понять, чем ты дышишь

      кейске баджи влюблен в своего друга. до глупости, до звёздочек в глазах, до дрожи в пальцах. каждая его попытка спрятать чувства в себе выглядит жалкой: сколько бы ни пытался оторвать взгляд, глаза все равно прилипают к чужому лицу, к разбитым шершавым рукам, к каждой шерстинке на чёрной форме, демонстрирующей безудержную любовь к своему коту. он добрый, всегда старается всем помочь, наверное, поэтому его все любят и уважают, наверное, поэтому в него и баджи влюбился. значит, не он один такой влюблённый и расплывающийся от одной лишь улыбки чифую. не хочется вешать ярлыки, но, чувствует кейске, в тосве точно найдётся парочка людей, которые не отказались бы встречаться с мацуно. и пока этого не произошло, баджи нужно взять ситуацию в свои руки.       он решает посоветоваться с такемичи. кажется, в их компании это единственный человек, у которого есть настоящие отношения, которым баджи даже завидовал иногда. что бы ни произошло, такемичи и хина всегда стараются защитить друг друга. в тосве все, конечно, тоже стеной за своих, но это другое, и баджи не может это объяснить. он просто хочет испытать это на себе.       ханагаки, кажется, вообще не понимает. баджи намеками старается, чтобы не выдать личность человека, который ему нравится. теперь он вообще жалеет, что решил обсудить это с такемичи. но, раз терять уже нечего, можно сказать и напрямую. такемичи даёт слово, что ни за что и никому не расскажет секрет баджи, но когда слышит «чифую», тут же переспрашивает в три раза громче. — я тебе сейчас язык вырву и засуну в жопу, если громкость не убавишь.       такемичи кивает, вытирая пот с лица. не то чтобы ему страшно, но без языка остаться не хочется — баджи умеет держать слово. глаза в пол прячет, теребит волосы, нервничая, но теперь больше не один на один со своими чувствами. ханагаки не очень похож на умного человека, но кажется надежным. он точно не разболтает другим. — ну, я рад за тебя. чифую классный парень. но что ты хочешь от меня услышать? — я хочу понять его. хочу убедиться в том, что он мне правда нравится, потому что такое со мной впервые. как мне понять это?       после долгих раздумий, такемичи выдаёт, кажется, самую гениальную свою идею: баджи просто нужно пожить повседневной жизнью мацуно. так он точно поймет его лучше и убедится, что ни с чем другим эти чувства спутать невозможно. — у меня есть план.       обычно, так говорит чифую. для любой ситуации у него заранее заготовлено несколько планов, уж очень он предусмотрителен. и, кажется, такемичи научился этому у него.       баджи соглашается — других вариантов у него все равно нет. он вчитывается в небрежно выведенные иероглифы, с трудом понимая их значение. но тупым-то казаться не хочется, поэтому он делает вид, что просто анализирует гениальную стратегию ханагаки.       и на первом пункте уже хочется сдаться. просыпаться рано утром и заранее планировать день? звучит как ад. но в таком аду ежедневно проходит рутина чифую. он встаёт рано утром, кормит своего кота, а затем выходит на балкон, встречая солнце. баджи никогда не заводит будильник, ведь он знает, что друг обязательно разбудит его перед школой. иногда он и завтраком делится, не забывая поругать баджи за то, что он снова не приготовил себе бенто в школу.       в первый день баджи все-таки игнорирует будильники, хотя старается разомкнуть глаза изо всех сил. кажется, пять минут превращаются в несколько часов: он снова просыпается от стука в дверь, завтракает вместе с чифую и идёт с ним в школу. в конце концов, через несколько попыток у него получается перебороть своё желание послать все и продолжить спать. он плетётся на кухню, заплетая волосы по дороге, но не находит в холодильнике ничего, кроме яиц, поэтому решает сделать омлет. правда, не получается сразу, все подгорает, а футболка любимая теперь в масле. готовка — сплошное разочарование. но хотя бы два пункта из списка дел уже выполнены.       мацуно заходит к нему, когда баджи уже поправляет воротник надетой рубашки, которую пытался идеально выгладить. наконец-то у него получилось, и весьма неплохо ведь, хоть и выглядел немного потрепанным. чифую спросил, все ли нормально, а баджи лишь ответил, что теперь за ним по утрам заходить не нужно, а встречаться можно и на крыльце дома.

***

      такемичи тоже часто читает мангу, поэтому спрашивать о любимой у мацуно баджи прямо не пришлось. он читает ее после школы, иногда даже оторваться не может, постоянно комментируя события, происходящие в ней. ханагаки лишь смеётся, когда кейске говорит, что чувства главных героев настолько очевидны, что пора бы давно признаться, но никто не хочет делать первый шаг. — никого не напоминает? — спрашивает такемичи, но сразу получает подушкой по лицу.

