, когда сквозящий балкон сменяется чем-то мокрым, а сделать вдох внезапно не получается.       Игорь оказывается под водой в бассейне и едва не захлёбывается от неожиданности, но отталкивается от дна и цепляется за бортик. Единственный вопрос который его волнует — как его Соулмейт оказался в бассейне в одежде. _________       Кириллу четырнадцать и он, блять, заебался. Его тупой соулмейт не объявлялся уже полтора года, а последний их обмен произошел далеко не при лучших обстоятельствах.       Что если он не знал, что Кирилл — парень до того момента?       Что если теперь Кирилл ему не нужен?       Что если случилось что-то недостаточно важное для обмена, но сильно повлиявшее на жизнь его родственной души, и теперь они никогда не встретятся?       Что если он, блять, умер?       Кирилл думает, боже, насколько же много он думает, его мысли путаются, накладываются одна на другую, пожирают друг друга и оседают в голове грязным копошащимся комком чего-то несвязного.       В мед карте Кирилла написано «здоров», на счету врача круглая сумма за неразглашение, Кирилл блять не может прожить ни секунды без того, чтобы схватить тонкую нить ничего не значащей мысли и потянуть за нее, разматывая клубок постепенно переходящий в черную массу.       Кирилл заебался и в конце концов рано или поздно должен был почувствовать себя достаточно смелым. Кирилл заебался и просто сделал шаг в воду выпуская из груди весь воздух как и учили на блядской физкультуре. Кирилл думает, думает, думает и делает вдох в надежде наполнить лёгкие водой и сдохнуть наконец.       Кирилл вдыхает сигаретный дым и растерянно смотрит в глаза незнакомой девушки.       — Саша, — представляется она, заметив резкую смену эмоций.       — Игорь ждал тебя, — добавляет она.       Блядский клубок тает, и Кир не находит сил сопротивляться, когда девушка коротко обнимает его. _________       Игорь думает, что смог убедить вселенную что разговор с Сашей достаточно важен.       Кирилл знает, что его попытка суицида — достаточно значимое событие.

Пять. Шесть.

      Кириллу шестнадцать и он не понимает вообще ничего.       Он не знает, настолько ли скучна его жизнь (и жизнь его соулмейта до кучи), или их связь с Игорем барахлит, но пока его сверстники взахлёб рассказывают об обменах, Гречкин хмурится и думает о своих четырех минутах.       Когда кто-то из одноклассниц в шоке застывает посреди урока и мучительно краснеет по истечению минуты, Кирилл хмурится ещё сильнее, а на перерыве вместе со всеми слушает где и в каком положении та оказалась.       Жесть.       Одноклассница стала первой, но не единственной с такой ситуацией.       По подсчётам Кира, Игорь старше его на несколько лет, а значит или тот не придает сексу вообще никакого значения, или все ещё не открыл для себя эту часть жизни, и Гречкин, честно говоря, даже не знает какой из вариантов хуже.       Игорь страшный?       Игорь асексуал?       Игорь все ещё загоняется из-за той ситуации с поцелуем и зная что Кир младше бережет его психику?       Да нет, бред какой-то.       Хотя, сам Кирилл точно загонялся бы, да ещё как, но, черт возьми, прошло уже сколько? Три с половиной года? Кирилл злится, потому что да, это будет означать что Игорь был с кем-то кроме него, но?..       Во-первых ему ведь не помешает опыт перед встречей с самим Кириллом, правда?       Во-вторых если это единственный вариант снова поменяться, то Кир, так и быть, готов потерпеть.       А ещё как не неловко это признавать, но Кирилл, блять, тоже хочет с ухмылкой распинаться на тему того какой его соул, блять, взрослый, но откровенно врать не хочется, да и проколоться на какой-нибудь мелочи тоже.       Кирилл вздыхает и думает что же такого можно сделать, чтобы ебаная вселенная сочла это важным.       Кириллу шестнадцать и он покупает дурь. _________       Игорю двадцать один и он хорни. Вокруг него постоянно гуляют красивые девчонки, которые плевать хотели на слухи о его ориентации или об отношениях с Сашей (господи, да она уже полгода как с Юлей живёт). Он, блять, просто заебался слушать от всех вокруг о их похождениях, он, блять, тоже не железный, но голос в голове напоминает о Кирилле, голос в голове твердит что ему черт знает сколько лет, голос в голове кричит что будущий мент не должен косвенно участвовать в совращении несовершеннолетних.       У Грома пухнет голова и кое-что пониже, Гром, блять, готов на что угодно, чтобы заткнуть этот голос и совесть свою за одно, Гром думает — если он будет достаточно пьян и неадекватен вселенная не считает важность момента.       Если он будет практически в отрубе обмен не произойдет.       И когда его первый раз случится, пусть и так, второй уже не так важен.       Если. Когда. Игорь пьян настолько сильно, что не разбирает кто с ним и куда ведёт, он чувствует чужие прохладные ладони, чувствует чужое тело рядом, а после и под собой.       Игорь пьян предвкушением в перемешку с дешёвым алкоголем и он, блять, забывает, что ему нельзя думать. Игорь целует чужое плечо, стягивает футболку с худого тела, проходится по нему руками, цепляя соски. Игорь впивается в губы парня под собой и голова на секунду кружится, чтобы Гром обнаружил себя на каком-то балконе с полускуреным косяком в руках и полной кашей в голове. Что? _________       Кирилл смеётся слишком громко, вдыхая странно пахнущий дым, он раньше и сигарет то не курил, поэтому кашляет после каждой затяжки, но в голове приятно шумит, мысли путаются все сильнее и мелькает последняя связная — о том, что план не сработал. Нужно было выбирать суицид. А после рассудок уплывает, чтобы вернуться уже в другое тело, в игорево тело, в пьяное, блять, игорево тело с другим телом под ним. Кирилл мажет губами в чью-то скулу ещё не осознавая ситуации, ведёт ладонью вдоль тела незнакомого парня и с интересом касается его члена. Интересно, а у Игоря?..       Проверить не удается, Кир снова на балконе в кресле, тяжело дышит и чертыхается, глядя на расплющенный о подлокотник косяк. Мысли как ни странно приходят в порядок и он глупо улыбается, жалея лишь о том что был не то чтобы в адеквате в знаменательный момент. _________       Игорь, блять, в ахуе. Он не совсем соображает что произошло, или хочет так считать, поэтому просто возвращается к тому, от чего его оторвали. Кирилл, видимо, ситуацию одобрил, потому что находит себя Гром в ещё более развратном положении чем за минуту до этого. Парень под ним шарит руками то по простыне, то по самому Грому, и Игорь наконец делает то, что собирался. Он растягивает парня минут пять, или десять, а может и все пятнадцать, черт его разберёт. Игорю кажется, что дурь его соулмейта все ещё задымляет разум, не давая сосредоточиться, так что он и не старается особо, а решает идти во все тяжкие и наконец-то входит, сцеловывая стоны с чужих губ. Блять, и как он только раньше без этого чувства обходился. Приподнять чужие бедра, найти нужный угол — Игорь читал, готовился — и вбиваться до потери пульса, пока сознание с концами не кануло в Лету.       Кончить, вытаскивая член из парня и продолжая чуть грубовато дрочить ему в ожидании разрядки.       Моргнуть, снова увидеть балкон и чертыхаться всю минуту, не сделав ничего полезного. _________       Кирилл уже почти отрефлексировал всю свою жизнь, пользуясь непривычной лёгкостью в голове, когда снова увидел знакомого парня под собой и — вау — на этот раз он удостоился чести увидеть член соулмейта. Пиздец.       Парню он, конечно, дрочить не прекращает, даже целует в подбородок и хриплым игоревым голосом говорит тому прямо в губы, мол, передай этому придурку что мне шестнадцать, а член у него красивый.       Кирилл счастлив, когда возвращается на балкон.       Кирилл будет счастлив ещё как минимум до утра.       Об этой ночи он никогда никому не расскажет. _________       Игорь возвращается в постель и недоуменно смотрит как недавний любовник взахлеб смеётся, пытаясь что-то сказать.       Блять, сколько?       Блять, его член что? _________       Пиздец, думает двадцатиоднолетний Игорь Гром.       Охуенно, выдыхает шестнадцатилетний Кирилл Гречкин.

Семь

      Игорю уже двадцать три, когда он из отделения переносится черт знает куда и растерянно смотрит на человека, набивающего ему тату.       Что. Блять. За. Херня.       Игорь снова за своим столом в участке и ему пиздец интересно где Кирилл нашел салон, работающий среди ночи.       Игорю не менее интересно какого хрена тот вообще решил набить себе тату в (он смотрит на часы) половину второго. Если часовые пояса, конечно, совпадают.       Игорь вспоминает трафарет змеи на запястье соулмейта и не может выбросить его из головы.       Гром, блять, снова слишком много думает, но на этот раз умудряется вспомнить кое что ещё. Боль в запястье была не единственным что он чувствовал, на щеке, ключице и рядом с тазовой косточкой все ещё чувствуются фантомные отголоски непонятного жжения. Блять? _________       Кириллу, сука, семнадцать. Семнадцать и 364 дня, если точнее. Он, вообще-то, планировал пить в этот день и встретить совершеннолетие так, чтобы потом его не вспомнить.       Но алкоголь перед тату салоном это не особо хорошо — так говорит интернет — поэтому трезвый Кирилл стоит здесь в 23:59 и отсчитывает секунды. Запись у него, вообще-то, в 00:30, это он специально сделал, чтобы не доебались до возраста. Он уверен что администратор посчитал запись глупой шуткой, особенно учитывая дату. Первое апреля — это надо же было так удачно родиться — и сейчас Гречкин надеется только на то, что в салоне на всякий случай остался мастер, ну, знаете, на тот случай если тупая шутка окажется не совсем шуткой.       Кирилл, вообще-то, мог бы набить себе тату и раньше. Ну, он и набил несколько, но сейчас хотелось чего-то более нормального, не в полуподвальном помещении где-то на окраине города с постоянными напоминаниями о том, что разглашать это место нельзя и риском занести какую-нибудь заразу вместе с чернилами (блять, Кир честное слово не ебет зачем полез делать тату в семнадцать), а в салоне, с сертификатами и всяким таким. Сидя на адекватной кушетке, видя перед собой кучи одноразовых инструментов, блять, ему руку обработали антисептиком, охуеть.       Мастер смотрит на дату в паспорте и вежливо игнорирует ещё не до конца зажившую тату на щеке, благо остальные он не видит, а после Киру уже похуй. Гречкину, вообще-то, нравится вот это жжение когда игла забивает ему под кожу пигмент.       А ещё ему нравится эскиз который ему бьют — прошлые были просто спизжены из интернета, а этот он заказал у какой-то художницы и от этого он особенный, он целиком и полностью его, и Кир не успевает додумать эту мысль, как боль в запястье сменяется холодом и он, блять, оказывается где?       Какого хуя Игорь забыл в полицейском участке?       Нет, не так, какого хуя Игорь забыл в полицейском участке среди ночи, блять.       Перед ним открытая папка и Кир вчитывается в текст, но успевает понять только что это чье-то личное дело.       Кир возвращается в тату салон и в ахуе пялится на мастера.       Пиздец, вселенная свела его с ментом, но эта мысль почему-то все равно греет душу.       Наконец-то и он узнал о своем соулмейте хоть что-то новое.

Восемь — ?..

      Грому двадцать четыре, он не ебет какого хуя забыл в клубе, но ему в принципе плевать, потому что сойдёт любой.       Он пьет какую-то сладкую бурду, которую ему всучил Цветков, и заебанно смотрит на толпу ярких малолеток (блять, кто их вообще сюда пустил) на танцполе; слева к нему откровенно клеится какая-то девушка, которой на вид и шестнадцати не дашь, справа оперевшись локтем на барную стойку сидит какой-то белобрысый парень со скучающим лицом и Гром делает свой выбор, отдергивая плечо от цепких девичьих пальцев и поворачиваясь в сторону блондина. Тот смотрит на него в ответ, и раньше чем Гром успевает сказать хоть слово пальцем подзывает его ближе к себе.       Игорь ведётся, наклоняется ухом к лицу паренька и тот с внезапной ухмылкой широко мажет языком по его ушной раковине и с трудом перебивая громкую музыку кричит:       — Слушай, не хочешь потрахаться?       Игорь в ахуе, потому что рассчитывал что придется угостить парня хотя бы парой коктейлей и то не факт что даже после них тот согласился бы, но вот так сразу…       — Мне есть восемнадцать, если что, могу даже паспорт показать, — добавляет вдруг паренёк, и Игорь понимает, что у него и мысли не возникло что тот может оказаться малолеткой, пиздец, Игореш, легко же тебя из колеи выбить.       — У меня просто соулмейт тормоз, а ждать ещё несколько лет я не хочу, — говорит парень снова и Игорь думает, что Кирилл, наверное, примерно так же его самого воспринимает, и от этого становится вроде как-то дурно, а вроде и нет, Игорь же тоже его не ждал, так почему соулмейт ему что-то должен.       — Ну, знаешь, я как-то не хочу к нему совсем без опыта в руки попасть, неловко же будет, — оправдывается блондин, и Игорь кивает, пальцами цепляя его подбородок и медленно целуя в губы.       Тот подаётся вперед и сползает с барного стула на пол, чтобы прижаться ближе к Грому. Игоря немного ведёт, черт знает, из-за той сладкой бурды или из-за поцелуя, но ведёт. И парень его тоже куда-то ведёт, кажется, в сторону туалетов, но Гром не уверен, он, блять, вообще уже ни в чем не уверен, кроме того что собирается переспать со случайным парнем прямо в клубе просто потому что? Потому что, что, блять? Потому что Игорь придурок, видимо, как и соул этого парня. Гром запоздало думает что не знает даже как того зовут, и паспорт он так и не увидел, но мозг отключается когда захлопывается дверь туалета и парень садится на раковину, протягивая руки в его сторону.       Игорь не сопротивляется, куда уж ему, он едва соображает что происходит поэтому просто прижимается губами к шее парня, оставляя там красные пятна, скользит губами ниже, но тот возвращает его к своему лицу и целует снова, глубоко и медленно, будь Игорь помладше у него точно ноги подкосились бы, но ему вроде как двадцать четыре, ему так вести себя не положено.       Парень зарывается пальцами в чуть вьющиеся волосы, сжимает их и оттягивает голову Грома назад чтобы взглянуть ему в глаза и развязно улыбнуться, у него зрачки широкие, и Игорь просто надеется что это из-за тусклого освещения, а не какой-то мерзости в его крови.       А ещё у него все лицо в тоналке, но на это тоже как-то похуй, Игорю умыться после не трудно, поэтому тоналка вылетает из головы так же быстро как туда залетела. Почти как пуля, думает Игорь, но и эта мысль такая же быстрая, потому что чужие губы на его скуле, потому что секундой позже чужие зубы кусают его плечо сквозь футболку, а чужие руки уже тянутся к ширинке джинс и сам Игорь тоже давно уже ладонями чужие ягодицы сжимает под плотной тканью и слышит мычание под ухом когда пальцы осторожно оглаживают нежную кожу.       Парень сует руку ему в трусы и смело обхватывает член ладонью, второй рукой стягивая джинсы Грома вместе с бельем. Игорь хочет поцеловать пацана, но тот отстраняет его, с интересом опуская взгляд вниз и выдыхая от вида своих пальцев на чужой коже.       — Охуеть.       Игорь солидарен, ему вид тоже нравится, он даже задерживает взгляд чуть дольше нужного и замечает светлое пятно на руке парня — вити- как его там — впрочем похуй, ещё больше ему нравится что парень, оказывается, уже готов — смазан и даже растянут, видимо правда пришел сюда только для секса и хотел быть готов к любому повороту событий.       Игорь все равно сперва сует в него пальцы — два входит свободно, а вот третий уже туже, поэтому парень рвано хрипит ему куда-то в плечо и Гром понятливо сбавляет темп, растягивая его получше.       Парень, вообще, активный настолько, что это даже пугает, он целует, царапает, кусает, гладит и, блять, Игорь не железный, Игорь его хочет просто пиздец как, и тот это явно знает, потому что улыбается с хитринкой, широко мажет языком по щеке, пальцами зарывается в волосы, но дышит все ещё рвано и чуток зажимается, поэтому Игорь долго не думает, а прямо так, не отцепляя чужих пальцев от своих волос склоняется ниже, хочет снять с пацана футболку, но тот протестует, говорит, мол, комплексы у него на фоне самого Грома.       Игорь хрипло смеется, но попытки оставляет, вместо этого окончательно сдергивает джинсы с пацана и языком пару раз проходится по его члену, помогая себе одной рукой — пальцы второй все ещё у парня в заднице, и Гром усмехается, чуть надавливая на простату и наслаждаясь тем как пальцы пацана подрагивают у него в волосах, оттягивают с силой. Игорь отстраняется и поднимает взгляд на чужое лицо — смущённое, но не красное, это из-за тоналки, наверное, потому что шея у него вся в розовых пятнах и черт его поймет, это Игорь с зубами перестарался или парню настолько жарко.       Пацан смотрит на него пару секунд, а потом сам наклоняется вперёд, к Игорю, и целует его, притягивая обратно к себе. Гром понятливый, ему долго намекать не нужно, поэтому парень оказывается на самом краю — боже, храни устойчивую сантехнику — а Игорь раскатывает по члену презерватив.       Пацан так блядски стонет, когда Игорь наконец-то входит, что Грому хочется кончить уже от одного этого звука, потому что, вау, это из-за него что ли? Игорь не двигается какое-то время — даёт привыкнуть, у парня это всё-таки первый раз, но тот тычет лодыжкой куда-то ему в поясницу, и недовольно бормочет, что он не сахарный, так что, мужик, давай как-нибудь поживее, а кто Игорь такой чтобы отказывать человеку, в чьей заднице находится его член, так что он двигается, подбирает этот блядский угол и довольно усмехается когда пацан снова стонет и выгибает спину, Игорю, блять, охуенно, пацану, судя по его лицу, тоже.       