Иньект

9:30 Средняя школа, США, Нью-Йорк — Милен, Милен, Милен, ну повернись ты, наконец! – с возмущением зовет свою подругу Лидия. – Ты не сможешь долго меня игнорировать, ну Миле-е-ен. Лидия — лучшая подруга Рирей, и она же единственная (по крайней мере, так было до недавних событий). Милен — та, кому не нужно много внимания и разностороннего общения, но Лидия для нее как сестра, и она никогда не позволяет себе ее обидеть или подставить. Хоть все и любят Лидию, но к Милен у них особое отношение: ее считают грубой и странной. Она часто сидит одна на задней парте, а во время обеда к ней подсаживается только Лидия, которая в последнее время все чаще и чаще обедает с другими девчонками. Милен считает их одноклассниц глупыми и беспомощными, они вечно говорят о парнях, моде и тех видео, которые беспрерывно заливают в ТикТок. Однако последний поступок Лидии, собственно, из-за которого Милен и решила с ней больше не разговаривать, оказался просто фантастически дурным. Лидия без ведома Милен залезла в ее шкафчик и взяла фотографию мальчика, который ей симпатичен. Ну как симпатичен. Не то чтобы она была прямо влюблена в него, просто Джеймс Руфер сильно отличается от других парней в их школе. Он не зациклен на клубах и других прелестях мальчишечьей жизни. Джеймс наоборот спокойный, умный и, в конце концов, добрый. Эти качества Милен находит безумно привлекательными. Мало того, что Лидия под влиянием других девчонок влезла в ее шкафчик, так и вся школа теперь знает главный секрет Милен! Милен не готова ей это простить так быстро и поэтому вполне разумно решает пока не общаться с подругой. Безусловно, Рирей очень болезненно переносит их размолвку, но она слишком горда, чтобы это показывать. — Ну, Милли, прости меня. Я знаю, что не должна была вестись на провокации Эммы, но мне очень хотелось доказать, что я могу ее обставить. И она обещала, что о твоих тайнах никто не узнает. — Отстань от меня, – тихо произносит Милен и отворачивается от Лидии. — Ты не можешь все так оставить. С кем еще я еще буду делиться сокровенным, обсуждать новости… — продолжает Лидия. — Иди к тем идиоткам, на которых ты меня променяла, – грубо отвечает Рирей. — Не говори так! Милен, живо повернись и поговори со мной! – указательным тоном произносит Висп. Милен уже здорово надоедает их бесполезный разговор. Она не собирается и дальше обсуждать всю ситуацию с Лидией и, тем более, она не будет терпеть такое отношение к себе. — Я говорю, отстань от меня! — Милен даже срывается на непривычный для нее крик. И следом она встает со своего места и выходит из класса по направлению к школьному туалету, пока удивленная таким тоном подруга непонимающе замирает за своей партой. Лидия не хотела, чтобы все узнали про влюбленность Милен, но слишком легкомысленно ее подставила и теперь должна вынести все последствия своего поступка. 8:00 США, Нью-Йорк — Ты сошел с ума! — с огромным возмущением начинает Руж, — я не буду испытывать эту сыворотку на детях! — Не на детях. Подростках, — с поразительным спокойствием отвечает ей Крейг. — Какая разница, будь то дети или подростки! Есть медицинские противопоказания, им нельзя так бездумно это вкалывать. Они ведь могут умереть! — Умереть? Тогда эту сыворотку точно нельзя применять на моих солдатах, – издевательски тянет Джонатан. — Нет, не то чтобы умрут, просто, просто… — растерявшись, продолжает Руж. — Просто что? – с еще большим издевательством переспрашивает Крейг. В этот момент Вероника не знает, что ей ответить. Ведь Крейг прав, это вещество не было клинически проверено на людях, а животные в большинстве случаев погибали. Руж очень боится за плохо изученные последствия, но еще больше за жизни детей. Конечно, собственная безопасность ей дороже. Но внутри что-то неприятно стягивается. — Где ты найдешь такое количество подростков для эксперимента? – уже спокойнее интересуется Вероника. — Есть у меня одно местечко... 