***

      на любимого человека правда хочется произвести лучшее впечатление. но при их первой встрече баджи показался глупым и грубым, хотя со временем чифую понял, что это не так, и даже начал в какой-то степени уважать его. сейчас же их знакомство кажется таким неловким и безнадёжным, что баджи хочется пережить этот момент снова, но по-другому. хотя, мацуно даже не думает об этом, наверное. в любом случае, он всегда помогает кейске с японским. пусть тот и учится медленно, его результаты все равно улучшаются, он правда старается. он больше не хочет напрягать чифую и тупить прямо перед ним, поэтому решает заниматься японским сам. правда, с его попытками сосредоточиться и понять прочитанное с первого раза это очень трудно. концентрация у него, очевидно, близка к нулю, но ради возлюбленного постараться можно — не быть же ему тупицей до конца своей жизни, он должен постараться, чтобы заслужить такого парня. — зайдём в лапшичную по дороге домой? — спрашивает чифую после уроков. — извини, но у меня дела. увидимся завтра.       разве у него есть время расслабляться? он идёт в книжный, чтобы купить сборник заданий по японскому языку. вместе с ним он прихватывает с полки какой-то ужастик — смотреть он их любит, но, чтобы развивать язык, нужно и книжки читать. по крайней мере, так говорил чифую. а чифую никогда не врет.       это, конечно, сложнее, чем думал баджи. без чифую совсем трудно, но мотивация такая сильная, что просто так он не сдастся.       возвращаясь домой, он слышит непонятный звук, похожий на скрип. он пытается найти источник, проходит за угол какого-то дома, и понимает, что это не скрип вовсе, а мяуканье котёнка. он находит пушистое создание под бетонной плитой, которая, к счастью, не придавила хвостатого, но путь ему все равно что-то преграждало. грязный и мокрый, он плачет и не понимает, кто вытащил его на свет, кто кладёт его за пазуху, заботливо гладя по голове. и кричит так всю дорогу. — наверное, мама меня убьёт, — вслух рассуждает баджи уже дома, пока котёнок жадно лакает молоко из блюдца. чистый и вычесанный расческой парня. — но не волнуйся, тебя в обиду я не дам. она ещё нескоро вернётся… а мы с тобой за это время что-нибудь придумаем.       теперь по утрам вставать не так сложно, потому что новый сосед, которому до сих пор не дали имя, будит своего хозяина.

***

      кажется, самое сложное для кейске — это не лезть напрасно в драки. обычно, так он решает все конфликты, хоть и чифую его останавливает. вместо того, чтобы надрать кому-то зад, чифую старается решить все дипломатично, путём разговоров. а вот если человек не понимает слов, можно и ударить пару раз. но несильно, а то кейске сам получит по затылку, ведь насилие они ни в коем случае не оправдывают, а только отвечают на него.       да как вообще он справляется одними лишь словами? это ведь намного сложнее, чем подойти и стукнуть с локтя пару раз. но баджи правда интересно, что там в голове у мацуно, что у него в душе. и на очередных разборках между бандами, баджи не собирает волосы в хвост, а молча подходит к одному из парней, что, на самом деле, выглядит ещё страшнее. — на наших быкануть решил? на нашей же территории? — я… не хотел, пожалуйста, только не бей! — чё? не собираюсь я тебя пиздить.       в этот момент чифую повернулся и внимательно стал наблюдать за баджи, который пытался подобрать слова, чтобы узнать нужную информацию. однако, выглядело так, будто он правда вот-вот ударит, и у баджи терпение не железное, но ведь держит руки при себе. старается изо всех сил.       оказывается, такие «разговоры» баджи не менее действенны, чем старые проверенные методы, поэтому теперь, прежде чем ударить, он старается выяснить причины разногласий словами.       чифую же не понимает, что так сильно изменило баджи и почему он уже несколько дней куда-то уходит, не посвящая в подробности своих планов. раньше он от него не скрывал ничего.

