Элементарный психоанализ

Джен
PG-13
Завершён
9
автор
Размер:
282 страницы, 34 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
9 Нравится 6 Отзывы 3 В сборник Скачать

Часть 15

Настройки текста
На следующий день, когда Аверин проснулся, Мелисса ещё не подавала признаков жизни из комнаты. Он тихонько глянул в едва приоткрытую дверь, чтобы удостовериться, что с девушкой всё в порядке — так и было, Мелисса безмятежно спала, свернувшись калачиком — и направился на кухню. Его мысли, хоть и потревоженные таким появлением девушки, всё же не полностью были заняты ею, и после завтрака психоаналитик решил позвонить Геннадию. Пока он готовил нехитрый завтрак из яиц и тостов, услышал лёгкую возню, и через минуту на пороге кухни стояла Мелисса. Если в первые дни на ней по утрам не было и следа того, что она провела здесь ночь, то сейчас выглядела заспанной: запутавшиеся волосы, помятый в целом вид, зевки, которые она не могла скрыть. Аверин слегка улыбнулся этому изменению. — Ты как? Голодная? — Нет, — пожала плечами она и села за стол. — Разве что кофе бы выпила. Если можно. — Можно. Хозяин дома достал ещё одну кружку и, намешивая напиток с молоком и сахаром, всё поглядывал на Мелиссу. Помимо усталости он не видел на её лице ни шока, ни глубинного переживания, ни следа стресса. Возможно, правда, она снова себя контролирует. Подавая кофе, Аверин как бы случайно коснулся её руки — холодная. Значит, справляется. — Проверяешь меня? — неожиданно подметила Мелисса. — Ты вчера меня напугала, — не стал увиливать Аверин. — Что случилось? Почему ты была в таком странном состоянии? — Умер мой родственник, — спокойно проговорила девушка. Психоаналитик внимательно рассматривал лицо девушки, размышляя, как же на самом деле она относится к этому событию. — Соболезную. — Спасибо. — А что с тобой было вчера? — Это… ну… — Мелисса замялась, подбирая слова. — Это наследство. Привыкший к стилю повествования Мелиссы Аверин молча продолжил готовить. Через некоторое время девушка продолжила, с короткими передышками: — Когда кто-то умирает в семье, его дух остаётся жить. Огонь нельзя убить. Сила остаётся в Доме, передаётся другим её членам. Мы вроде как становимся сильнее, потому что нас меньше, и сила у каждого концентрируется большая. А то, что случилось у меня… я подозреваю, умер глава нашего рода, а его дух полностью перешёл мне, как наследнице. Или почти полностью. Обычно мы так не реагируем, если не наследуем целиком дух. — О, — протянул психоаналитик. — То есть, ты хочешь сказать, умер твой отец? — Вероятнее всего, — кивнула Мелисса. — Я в Дом не возвращалась, не знаю последних событий там. Просто это логичнее предположить. Отец не хотел оставлять мне дар наследования, но, видимо, с этим ничего не поделать. — И ты теперь сильная? Глава рода? — уточнил Аверин. — Сильная, но не глава рода, — поправила девушка. — Я не вернусь. Мне это не нужно. Пусть Валериан занимает моё место. У него сил хватит, да и не нужно сейчас это, по существу. На какое-то время замолчали. Кофе в кружках подходил к концу. Перед тем, как сесть завтракать, Аверин решил ещё долить бодрящего напитка и подошёл к девушке, чтобы забрать её кружку. С ней стало находиться комфортнее, и она не вздрагивала каждый раз, когда он оказывался близко, и возникала угроза тактильного контакта. Похоже, контролировать себя ей стало легче. — Где же ты всё это время была? Почему ушла, не предупредив? — спросил он, собираясь отойти, но Мелисса перехватила его руку. Он удивился: — В чём дело? — Я… — рассеянно начала она, поднимаясь и внимательно, даже жадно вглядываясь в него. Её лицо вдруг неумолимо стало приближаться… — Нет, прости, — отшатнулся Аверин и высвободил руку. — Я… я не могу… — Чего? — Этого. Я влюблён в другую женщину. Прости. Пару секунд Мелисса ошалело смотрела на Аверина, потом хмыкнула. Потом ещё раз, ещё и, наконец, рассмеялась. Защищаясь, Аверин скрестил руки на груди и терпеливо ждал