9:53 Средняя школа, США, Нью-Йорк Милен и одиночество словно самые близкие друг другу люди. Рирей с самого детства привыкает быть одна. Сначала в садике, потом в младшей школе, а затем и в средней. Она редко общается с матерью, не говоря уже о каких-то спонтанных знакомствах. Спустя время она все-таки выходит из туалета и направляется к школьному кабинету, но тут же слышит, как из актового зала доносится речь директора. Видимо, школьников забрали с урока на торжественную речь. — Дорогие ученики! — с широкой улыбкой начинает директор. – Вы все понимаете, что здоровье превыше всего, а в разгар эпидемии гриппа особенно. И, к счастью, наш спонсор Джонатан Крейг готов помочь нам в этой борьбе. Специально для нашей школы он закупил государственную вакцину, разработанную по самым новейшим стандартам. Джонатан Крейг — главный спонсор школы, и Милен часто видит его на разных мероприятиях. Но ее настораживает то, что эпидемия давно спала, и, кажется, что в прививке нет никакой острой необходимости. Рирей поворачивает голову к огромному окну в актовом зале и видит около пяти черных автобусов недалеко от входа. Такой ход дел ее не сильно устраивает. — Но мистер Крейг настаивает, чтобы вакцинация проходила на территории его лаборатории, — с какой-то непробиваемой уверенностью продолжает рассказывать она. Милен такие радужные перспективы представляются двоякими. Да и звучит все, как начало дешевого фильма ужасов. После окончания этой речи школьники, как один, добровольно выходят на улицу и садятся в автобусы Крейга. Милен, хоть и злится до сих пор на Лидию, но понимает, что не может просто так оставить подругу на произвол судьбы. — Лидия! Лидия! – зовет ее Милен в толпе. — Я здесь! Милен быстро находит Лидию и заворачивает с ней за угол школы. — Слушай, пойдем отсюда. Я думаю, что это все какая-то мутная постановка. — Милен, что за бред. Это ради нашего здоровья. Пойдем, сядем вместе, – с наивной улыбкой отвечает Висп и уворачивается от протянутой руки Милен. Но Рирей не собирается сдаваться, даже когда видит, что подруга приближается к автобусам. — Лидия, это все чушь! Не верь им, не разрешай вкалывать им это! Договорив с директором и получив незаслуженную дозу комплиментов в свой адрес, Джонатан уже направляется к выходу, как слышит, что кто-то кричит. Дойдя до места шума, он обнаруживает, как одна из школьниц пытается вразумить свою подругу словами о том, что вся его затея ложь (какой она, в общем-то, и была). Но он лишь вызывает охрану и немедленно высказывает свою просьбу: — Выведите ее, но только так, чтобы никто не увидел. Милен некоторые время раздумывает, что ей делать дальше, но она все-таки понимает, что должна перехватить Лидию и не позволить ей совершить ошибку. Что бы не было с этой вакциной, но колоть ее просто так им никто не посмеет. Вдруг в дверях показываются два внушительных человека в форменной одеждой и перехватывают Рирей под руки. — Не трогайте меня! – начинает кричать она и привлекать к себе внимание. – Пустите! Охрана подтаскивает Милен к Крейгу, который достает заранее приготовленный шприц со снотворным и вкалывает его буйной ученице. Он так и знал, что на случай непредвиденных обстоятельств понадобится запасной план. — Тише, девочка. Если все получится, то ты даже останешься в живых, – с ехидной улыбкой произносит он и расплывается перед глазами у Милен. Это было последнее, что она услышала, прежде чем уснуть. 22:30 Лаборатория Крейга, США, Нью-Йорк «Как же болит голова», — тянет про себя Милен. Она не сразу открывает глаза и буквально чувствует, с какой ужасной силой ее охватывает тошнота. Даже говорить непомерно трудно. Милен замечает длинный коридор, по которому ее везут, прежде чем снова впасть в беспамятство. Следующее, что видит девушка, – это яркий свет лампы, ударившей ей прямо в глаза. Дикая мигрень все еще сковывает ее затылок, и Милен смутно представляет, что происходит. — Где я? – едва слышно спрашивает она. — О! Ты проснулась, я очень рада. Рядом появляется улыбчивая женщина в стандартном медицинском халате. — Кто вы? — Это не так важно, Милен. Расскажи, как ты себя чувствуешь? — Я…я чувствую себя нормально, — Милен едва помнит, кто она такая, — только голова очень болит. — Это нормально, главное, что все остальное в норме, – заполняя документы отзывается Руж. — Извините, а вы можете сказать, где я нахожусь? — О, дорогая, ты в лаборатории Джонатана Крейга, – все еще занося записи в документы, миролюбиво говорит Вероника. Милен понятия не имеет, кто это и зачем она вдруг оказывается нужна непонятному человеку. Но она не успевает задать следующий вопрос, потому что Руж продолжает говорить. — Так, теперь можно и начать. Милен Рирей тебе ввели сыворотку под названием «Иньект». И, к твоему счастью, ты осталась жива, в отличие от остальных подростков. – С непробиваемой уверенностью сообщает ей Вероника. — Милен, у тебя болит голова из-за того, что твой мозг прямо сейчас пытается обработать новые для него соединения, которые вскоре начнут менять твою жизнь в корне. Я дам тебе пару минут, чтобы прийти в себя. И, наверно, принесу тебе воды. Хорошо? — Хорошо, – все так же тихо подтверждает Милен. Как только Руж выходит из кабинета, Милен резко вскакивает и начинает осматриваться. Голова мгновенно начинает кружиться, но Милен не сдается в своих попытках. Перед ней находится лабораторный стол, привинченный к стене, неподалеку в стену вмонтировано большое панорамное окно. Вид просто великолепный: огромный сад и современный фонтан, шум которого долетает даже до Милен через стекло оконной рамы. Она решает осмотреть стол и замечает на нем черную папку. Милен открывает ее по наитию и находит полный перечень информации о себе. Она видит свою фотографию, изучает данные про семью, школу и физические параметры, но сама при этом ничего не помнит. Скорее всего, это из-за препарата, который та женщина ей ввела. В самом низу выделена фраза: «Сыворотка действует, способности подтверждены. Основная задача — привлечь к сотрудничеству». Милен нахмуривается и читает дальше. «Один из солдат готов». «Что за солдаты?», — с внезапной тревогой думает она, но не успевает даже сделать несколько предположений, как слышит шаги за дверью. — Вот, держи, – Вероника бодро возвращается в кабинет и протягивает Милен, вновь оказавшейся на исходном место, стакан с водой. — Спасибо. — Милен, я хочу предложить тебе сотрудничество. Со мной и моим начальником…, — не успевает Руж закончить свою мысль, как Милен тут же перебивает ее. — Нет. Достаточно твердо и жестко, чтобы обрисовать свой отказ окончательно. — Почему? – недоуменно спрашивает Вероника. — Я не хочу быть чьим-то солдатом. Или кем вы там хотите, чтобы я была, - грубо отрезает Рирей, — я — не чья-то вещь! И уж точно вам не принадлежу. — Милен, ты не понимаешь. Крейг взращивает людей, способных изменить мир, — Руж начинает придумывать красивую легенду для девочки, чтобы та ей доверилась и перестала сопротивляться. – Ты ведь и сама понимаешь, что мир на грани самоуничтожения. Слишком много трудностей, с которыми простым людям не справиться. Нужна новая сила. Особенная. Как и ты. — Нет. На секунду Руж улавливает в голосе подростка стальные интонации сродни тем, которые так часто проскальзывают в речи Крейга. Милен только начинает взрослеть, а уже проявляет характер. — Послушай, мы пытаемся помочь людям. — Убивая их? – на глазах Милен проступают неожиданные слезы. — Милен, так было нужно, – продолжает уверять ее Руж, – все будет хорошо, я обещаю. Вероника тянется к Рирей, чтобы обнять ее. — Да, все будет хорошо. Обязательно, — глухо подтверждает Милен и делает вид, что не против прикосновений женщины. Но как только Руж приближается к Милен, та незамедлительно наносит ей, пускай и незначительный, но ощутимый удар стаканом. Милен тут же вскакивает по направлению к двери, открывает ее и наугад бросается по коридору направо. За углом она неожиданно встречает кого-то из охраны. Видимо, это место здорово патрулируется, и просто так сбежать не получится. — Хэй! Кто ты? – спрашивает Милен охранник, но тут же видит на ней белую медицинскую одежду и распознает в ней подопытного пациента. – Иди сюда, сейчас мы отведём тебя обратно. Милен начинает пятиться назад, как вдруг охранник цепко ухватывает ее за локоть и тянет на себя. Рирей, словно переключаясь на неведомые для себя инстинкты, с неожиданной силой откидывает нападающего в сторону. — Боже, — с ужасом выдыхает Милен, но не проверяет состояние охранника, а продвигается дальше по коридору. — Надо искать отсюда выход. Теперь она поступает уже умнее и не принимается бездумно перемещаться. Милен делает осторожные шаги и выглядывает из-за очередного угла, чтобы проверить, как много человек ее могут там ждать. Шесть. Шесть охранников, которые внимательно выслушивают указания по рабочей рации. — Ох. Рирей не сразу понимает, что ее замечают, и один из мужчин вновь подходит к ней на преступно близкое расстояние, чтобы с громким восклицанием вытащить ее к остальным. Милен чувствует непомерную боль, которая поначалу разрывает ее тело, но в то же время дарует освобождение. Ее будто бы накрывает непонятная ей волна, а кожа превращается в плотный белый костюм с встроенными элементами, похожими на пчелиные соты. На запястьях у нее появляются перчатки с открытыми пальцами и металлическими шипами на костяшках, а ногах вдруг оказываются белые короткие ботинки. Талию обхватывает эластичный пояс со знаком «Иньект». Волосы приобретают белоснежный цвет, а глаза заливает жемчужный отлив. Точно такой же, как и у самого вещества. Рирей охватывает буйная ярость, и она выворачивает охраннику руку одним движением. Следом Милен выхватывает у него пистолет и простреливает его голову. Она так метко убивает каждого следующего охранника, словно всю свою жизнь только этим и занималась. Картой-ключом, позаимствованным у кого-то из охраны, Милен открывает дверь в один из кабинетов лаборатории и обнаруживает там темнокожего мужчину в очках, сидящего за полукруглым столом. Она тут же наставляет на него пистолет, готовясь безжалостно выстрелить, если ей вновь придется защищать свою жизнь. — Стой, стой, стой! Не стреляй, пожалуйста, - начинает умолять тот, – прошу, я ничего тебе не сделаю, только не стреляй. Трусливые повадки мужчины вызывают у Милен несдержанное раздражение на лице. — Кто ты и как отсюда выбраться? – сразу же спрашивает его Рирей, но пистолет не опускает. — Меня зовут Кевин. Я работаю здесь одним из ведущих у-ученых, – от ужаса тот даже запинается. – Я помогу тебе выбраться. Ты ведь одна из иньектов, да? — Одна из чего? — Из кого. Ты — та девочка, которая выжила после введения сыворотки. Слушай, я помогу тебе. Честно. Я не прошу о доверии, но могу вывести тебя отсюда. — Только ты пойдешь вместе со мной, понял? Или я убью тебя. — К-конечно. Кевин не спорит, но Милен даже на мгновение решает не расслабляться. Пока она в здании этой лаборатории, здесь каждый ей враг. Все вокруг представляет опасность. Крейг достаточно быстро понимает, что раз Руж спустя столько времени не явилась в его кабинет с выжившей девчонкой, то произошла внеплановая ситуация. Он пытается получить ответ от охранников, которые обязаны обходить коридоры, но линия связи пустая и отдает надоедливыми помехами. Руж предстает перед ним с царапиной на лице, которая безостановочно кровоточит, и дикой растерянностью во взгляде. — Что случилось? – с беспокойством спрашивает Крейг. — Девчонка...она...сбежала, - отрывочно произносит Руж и закрывает глаза, прислоняясь к стене. Дальнейшие открытия Джонатану совсем не понравились: полуобморочная Вероника, мертвые охранники и гулкая тишина по коридору, которая свидетельствует только об одном. Его иньект сбежал. — Живо достаньте мне девчонку! — приказывает он в рацию, но ответ получает далеко не сразу. Милен и Кевин направляются к служебной стоянке, чтобы выбраться за город. По крайней мере, такой план предлагает Кевин, и Милен не сопротивляется. Чем дальше они уедут, тем больше шансов спастись. — Где твоя тачка? — спрашивает Милен, оглядывая все машины на парковке. — Вот же, посмотри, — с затаенной гордостью произносит Кевин. — Серьезно? Ауди? Да они же догонят нас в два счета, – Милен усмехается, хотя ситуация к веселью совсем не располагает. — А вот и нет, – недовольно отзывается Кевин. — А вот и да. Не успевает Милен произнести еще хоть что-то, как раздается оглушительная охранная тревога. Им еще повезло, что они успели выбраться наружу. Но времени катастрофически мало. И Милен понимает, на них уже объявили охоту. — Знаешь, что, – быстро говорит Рирей, поворачиваясь к Кевину, — поведу я. — Что? С ума сошла, тебе сколько? Шестнадцать? Родительские уроки в пригороде за водительские курсы не считаются. — Я справлюсь, — настаивает Милен, наблюдая, как у главного входа собираются вооруженные охранники, — с тобой за рулем, да еще на этой машине мы далеко не уедем. Давай же. Кевин явно колеблется, но точно боится противостоять иньекту. Пускай они и рискуют разбиться на ближайшем повороте. — Живо дал мне ключи! – грозно заходится Милен, теряя терпение. — Дело твое, забирай. К ним уже приближаются, когда Милен заводит простенькую аудио и резко вдавливает педаль газа, съезжая по газону. — Твой пропуск, сейчас. Пока они его не аннулировали. Нам надо выбраться отсюда поскорее. Кевин начинает судорожно копаться в карманах. По машине, кажется, проскальзывают несколько пуль. — И вбей в навигатор нужный нам адрес, — цедит Милен, вглядываясь в боковые зеркала, — я же могу включить радио?