***

      на собрании токийской свастики шумно до тех пор, пока возле храма не появляется майки. он подводит итоги за неделю, радуясь тому, что никто не пострадал. баджи хотел бы радоваться тоже, но не может: он плохо себя чувствует с самого утра и еле стоит на ногах. таким чифую видит его впервые. он не помнит, чтобы друг болел или отлеживался после драк — обычно он лез в них сразу, не давая телу оправиться от только что полученных ран. мацуно стоит рядом, и баджи вот-вот упадёт, но собрание уже заканчивается. он отходит в сторону и садится на лестнице. свастоны расходятся кто куда, но чифую остаётся сидеть рядом с ним. — у тебя все хорошо? ты выглядишь нездоровым. — с чего ты взял? — хмыкает кейске. — я чувствую себя замечательно. — не похоже. в этот раз ты не сбежишь от меня? — чифую выглядит поникшим. мало того, что они почти не общались нормально несколько недель, так ещё и сейчас баджи не хочет говорить о том, что происходит в его жизни, и почему он выглядит так, будто прямо сейчас отрубится. вроде, ни от кого по голове не прилетало. — пойдём домой вместе. — я не бегал от тебя… — тихо отвечает баджи, поднимаясь на ноги. — нет, ты меня избегаешь, и это видно. не пытайся меня наебать, — чифую проницательный очень, сразу чувствует, если что-то идёт не так. и баджи почти готов сдаться под таким давлением. — мне обидно. я что-то сделал не так? черт, я правда обижен на тебя сейчас так сильно, что готов ударить. но я не буду, потому что ты выглядишь больным. пойдём, я доведу тебя и уложу спать. не хочу, чтобы ты упал по дороге домой. — хорошо, — кейске больше не находит других слов и просто соглашается.       баджи с трудом меняет одежду и умывается, прежде чем ложится на кровать. чифую стоит у окна не в силах повернуться. — что с тобой происходит? — у кейске ком в горле, когда чифую говорит таким низким и еле слышным голосом, да ещё и стоит к нему спиной. он что, правда так сильно расстроен? — ты ведёшь себя странно, совсем не хочешь общаться со мной. скажи… — наконец, он поворачивается к баджи. в комнате темно, но лунного света достаточно, чтобы разглядеть блестящие в глазах слёзы, — ты нашёл себе кого-то? — он вытирает глаза рукавами своей куртки, но не избегает чужой взгляд. лишь улыбается грустно. — чего это я расплакался… в нашем возрасте нормально встречаться с кем-то, но, знаешь… мне почему-то очень тоскливо. это что, конец нашей дружбы?       баджи почти встаёт, чтобы подойти к чифую, но внезапно в комнате раздаётся мяуканье. чифую не понимает, откуда, и первая мысль, которая приходит к нему в голову — пеке джей снова пробрался в комнату кейске. очень вовремя. баджи включает свет, и мацуно видит перед собой рыжего котёнка. он не думая берет его на руки и гладит, слёзы его останавливаются, когда по рукам проходится вибрация мурчащего пушистика. не понимая, откуда он здесь взялся, чифую окидывает комнату взглядом, чтобы проверить, не открыто ли окно. но вместо этого он видит на столе баджи аккуратно разложенные книги и школьные принадлежности, среди которых лежит пара томиков манги и сборник японского. такой порядок у него на столе впервые. на стене висит распорядок дня, а под ним стоит миска с молоком. — и что это все значит? — ты мне нравишься. давно и очень сильно.       молчать смысла больше нет. его застали на месте преступления. к тому же, чифую изначально понял его неправильно.       блондин молча садится рядом с баджи, все ещё держа в руках котёнка, который играется со шнурком его худи. — я что?       кейске решает рассказать все с самого начала. он не может больше держать это в секрете. про совет такемичи, занятия японским, новый режим дня и даже случайную встречу с рыжиком — он рассказывает все. чифую слушает молча, иногда кивая. — ты такой дурак, — выдаёт в конце он. — ты вообще понимаешь, что такая резкая смена психологического климата очень влияет на твоё здоровье? у твоего организма стресс. — это правда единственное, что ты хочешь сейчас сказать? — удивляется баджи. чифую слушал так внимательно, что, казалось, готовился отвергнуть его в конце рассказа. а сказал совершенно не то, чего ожидал кейске. он вообще помнит, что пару минут назад ему в чувствах признались? — я принесу тебе чай, — парень кажется совсем спокойным. он выходит из комнаты, игнорируя все вопросы, и бесшумно прижимается к двери. ему хочется кричать. его лицо сейчас сгорит, хоть на нем воду кипяти.       чифую хозяйничает на кухне баджи. он давно знает, что и где находится, поэтому быстро заваривает чай, не забывая прихватить с собой небольшую аптечку, чтобы найти нужные лекарства. — ещё никто не делал такое ради меня, — чифую не передает кружку с чаем баджи, он ставит ее на тумбочку у кровати. — ты так сильно хотел узнать, чем я дышу, и я правда очень это ценю… прости, что не понял это сразу. — все нормально. — я думал, что у тебя проблемы. я так сильно беспокоился, но не мог спросить тебя напрямую. не хотел показаться навязчивым…       баджи придвигается к чифую. он наклоняет голову вбок, всматриваясь в заплаканные глаза. мацуно, наконец, набирается сил и смотрит на кейске. — не плачь больше и не волнуйся, — он целует его в лоб. так нежно и мягко, будто ради этого жеста мацуно прожил сегодняшний день, нет, неделю или, возможно, всю жизнь. — мне больше нечего от тебя скрывать, я все рассказал.       чифую обхватывает ладонями щеки напротив. лицо баджи такое горячее, и ему хочется поругать его, потому что он игнорирует свой организм, но сделать это он ещё успеет. вместо этого мацуно носом трется о нос баджи, словно кот, а затем аккуратно, совсем не настойчиво целует. ему хочется остаться в этом моменте, когда вся правда, наконец, всплыла, когда можно не стесняться своих чувств, потому что они не останутся проигнорированными. баджи отвечает на его поцелуй неумело. губы чифую мягкие и сладкие, чуть соленые от слез. — эй, чифую, — уже чуть бодрее говорит баджи прямо в губы, — поможешь мне выбрать имя котёнку? — конечно, — смеётся мацуно, не открывая глаз. — ему ведь нужно как-то представиться пеке джею.