окончания веселья. — Я не собиралась тебя целовать, — проговорила девушка. — Я принюхивалась. — К чему? — спросил сбитый с толку мужчина. — К тебе. В тебе что-то изменилось. — Например, мне пора в душ? — попытка пошутить осталась Мелиссой незамеченной, она снова посерьёзнела и потянулась к нему. Аверин уже понял, что она и правда его обнюхивает, судя по характерно расширяющимся ноздрям, и отклоняться не собирался. Совершенно внезапно с обнюхивания лица и шеи Мелисса переключилась на его руки: схватила их, повернула ладонями вверх и близко поднесла к своему лицу. — Печать братьев, — пробормотала она. Обладатель ладоней присмотрелся к ним, но ничего необычного не увидел. — Чья печать?.. — Ты ездил к моему отцу?! — яростно прошипела Мелисса и сбросила руки Аверина, как нечто отвратительное. — Ты так сказала, будто я его адрес в телефонной книге нашёл и решил — дай, мол, съезжу! — возмутился Аверин в ответ. — Меня туда отвезли, выбора не было! — Да как мой отец вообще тебя нашёл? — А, это… ну, случайно, — психоаналитик сдувался на глазах под пристальным взглядом бывшей пациентки. Выслушав сбивчивый рассказ о рунах и сигарете, Мелисса становилась из раздражённой всё более задумчивой. Аверин не утаил от неё и подробностей разговора с отцом, из которых следовало, что Красильников всего лишь хотел вернуть дочь в семью. Когда он закончил, Мелисса проговорила: — Ты пытался меня искать?.. — Телефона же ты мне не оставила, — проворчал Аверин. Девушка не смогла сдержать жалостливо-довольной улыбки. — Хватит уже, — махнул рукой он. — Что там с печатью? И что вообще происходит между тобой и отцом? Психоаналитик никак не мог отделаться от мысли, что Мелисса, на самом деле, не хотела его поцеловать. У него уже сердце начало разрываться от жалости к бедной безответно влюблённой девочке, а она искренне рассмеялась. Такова мужская натура, уныло подумал Аверин. Мелисса заговорила, и он изо всех сил постарался сосредоточиться. — Печать братьев означает, что за тобой следит наша семья. Её накладывают наши телохранители, два брата. Руки тебе пожимали? — Да, — помедлив, подтвердил Аверин и неосознанно потёр ладонями джинсы. — Это абсолютно незаметная процедура, но тебя как бы пометили на радаре. Подслушать и подсмотреть не могут, но глава нашей семьи теперь всегда знает твоё местонахождение. — Понятно, — процедил психоаналитик и вернулся за своё место за столом. — А ты не можешь меня избавить от этой штуки? Раз ты такая сильная… — Если бы это сделал мой отец — да. Но это не наша печать, братья не члены Огненной Семьи. — Кто же они? — Это наши жрецы. Пока Аверин размышлял, удовлетвориться ли ему этой информацией или попросить подробностей, а также всё-таки попытаться придумать, как избавиться от слежки, Мелисса решила ответить на второй его вопрос. — Между мной и отцом ничего такого не происходит. Всё, что он тебе наговорил — полная ерунда, кроме власти его ничего не волнует. Похоже, он боится, что Валериан не справится, и пытается вернуть меня в семью для умножения наших сил. Сейчас идёт борьба с Домом Земли, мы на равных, и королевский статус колеблется между наследниками — нами и их семьи. — А остальные Дома? — Они никогда не претендовали. Последователей не хватает. Королевский трон традиционно переходит между Землёй и Огнём, каждый раз одно и то же: противостояние, политические грязные игры, — горечь девушки чувствовалась за версту. — И что ты собираешься делать? Если не возвращаться в семью? Ведь теперь ты очень могущественна, а семья нет, — Аверин уже понимал, что перевес сил теперь сложился таким образом, что уход Мелиссы значительно ослабит мощь Огненного Дома. Пока он говорил, на её лице образовалось характерное упрямое выражение. — Он не втянет меня в свои игры. Я не просила ни наследства, ни положения. Так что, если ему так нужна была моя сила и моё участие, лучше бы убил. — А он что, способен?.. В этот момент раздался звонок в квартире. Теперь