Гром прикрывает глаза и толкается ещё сильнее и вдруг понимает, что нихуя, блять, не понимает, потому что он открывает глаза и видит себя, и чувствует свой собственный член внутри и, блять, во-первых ощущения просто охуеть, а во-вторых какого черта здесь происхо-       — Игорь? — раздается его собственный голос, а потом минута заканчивается, и он смотрит снова на пацана, вернее на Кирилла, вернее, блять, дайте минутку, он слишком стар чтобы так быстро осознать ситуацию.       — Пиздец, — выдыхает Гром. Его член все ещё в пацане. В Кирилле. Блять, — какого хуя?       Кирилл смеётся нервно, потому что рука Грома в этот момент лежит на его члене, а член самого Грома буквально блять у него в заднице, поэтому на вопрос Игоря у него есть как минимум два ответа, но озвучить их — выставить себя клоуном, так что Гречкин выбирает третий вариант и кладет ладонь на затылок Грома, притягивая того к себе и коротко целуя в губы.       Игорь бормочет ему что-то про глупых детей и их глупые затеи, Кир, в принципе, согласен, но в ответ напоминает что это даже не их первый совместный раз, помнишь, Игорь, мы как-то раз трахнули какого-то парня когда мне было шестнадцать. Игорь помнит, а лучше бы нет, потому что ему все ещё кажется что это было пиздец неправильно, но Кирилл напоминает, что член Грома все ещё в нем, так что, дорогой, используй его по назначению, единственное неправильное здесь это твое бездействие, и Гром использует, боже, блять, как же хорошо он его использует, у Кира ноги чуть ли не судорогой сводит от удовольствия, ему уже похуй, что Гром невзначай языком смазывает тоналку на его лице и фыркает увидев татуировку. Он прижимается лбом к чужому лбу и снова коротко целует Игоря, бормочет ему в губы всякое про то, как ждал, скучал после каждой из ебаных семи минут.       За его монолог они местами меняются раз шесть точно, потому что Кириллу периодически приходилось договаривать за собой фразы чужим голосом, а ещё ему приходилось трахать самого себя, вернее Игоря, но тот в его собственном теле, так что и самого себя немного тоже, и Кир надеялся что нигде не налажал, что Игорю тоже было хорошо, что он в конце концов самого себя не покалечил.       Заканчивают они почти одновременно — потому что рука Игоря все ещё на его члене и все ещё двигается — и тяжело дышат уткнувшись в плечи друг друга.       — Вот и познакомились, — бормочет Кирилл.       — У меня есть один вопрос и одно предложение, — отвечает ему Гром, и Гречкин хмурится.       — А не рановато для предложения? — смущённо спрашивает он и открывает кран, смывая с рук липкую сперму.       — Во-первых, не то предложение, Кирилл, а во-вторых, как приличный человек я обязан на тебе жениться. И ты на мне, кстати, тоже, учитывая то что сейчас происходило.       Кирилл хихикает сначала, а потом уже смеётся в голос, и Гром вторит ему, вытаскивая из держателя рулон бумажных полотенец и аккуратно вытирая футболку и руки парня. Тот смущён все ещё, но уже чуток меньше, спрыгивает с раковины на пол и более осмысленно приводит себя в порядок, пока Гром занимается точно тем же.       — Так что за вопрос и предложение? — спрашивает Кирилл, когда они уже собираются выходить и смотрит на Грома, натыкаясь на какую-то непонятную нежность в его глазах.       — Предложение — свалить отсюда, — озвучивает Игорь, опираясь бедром на ту же раковину на которой пару минут назад вытрахивал из Кирилла душу.       — К тебе? — с надеждой уточняет Гречкин, делая шаг в его сторону.       — Ко мне, — кивает Гром, положив руку ему на щеку и мягко поглаживая татуировку большим пальцем.       — Навсегда? — фыркает Кир, прикрывая глаза.       — Для начала на сегодняшний вечер, — хмыкает Гром и треплет парня по осветленным волосам.       — Я согласен, — с придыханием отвечает Кирилл, прижимая руку к груди, — а вопрос?       — А вопрос заключается в том сколько тебе всё-таки сейчас лет, потому что с одной стороны я верю, что тебе уже тогда было шестнадцать, а с другой черт тебя знает.       Кирилл фыркает и вытаскивает откуда-то из рюкзака (у него был рюкзак? Видимо, да) паспорт, протягивая его соулмейту. Игорь смотрит и усмехается, притягивая парня к себе для поцелуя.       Кириллу Гречкину девятнадцать.
Примечания:

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Майор Гром: Чумной Доктор"

Отношение автора к критике:
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования