Дом, где ты

Слэш
PG-13
Завершён
1658
автор
FloraNG бета
Размер:
5 страниц, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1658 Нравится 164 Отзывы 212 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Домом, собакой и любимым я обзавелся одновременно. Хотя вру. Любимый в моей жизни появился раньше… Сухой сосновый дух щекотал ноздри, успокаивал носовые пазухи и согревал легкие, наполняя их золотым солнечным жаром изнутри. Не воздух, а один большой ингалятор. Контраст с тяжелым, влажным, липким воздухом лежащего под моими ногами Бенидорма был разительным. И несмотря на то, что на улице были все те же кошмарные для меня тридцать с лишним градусов, сегодня я мог спокойно дышать. Я с любопытством оглядел деревеньку, куда меня случайно занесла неосмотрительно пропущенная дорожная развязка. Ехал я сегодня не сюда, но жизнь научила смотреть на вещи с буддийским пофигизмом, и, завидя захватывающую дух панораму на древнюю крепость на горе и ютящуюся у ее подножья деревушку, я решил остановиться и пообедать. Испанцы – народ, разнеженный под солнцем, и послеполуденный отдых для них святое. Не успеешь перекусить сейчас – двери всех ресторанов закроются на сиесту, и нормально поесть можно будет только, когда солнце созреет, потяжелеет и окунет свой бок в море. Конечно, можно было спуститься обратно в Бенидорм, где подножный корм в виде пиццы, бургеров и бумажной картошки фри доступен почти круглосуточно, но мне вдруг безумно захотелось без суеты посидеть на главной площади этой тихой деревни, с пинтой ледяного пива и нехитрой закуской из оливок, и багета, натертого оливковым маслом, чесноком и помидорами, и, конечно же, испанским хамоном, темным и насыщенным, как густая испанская кровь, с янтарными, подтаявшими на солнце краями. И плевать на то, что за рулем. Сегодня хотелось отпраздновать начало новой жизни. Ну или справить поминки по жизни прошедшей. Как посмотреть. Сам я еще не определился, но носить шапку даже летом из-за каких-то там смешных носовых пазух было просто смешно. Я так и сказал доктору Вацетису, ставшему за полгода непрекращающихся хронических мучений чуть не родным. — Смешно ему, — пробурчал он, выписывая очередной рецепт на антибиотики, которые в мой организм в виде таблеток уже не лезли и поэтому их приходилось закачивать через попу уколами два раза в день. — Тогда на улицу не выходи. — Совсем? — расстроился я. — Ничего не понимаю. Не холодно же вроде. — Угу, — еще ниже склонился над бланком Вацетис. — Я, знаешь, сколько таких как ты перевидал? Переезжаете из Питера с криками, что тут тепло и климат мягче, а потом все равно ко мне на прием. Кто с трахеитом, кто с синуситом. Все было верно. Десять лет счастливого и почти безоблачного проживания на Туманном Альбионе я, как обычно, даже зимой щеголял без головного убора. Это же я. Мне все время жарко. Куртка нараспашку, шарф нафиг, шапка давно потеряна за ненадобностью. А на одиннадцатый год в моем организме что-то разладилось, расклеилось, разбухло от английских дождей и выдуло шквальными влажными ветрами. И я перестал дышать. Ни носом, ни легкими, никак вообще. Я, как человек редко болеющий, тут же впал в панику и стал умирать. Натурально задыхался по ночам от невозможности сделать нормальный вдох полной грудью. Что-то постоянно мешало и, стоило прикрыть глаза, забиралось на грудную клетку огромным пудовым зверем, зажимало нос липкой холодной лапой и давило-давило-давило могильной плитой. Через неделю бессонницы и давления двести на сто пятьдесят я дополз-таки до русскоговорящего врача, оказавшегося на самом деле флегматичным латышом, интуитивно не доверяя местным, для которых самым радикальным лечением являлся ибупрофен. Дополз и буквально поселился с тех пор в его кабинете, потому что зверь, дремавший на моей груди по ночам, покидал меня за полгода максимум на пару недель и возвращался, как только кончались таблетки по рецепту Вацетиса. Постепенно пришлось завязать с любимым гольфом, накупить шапок и шарфов всех сортов. Потом я стал маньячно и абсолютно по-стариковски бояться сквозняков, открытых окон в машине, оказаться под дождем без зонта и промочить ноги. Такая новая жизнь выматывала. — Если можешь, меняй место жительства, — припечатал однажды Вацетис. — Считай, что твоя дыхательная система отторгает местный воздух. Я мог. Не задумывался об этом ни разу за десять лет, но мог. Вопрос был в том, что я не хотел, чтобы, скажем, мои легкие диктовали мне, взрослому мужику, где жить. Однако новый приступ удушья, паническая атака на ровном месте и рецепт на ксанакс, чтобы я наконец смог нормально спать и функционировать, были как ни крути вескими доводами. Как-то сразу припомнилось, что друзья постарше и правда переехали из Лондона, кто на Кот д’Азур, кто в Аркашон, кто и вовсе в Новую Зеландию. Я стал изучать рынок недвижимости, наплодив целую армию агентов по недвижимости, а потом и архитекторов. Италия, юг Франции, возможно, северная Испания. Мой новый дом представлялся мне где-то на Лазурном берегу или итальянских озерах. Он нависал белой современной виллой на скале, паря над нереально голубым морем. Или выглядывал затейливыми башенками маленького шато рядом с обширными виноградниками. Но совершенно точно не снился мне испанской тихой деревушкой, затерявшейся в горах. Где, поди, и спутниковое телевидение отсутствует. Я с интересом огляделся вокруг. На узкие, кривые, убегающие от меня вверх улочки, на герань в горшках прямо на булыжной мостовой, на зонтики старого кафе на главной площади с монетку. Да весь городок был не больше московского микрорайона. Но разве я мог предполагать, что где-то можно так дышать? Негромкий, но весомый и гулкий звон церковного колокола пробил два раза. Я машинально сверил часы. — Точно-точно. Ни разу за сто двадцать три года не сбился, — усмехнулся в кружку с пивом пожилой крепкий испанец и не глядя на меня поинтересовался: — Англичанин? Его английский был упрощенным, но правильным. Я пожал плечами, привычно затрудняясь определить свою национальность. Паспорт, место рождения и самоидентификация в этом вопросе расползались, как лебедь, щука и рак. Вместо ответа я занял соседний столик и сделал красноречивый жест выглянувшему из дверей кафе официанту. — Красиво здесь… — протянул я вместо ответа, жадно втягивая сухой хвойный дух и разглядывая крепость на вершине горы. На площади, кроме нас со старичком, почти никого не было. Только две пожилые дамы через два столика о чем-то оживленно спорили и огромный как теленок черно-бело-пегий пес печально хмурил рыжие точки-бровки на крыльце дома напротив. Наверное, про такие говорят: «Мой дом — моя крепость». С основательной, как само время, дверью и старинным почтовым ящиком. — Здесь спокойно, — тут же отозвался мой вынужденный собеседник и отложил в сторону газету. — Здесь почти ничего не меняется. — Это не так уж и плохо, — неопределённо потянул я, думая о своей жизни. — Это не всегда хорошо, — еще неопределенней ответил мужчина, кивая псу как хорошему знакомому. И невпопад добавил: — Я тут, чтобы продать дом отца. Он наконец решил переехать. — Куда? — машинально спросил я. В конце концов времени у меня было хоть отбавляй. — Тут не далеко, — спокойно пояснил мужчина и кивнул в сторону церкви. Картина мирной деревни и голубого неба, распростершего объятия над нашими головами, была так безмятежна, и мне понадобились добрых пять минут, чтобы понять, что человека, о котором мы говорим, больше нет в живых. Что, пожалуй, было неудивительно, учитывая возраст моего собеседника. — Соболезную, — английская вежливость вылезла из меня, как всегда, автоматически. — Не с чего, — пожал плечами мужчина. — Он прожил тут всю свою жизнь. Не думаю, что ему не хотелось путешествовать. Пожалуй, он всегда хотел переехать, но так и не решился. — Что ему мешало? — снова подал я голос. — Я бы сказал, вера, — после некоторого раздумья подал голос мужчина. Я запоздало подумал, что мы даже не представились, а уже в следующий момент понял, что это не важно. — Вера в бога? При чем здесь это? — пожал я плечами. — Разве она может помешать переезду. — Нет, — поболтал пиво в кружке мой собеседник. — Другая вера. Посильнее всех остальных. Вера в то, что тот, кого он ждал, однажды вернется в его дом. Только эта вера способна держать крепче всего остального. Раньше ведь как было? Не было же ни интернета, ни телефона. Часто у людей был только адрес. Отец боялся, что он уедет, а тот, кого он ждал, вернется сюда. К нему. — Простите, а как же… — я осекся, понимая, что возможно лезу не в свое дело и проявляю бестактность, но червячок любопытства уже беспокойно завозился. Я коллекционер чужих историй. Я берегу их в отдельном отсеке своей души, чтобы потом плести из них такое изощренное кружево, что понять, где правда, а где ложь, где реальные люди, а где моя фантазия, не представляется возможным. Мой собеседник понял меня абсолютно правильно и спокойно улыбнулся. — Не волнуйтесь. Я уже вступил в тот возраст, когда осуждаешь людей гораздо реже, а фразу «я бы так никогда не сделал» и вовсе произносишь с опаской. Я его понимаю. Тот, кого он ждал, был его счастьем. — А вы? Если вы его сын, значит, была семья? — все-таки не выдержал я. — А я и моя мать были его жизнью, и, как видите, жизнь и счастье не всегда одно и то же. Можно прожить жизнь в ожидании счастья, но так и не дождаться его, — при этих словах задремавший было пес вскинул свою большую голову, поставил уши топориком и тихонько вуфнул в прохладный проулок между двумя домами. Словно увидел старого знакомого. С минуту и мы с моим собеседником всматривались туда же, куда и пес, но улица была пуста. Только рев промчавшегося по соседнему проулку мопеда вспугнул трещавших в кустах цикад. Пес тяжело и абсолютно по-человечьи вздохнул и пристроил голову на массивные лапы, гася внимательный взгляд. — Это его пес? — догадался я, связав наконец воедино моего собеседника, дом со старинным почтовым ящиком и пса на крыльце. — Теперь он ничей, — пожал плечами мой собеседник. — Я, к сожалению, не могу его забрать. А у вас есть собака? Я перевел взгляд на появившуюся передо мной пинту пива и задумался. Что я мог ответить этому человеку? Что у меня не только собаки, у меня много чего нет, что могло было быть. Что должно было быть. Потому что он до чертиков прав, и жизнь не всегда означает счастье. Так и я. Жизнь у меня есть. А мое счастье от меня далеко. — Покажете? — спросил я вместо ответа. — Что? — слегка растерялся от перемены темы разговора мужчина. — Вы сказали, этот дом продается. Покажете мне его? — повторил я ровно, пока ни на что не надеясь. Но ведь я и правда искал дом. А тут так хорошо дышится ровным, жарким сосновым духом. Пес прошел за нами в дом, едва двери стоило распахнуться. Мой невольный риэлтор хотел было подвинуть его ногой, но двигать такую тушу забодаешься. В конце концов этот пес имел на этот дом больше прав, чем любой из нас. Дом был тих, прохладен, темен от закрытых ставен и полон старой массивной мебели и несбывшихся надежд. — Я подожду вас снаружи, — сказал мужчина, кладя на массивный дубовый стол ключи и с сомнением глядя на псину, которая стояла между нами, с надеждой подняв свои рыжие бровки-точки. — Пусть остается, — разрешил я и почесал пса за ухом. — Ну… показывай. Где тут что? Пес, словно поняв меня с полуслова, зацокал когтями по прохладной каменной плитке в сторону большой двери, видимо, ведущей во внутренний двор. Я открыл обе створки и задохнулся. Слева от меня лежала долина апельсиновых деревьев, чуть справа возносилась ввысь гора с полуразрушенным замком, соснами и трещащими по жаре цикадами, а прямо передо мной раскинулось бескрайнее море, кажущееся близко-близко. Я медленно повернулся и заставил себя обойти весь дом, прежде чем делать необдуманные поступки. Я аккуратно трогал медные ручки добротных кухонных шкафов, скользил подушечками пальцев по высокой деревянной спинке кровати, пересчитывал зачем-то стулья у длинного обеденного стола, выкрутил старомодный фаянсовый кран, слушая, как послушно загудела в трубах вода. Пес следовал за мной, преданно пыхтя и всем своим видом показывая, что он и дом – вещи друг от друга неотделимые. И что даже явись сюда новый владелец, пес ляжет на крыльце и будет там лежать с десяток лет. Я даже не сомневался в том, что его исправно подкармливают в кафе напротив. — Ладно, — сказал я наконец то ли псу, то ли самому себе и решительно прихватил со стола оставленную связку старомодных ключей. Снова прошел в патио и выудил телефон, прикидывая разницу во времени. — Как думаешь, у него еще утро? Номер был из тех, что в последних набранных всегда на первой строчке, и стоило моему собеседнику ответить, как я начал говорить сам. — Ты не перебивай меня, пожалуйста, я и сам прекрасно собьюсь, — попросил я для начала. Это было чистой правдой. Я при звуке этого голоса стабильно начинал говорить совершенно не то, что собирался. Слава богу, по сути всегда выходило то, что надо. — Я сейчас стою в доме, в котором очень давно не было счастья. В городе, где всего три-четыре улицы, зато столько фонарей, что я сбился со счета. А еще у меня теперь есть пес, которому очень нужен хозяин, море и воздух, который очень нравится моим легким. Что скажешь? — Заманчиво, — рассмеялся он, после паузы. — Когда ты успел обзавестись собакой? — Кажется, это он обзавелся мной, — глянул я на пса, с удовольствием развалившегося на плитках пола, и ухнул как в пропасть без раздумий. — Я хочу купить этот дом для нас с тобой. На сей раз пауза в трубке затянулась надолго. Я погремел старыми ключами в кармане и продолжил, зная то, что могу услышать наперед. — Я знаю, мы это обсуждали и обо всем договорились, счастье мое. Я помню про пять лет, которые мы дали друг другу, чтобы проверить себя, но знаешь… — Я вслушался в дыхание в трубке. — Я сегодня понял, что ждать счастья пять лет или жить с этим счастьем – это чертовски разные вещи. У нас есть дом, собака и море. Просто приезжай… — Согласен, — услышал я тут же и внезапно понял, что этот вопрос для него решен давным-давно. Что это не себе, а мне он подарил пять лет на раздумье, давая мне свободу, к которой я так привык и от которой так чертовски устал. — Ты даже не спросил, где наш новый дом, — расхохотался я, чувствуя, как колоссальное облегчение отпускает не только мои легкие, но и душу. — Это не имеет значения, — улыбнулся мне голос в трубке. — Мой дом там, где ты.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Ориджиналы"

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты