цветочные косы

— Вопрос, — Венти накручивает на палец прядь волос парня, чтобы привлечь его внимание. Сяо, кажется, задремал на коленях барда, но на голос отреагировал, вопросительно посмотрев на него, — почему ты совсем за собой не ухаживаешь? — взгляд Алатуса стал ещё более вопросительным. Венти показалось это забавным, — я имею в виду что у тебя, к примеру, очень мягкие и шелковистые волосы, но они всегда кажутся жесткими и запутанными, — бард усмехается, когда его парень закатывает глаза и отворачивается в другую сторону. Сяо, если честно, не особо любит разговоры о своей внешности, — ты мог бы хотя бы расчесываться чаще чем раз в месяц. Венти вплетает астры в маленькие колоски на голове Сяо и слышит, как тот поежился и пустил смешок. Ему щекотно. А барду так радостно видеть смех на лице любимого, Сяо такие эмоции почти не проявляет. Он гладит парня по голове, гордо смотря на свою работу и думая, что он был бы неплохим парикмахером. Гладит, выводя разные фигуры на его шевелюре и мягко улыбаясь. Венти согласен это делать часами. Сяо поворачивается обратно так же резко как в прошлый раз. Бард ещё давно заметил эту черту в парне — он совсем не умеет обижаться. Но каждый раз, когда они снова так встречаются взглядами, на душе становится так приятно. И так спокойно. Настолько, что парни не могут остановиться и буквально тонут в глазах друг друга. И им сложно выдавить хоть слово, тишина так прекрасно звучит в такие моменты, но все же Сяо начинает. — Я не встречал никого красивее тебя, — и он не лжёт. Венти всегда был и будет для него самым невероятным. — Ты говоришь это каждый чертов раз, — а бард прикрывает глаза в смущении и закусывает губу. Все-таки он никогда не сможет привыкнуть к таким комплиментам, — глупый, глупый Сяо, — Венти теребит его (чертовски очаровательный) носик и улыбается ещё шире, видя как тот морщится и чихает, — будь здоров, — Алатус ещё несколько секунд чешет нос перед тем, как сказать «спасибо», — очаровашка. Последнего слова Сяо не слышит. Он приподнимается и садится рядом, ни на секунду не прервав зрительный контакт. Парни видят друг друга каждый, черт возьми, день, но смотрят друг на друга, как на произведение искусства в музее. — Можно тебя поцеловать? Сяо говорит очень тихо. Даже шепчет. Чтобы этот момент принадлежал только им. Только ему и Венти. А тот снова улыбается. Улыбается настолько нежно и любяще, что хочется растаять. «Похороните меня под этой улыбкой». — Ты каждый раз спрашиваешь это, — их лица вмиг становятся чуть ближе друг к другу, — и заведомо знаешь мой ответ. Безумно робко, будто впервые, но Сяо целует его. Целует и чувствует, что губы парня такие же мягкие, их все так же приятно ласкать. Руки Венти обхватили шею Алатуса, прижимая его ещё ближе. Они, кажется, стукнулись зубами, но обращать на это внимания не захотели. Ничто не может испортить это наслаждение. Наслаждение друг другом. Наслаждение любовью. Сяо клянётся, что держался изо всех сил, но не смог держать глаза закрытыми. «Только на секундочку». Он поднимает веки и понимает, что Венти даже не пытался держать глаза закрытыми. Бард, буквально, пялился на парня все это время и когда увидел, что его разоблачили, он резко отстранился, закрыв лицо ладонями. Венти покраснел. Нет, Венти безумно покраснел. — Глупый, глупый Сяо, — кричал он и мотал ногами. Парень слишком его смутил. А Сяо сидит и кусает щеки изнутри, сдерживая улыбку. Венти выглядит так забавно, что парень вмиг думает, как же он счастлив иметь такого как он. — Кому-то надо научиться закрывать вовремя глаза, — Алатус наклонил голову вбок, чтобы хоть немного разглядеть лицо любимого, — а не кричать, что я глупый. — Ты тоже их открыл! — Венти все ещё негодует, но опускает руки, показывая своё смущённое лицо, — я не- И снова их губы соединяются, словно две части пазла. Они подходят друг другу идеально. Короткий, неожиданный и очень неловкий поцелуй, Венти даже не успевает одуматься, но чувствует руки парня в своих волосах. А в следующую секунду они снова разъединились, но в волосах что-то осталось. И это точно не рука Сяо. — Я знаю, ты любишь всякие побрякушки типо таких, — парень приподнимает руку чтобы почесать затылок, но вспоминает, что там, вообще-то, заплетенные Венти косички, и резко ее опускает. Выглядит неловко, — а в Ли Юэ чего только не найдёшь. Я решил, что эта тебе подойдёт. Бард щупает свою голову с любопытством и находит вещь, держащую его пряди. Это заколка. — Заколка-бабочка? — спрашивает Венти, сняв аксессуар и смотря на него, будто на маленькое чудо, — почему бабочка? — Ты напоминаешь мне бабочку, — Сяо смотрит на парня уверенно, — такой же легкий, изящный, так же любишь свободу, — он заправляет за ухо Венти одну из его непослушных прядок и прикрывает глаза, — и цветы. Ты чертовски сильно любишь цветы. — И тебя, — бард устраивается щекой в ладони Алатуса, — и совсем не потому что ты весь в моих любимых цветах. И он ни капли не врет. Он пожертвует всеми цветами мира, чтобы каждый миг своей жизни видеть ту самую улыбку, которую ему сейчас подарил Сяо.

***

Он прекрасно знает, что зайдя в город все будут смеяться. Начиная с Ке Цин, что будет сидеть на мосту и тыкать в него пальцем. И заканчивая Чайльдом, что будет спускаться по лестнице банка и случайно споткнётся от смеха. Сяо знает. Но он так привык, что стало плевать. Пусть его хоть в реку кинут за эти косы с цветами, он все равно их не расплетет. Их Венти расплетет сам. Завтра. И заплетет новые. С новыми цветами. И будет казаться, что вышло ещё лучше, чем в прошлый раз. Глупый, глупый Сяо. Но такой влюблённый.