dark red

поверил? Сяо еле разлепляет глаза, пытаясь сосредоточиться на одной точке, чтобы так не вело. На холодной простыни всегда было отвратительно просыпаться, хотелось провалиться и забыться даже абсурдными кошмарами. Сейчас же он ладонью осторожно перебирал волосы Венти, каждый раз замирая, стараясь того не разбудить. Смотреть на него такого — самая настоящая в жизни привилегия. Кривая улыбка уголками губ выходит сама собой, и Сяо проглатывает поганый горький ком, застоявшийся в горле. Ему дико больно. Он считает каждый вдох Венти, наблюдает за подрагивающими ресницами, проводит рукой по мягкой коже его лица и на пару секунд медлит на губах. Приятно. Он уже совсем родной, такой привычный сердцу, и до него хочется тянуться, его хочется греть теплом, его хочется защищать до последней капли крови. Сяо почти роняет слезы на подушку. Венти спросонья вытирает мокрые дорожки пальцами и ярко улыбается. Он дает понять, что все хорошо, когда аккуратно целует, распространяет мурашки по всему телу одним лишь прикосновением, и Сяо благодарен ему всей своей жизнью за неимоверную поддержку. И только спустя несколько минут он замечает потухший взгляд в никуда, запекшиеся ранки на потрескавшихся губах, пару ссадин на теле и несчетное количество синяков на шее. Сяо пробирает до костей. Вопросительный взгляд — ему ни разу не нужны ответы, он знает, что разговоры тщетны, а потому прижимает Венти к себе настолько, что тот в недовольстве кажется забавно пыхтит, пытаясь ослабить хватку. Венти привык? Так не скажет, но головой осознает, что ему любые привычки осточертели до границ дозволенного. Его нокаут — Сяо, который хлюпает носом, стараясь избавиться от мыслей, и громко выдыхает, судорожно хватая воздух. Внутри что-то будто щемит, и Венти дышит с ним в такт, разделяя горький кислород. Они отрываются лишь на секунду, осматривая друг друга. Не имеет никакого значения, как туго натягивается нить их доверия, ведь Венти перетягивает ее на себя и рыдает на плече Сяо, долго прося его всевозможное прощение. Его голова гудит, и он зажмуривается, намереваясь прогнать наваждение. Сяо знает, что он не виноват. Вечером того же дня Венти невероятными усилиями сдерживает животный крик, борясь с самим собой за спокойствие. Он возвращается слишком поздно, он винит себя и совершенно не может разобраться. Сяо в неестественной позе выкручивает в их ванной на жестком кафеле, где Венти несколько дней упорно наводил порядок. Он ему ухмыляется, ощущая приход, и говорит, что теперь все точно хорошо, ведь он чувствует себя невероятно неземным, и все проблемы уходят на второй план. Сяо даже не старается подняться, тупо хлопая рядом с собой и приглашая сесть. Венти знает, что это ни к чему, но будто повинуется, примостившись совсем близко. Сяо тянет какую-то заунывную мелодию, рассказывает, сколько всего наобещал и не выполнил, и в его голосе прослеживается агрессия, когда он обещает защитить Венти от всех невзгод на планете. Венти глупо утыкается и заглушает мысли. Ему больно до кончиков пальцев ног, его кожу прошивает дико острыми иглами с головы, и ему элементарно сложно вдохнуть. Опять. Сяо предлагает ему забыться без выпивки, убеждает, что это наилучший вариант, и раньше такой эйфории он никогда не чувствовал. Венти отпирается, пытаясь прекратить его навязывания, и спустя малочисленные попытки хватается за последнюю возможность. Когда его тошнит, Сяо сладостно смеется, роняя голову на плечо. Попался. Венти бледнеет, глазами будто вымаливая остановить пытку, а сам не контролирует собственное тело и отчаянно лезет к Сяо целоваться. Его новая пометка — самый чудесный секс из всех, самые глубокие и громкие стоны, а самое главное — приписка в виде чувствительного до помутнения Сяо. Пока он пытается приподняться с пола, а по его ногам тонкими струйками растекается горячая сперма, Венти всеми силами старается ухватиться за бортик злополучной ванны, когда Сяо цепко за ним наблюдает. Еле держась, он поднимает с пола шорты и вытирается практически начисто. Мысли проплывают обрывками, и его грудь сдавливает, когда Венти желает нормально отдышаться. Сяо он отдает должное и оставляет следы влажных поцелуев. В очередной раз Венти чувствует себя грязным, но отгоняет предчувствия до одури затуманенного разума предстоящей ночью. Сяо поможет, и это его жизненная аксиома. доверил.