Аверин тоже напрягался, когда к нему приходили незваные гости, и нервозность усиливалась осознанием того, что за ним и вправду следят. И подозрения его оправдались: с тяжёлым сердцем он увидел на пороге тех самых жрецов-братьев. — Добрый день, — сказал он им, с удвоенным вниманием рассматривая мужчин. Они выглядели лет на тридцать пять, лица бесстрастные, короткая стрижка тёмных волос, крепкие фигуры, непримечательная одежда тёмных цветов. Братьями они не выглядели, скорее, были похожи в привычках и манере выглядеть, но родственных черт Аверин не разглядел: разные лица, хотя и с одинаковым выражением. Впрочем, наверняка тут не скажешь. — Госпожа Мелисса Фёдоровна здесь? — Да, я здесь, — ровным голосом отозвалась «госпожа», неслышно подойдя из кухни. Аверин был рад, что она избавила его от муки выбора между ложью и правдой. — Мы приехали за вами. — Я никуда не поеду. — Вам следует поехать, — сказал тот, что пониже. Психоаналитик отметил, что он говорит жёстче и агрессивнее. — Вы хотите меня заставить? — дерзко спросила Мелисса. — Вас зовёт отец, — чуть смягчил голос высокий жрец. Мелисса моргнула. Они переглянулись с Авериным. — А… что случилось? — после продолжительного молчания решился спросить Аверин, когда понял, что девушка так ничего и не скажет. — Трагедия. Господин Валериан Фёдорович скончался. — Что? — прошипела Мелисса. Звенящая тишина была ей ответом. Аверин ощутил, как возросла температура в его, как оказалось, такой тесной и душной прихожей. Глаза девушки вспыхнули алым, она прожигала взглядом братьев, выдержка которых заставляла их уважать. Она не кричала, не плакала. Насчёт последнего, правда, Аверин подозревал, что этого просто не видно — жар Мелиссы вполне мог мгновенно испарять её слёзы. — Что же произошло? — спросил он у жрецов. — Мы не можем этого сказать. Госпожу ждёт отец. — Она не поедет, пока вы не… — Архип, оставь. Я поеду, — хрипло пробормотала девушка. Он тут же подошёл к ней и, понизив голос, уточнил: — Ты уверена? Но почему? — Валериана не стало, а его сила досталась мне, — с трудом выговорила она. — Он хотел, чтобы сильной стала я, а не отец. Раз наследников больше нет, я не могу… я не могу оставить свою семью. Там ведь моя мать. Аверин несколько секунд изучал лицо, которое с первого дня их встречи отражало такие тяжёлые взрослые эмоции, и произнёс: — Но ты ведь всегда можешь вернуться сюда. — Спасибо, — он едва расслышал её ответ. Мелисса развернулась к жрецам и коротко кивнула. Без лишних слов все трое покинули квартиру Аверина, и только Мелисса махнула рукой в знак прощания. Братья на такие вещи, как приветствие и прощание, время не тратили. Запоздало психоаналитик подумал, что это был его шанс потребовать снять печать братьев с него, ведь Мелисса добровольно возвращалась в семью, и это означало, что Аверин больше не нужен Красильникову. Но такая ужасная неожиданность, как смерть Валериана, потрясение его сестры напрочь выбили все рациональные мысли из его головы. Аверину было ужасно жаль Мелиссу, которая любила своего брата и надеялась на него в своих планах на будущее. Теперь ей предстояло занять своё место, неся при этом вечное воспоминание о трагедии — силу духа Валериана. Что же случилось? Смерть Валериана — несчастный случай или убийство? Грязные политические игры вполне могут довести и до такого. И смертны ли члены Домов настолько, насколько смертны люди? Существуют ли вообще несчастные случаи, способные унести жизнь Валериана, Мелиссы? Задавая себе поочерёдно эти вопросы, Аверин вернулся на кухню и с щемящим сердцем посмотрел на кружку девушки. Он думал, что уход из его жизни всех этих Элементов пойдёт ему на пользу, но теперь он начинал скучать по их беседам, беспокоиться о дальнейшей судьбе своей бывшей пациентки. Да и смерть Валериана всё-таки отозвалась в нём какой-то приглушенной скорбью. Именно сейчас Аверин надеялся ещё когда-нибудь встретиться с Мелиссой и узнать, как её дела.

***

Мысль о Фурсине естественным образом покинула и без того занятую голову Архипа Ильича. Между тем, мысли об этом человеке осели в других головах, вполне скомпенсировав такое пренебрежительное невнимание со стороны его врача. Компенсация даже вышла избыточной. — Принесите пакет какой-нибудь! — Какой, с ручками? — Не соображаешь, что ли?! Мешок тащи, мы не можем её здесь оставить на всеобщее обозрение! — мужчина понизил голос и добавил, обращаясь к стоящему рядом коллеге: — Понаберут идиотов, а потом спрашивают, чего у нас раскрываемость низкая. — Точно, — искренне поддержал коллега. — Булочку будешь? — Доедай, я уже всё, — сладко крякнув, отмахнулся первый. — Ты записал его показания? — А чего там записывать? То хохочет, то рыдает. Написал: «невменяемый». — Ну, берём его тогда. — Угу. А «невменяемый» через «е» или через «и» пишется? — задумался второй. — В начале, середине или конце? — … да везде. — Ай, к чёрту. Пиши «псих». Они оба покосились на подозреваемого. Тот жадно рассматривал свою жертву и хихикал себе под нос сквозь слёзы. — Точно. Ещё пару минут они наблюдали, как стажёр отдела уголовного розыска пытался накрыть труп красивой молодой девушки двадцати девяти лет мешком, который явно был коротковат и открывал то голову её, то ноги. Они пытались давать ему ценные советы, но всё сводилось к тому, что нужно было два мешка. А был только один. — Почему у нас «Скорая» так долго едет? — вздохнул первый. — А чего спешить, умерла уже, — второй обладал редкой прозорливостью. — Ты наручники на него надел? — Стажёр надел. Первый присмотрелся внимательнее. — А почему только на одну руку? — Да он хотел его приковать к чему-нибудь, чтоб не убежал. В итоге вон, к табуретке прицепил. — Которую этот псих за собой таскает? — Ну-ну. Первый тяжко вздохнул, пожалев, что отказался от булочки. Он не любил идиотов, но признавал, что ему надо с ними работать, потому что только так можно разбавить уровень идиотизма в его отделении. Когда они спустя полчаса всё-таки решили приехать на вызов (стажёр умолял, очень интересно было на труп поглядеть, хотя могли успеть ещё дневные новости о выборах посмотреть), то обнаружили и жертву, и убийцу. На самом деле такое случается сплошь и рядом, и работа полиции вовсе не сводится к обязательным интересным расследованиям, ради которых приходят вот такие стажёры, которые с мешком управиться не могут. — Вот видишь! — поучительно сказал тогда первый, когда втроём выходили из служебной «Лады Калины». — Никогда не торопись. Поспешишь — начальство насмешишь, как говорится. И вот с тех пор они уже час как на месте преступления, раскрыли его тут же, но зафиксировать смерть не могли, пока не приедет «Скорая». Тут ещё выяснилось, что у девушки есть родители, и, когда её мобильный уже окончательно разорвал всем барабанные перепонки, пришлось ответить и всё объяснить. Заметим, родители приехали раньше «Скорой». Вслед за родителями приехали настоящие шакалы — агенты ритуальных услуг. — Вон, посмотри, — невнятно проговорил второй сквозь булочку. — И они, и мы работаем со смертью, но они точно получают больше. Почему так? — Потому что мы слуги народа, — проговорил первый таким тоном, словно объяснял принцип выражения «один плюс один равно двум». — А эти вот… Не суждено было услышать, что они за «эти вот», потому что с диким воем сирены и тормозов влетела во двор к ночному клубу карета скорой помощи. Видимо, она очень хотела показать, как же спешила на место преступления. — Пойдём встречать, — прокряхтел первый, и они оба слезли с высоких табуретов у барной стойки и направились ко входу, где маячил неугомонный стажёр над коротковатым мешком. — Она мертва, — едва взглянув, сонным голосом сказал врач, забыв поздороваться. — Да? Ну, а вы… пульс там щупать не будете? — неуверенно спросил молодой сотрудник доблестной полиции из отдела «УГРО». — Если она не проснулась от твоей возни с мешком, значит, точно мертва, — авторитетно обрубил второй, смахнув крошки булочки с груди. Первый понимающе хмыкнул. — Кофе есть? — спросил врач, сморщившись от местных шуток. — Да, в баре. Там этот… официант который, в таком шоке с трупа, что кофе бесплатно наливает. — Отлично. Ребят! Из «Скорой» вылезли водитель и медсестра, и все втроём скрылись в баре. Оставшиеся полицейские кинули последний взгляд на жертву, лежащую в дверном проёме, и, наконец, дали «добро» агенту из похоронного бюро. Делать тут нечего, всё раскрыто, и никакого расследования всё равно не будет. Зря только новости пропустили. — Пройдёмте с нами, успокойтесь, — бормотал тем временем агент безутешной матери, мёртвой хваткой вцепившейся в руку мужа, остекленевшим взглядом взиравшего на всё вокруг. — Я отвезу вас в офис, у нас там отличный психолог. Она вам поможет. Выслушает. Именно этот момент выбрал убийца, чтобы захохотать. Он услышал слово «психолог» и нашёл его очень смешным. Да, ему психолог очень хорошо помог.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования