Перед смертью не насмеешься

      Наверное, еще никогда в жизни я не чувствовала себя настолько опустошенной. Точно бутылка сидра, которую я уже какое-то время пронизывала своим упрямым, долгим взглядом, надеясь то ли, чтобы она вновь наполнилась необходимой пьянящей жидкостью, то ли - исчезла с глаз долой. В любом случае подобное занятие изрядно помогало скоротать время, пока литр за литром слабенький алкоголь растворялся в крови, насыщая её всем самым одурманивающим, что только могло быть в этом дешевом пойле.       На фоне, далеко за пределами сознания еще хоть как-то способного реагировать на окружающее, похрустывал старый радиоприёмник из проржавевшей машины - одной из тех, что Бобби оставил про запас для попавших в беду охотников (хотя после рюмки-второй, выясняется, что ни одна из этой свалки металлолома попросту ни на что не годна, кроме маскировки).       Рука сама собой пошарила у земли, в попытках среди звона стекла и собственных ног найти хоть одну полную бутылку. Холодный вечерний воздух саднил нос изнутри, из-за чего раз за разом его приходилось с силой мять, а после закашливаться от резкого потока воздуха через рот.       "Господи, даже дышать нормально не могу, да что ж со мной не..?" - мысль так и не успела полностью закончиться, когда перед глазами словно бы проплыл темный силуэт, заставив быстро напрячься. Рефлексы сыграли в первую очередь – ожидать другого попросту глупо, учитывая последние пару лет сопровождавшиеся охотой.       И только спустя мгновение я вновь сумела расслабиться на потертом сиденье машины, улыбнувшись уголками губ на знакомый голос:       - Хэй, Ал, никто бутылку у тебя не отбирает, чего спешить так?       Мягкая усмешка Сэма радовала в любой тягостный жизненный момент, и я была уверена на все возможные проценты, что даже на волоске от смерти (либо за пару часов до неё, как сейчас) не смогла бы не заразиться этим душевным теплом, которое он дарил одним лишь своим присутствием.       - Как выразился Дин: такую хрень может пить либо больной на голову, либо я! - Очередное дрожание растянутых губ и поднятая бутылка, по типу чести - всё это предшествовало новым палящим язык глоткам, которые с таким трепетом поглощал мой организм, игнорируя попытку остановиться.       Сэм скромно улыбнулся, почесав затылок. Порой хотелось поинтересоваться, как часто ему бывает стыдно за своего брата, ведь Дин, несмотря на обворожительность и наглую, шармовую натуру, был и есть невоспитанный засранец, который умудрялся не только не скрывать этого, но и превращать в чудно́го размера преимущество. Точно наравне с его эго. А может и...       - Он, как обычно, мастер по комплиментам, - тихо произнес младший Винчестер взгромоздившись на заднее сиденье развалюхи, что Бобби называл очередным хламом детищем авто-истории.       - Именно, - Еще один глоток сладостью отдался на слизистой и заставил прочувствовать, как много сил тратится на движения век. А кто бы мог подумать, это ведь всего лишь моргание? - Захотелось воздухом подышать?       - Что-то вроде того… - От него не переставало веять чем-то теплым и спокойным, однако в этот момент я не сумела отвести взгляда от его лица - точно нутро подсказывало. Желваки на лице заиграли с такой силой, что невольно захотелось спросить, остались ли целы его зубы. - Не по себе находиться там. Каждый смотрит друг на друга, говорит о взаимопомощи, а взглядом... словно прощается.       Я понимала, о чем именно он говорил, и, честно признать, от этого становилось до того плохо, что я вновь не удержалась от – какой там уже по счёту? - глотка.       - Да уж, но понять-то их можно, - с горечью оправдывала я ребят, сдерживая внезапный порыв прикоснуться к парню в каком-либо поддерживающем жесте. - Завтра важный день. Может и последний для нас.       Послышался короткий смешок - Винчестер даже не повернулся в мою сторону, по-прежнему глядя себе под ноги, устало или от скуки перемешивая комки грязи с камнями.       - Да ты сама надежда…       - Я просто не понимаю, откуда у вас с Дином этот оптимизм, - Он нахмурился и даже поднял глаза, хотя, вряд ли, что-то сумел разглядеть на моем лице в этой кромешной темноте. - А что? Нет, я рада, конечно, что вы хоть начали друг с другом разговаривать, а не устраивать эти "сосудовские" потасовки.       Я даже не пыталась сдержать улыбку, про себя отметив, как заиграли губы на лице Сэма от услышанного выражения.       - Но весь этот чертов Апокалипсис. Чертов Люцифер. Вы конечно невероятно везучие парни, но такое... Сомневаюсь, что такое даже вам по зубам.       Далее прозвучало ожидаемое молчание. Винчестер обсасывал каждое слово, разумно предоставленное ему даже таким малоопытным, да еще и подвыпившим охотником, как я. Но возможно, он ждал, когда кто-то озвучит саму мысль, что они могут ошибаться. Просто чтобы знать, что люди не идут за ними со слепой верой в их «бессмертие», а искренне по отношению к самим себе оценивают все возможные шансы на победу. Вот и попал в пьяные бредни моего заплетающегося языка.       - Ого. Я думал, что хоть ты веришь в эту затею…       С каждой фразой наши заминки звучали все дольше. Возможно, от нерешительности, или же всем попросту надоело подбирать нужные подбадривающие слова.       Бросив косой взгляд на парня, я в очередной раз за этот вечер замерла.       На самом деле, Сэм ведь всегда был неким примером для меня. Даже не как охотника, а как человека. Он не падал в объятия собственной ничтожности, какую хрень бы не совершил в осознанном или аффективном состоянии. Он, несмотря ни на что, терпел все вылитое дерьмо против себя и ни слова не обмолвился об этом во время разговоров с братом, хоть тот - да хрен с ним - и сам не раз упрекал Сэма в проступках.       И сейчас я испытала жгучее желание - вот так остаться с ним сидеть. Выпить несколько бутылок пива, молча или обсуждая что-то обыденное, вроде смены климата и перебравшихся с другого континента тварей, попутно пуская столько уморительных шуток, что и скулы сводить начнет. А после именно в этот момент полной непредвзятости и неконтролируемого потока слов выслушать и попытаться помочь юноше со столькими грузами на душе, которые он попросту скрашивает своей милой улыбкой и поведением "всё нормально".       Возможно, это было что-то вроде моего последнего желания, почувствовать собственную значимость для такого парня, как младший Винчестер. А может просто гордыня разыгралась.       - Я уже ни во что не верю, Сэмми.       Залпом допив оставшееся содержимое бутылки, я не сразу отметила, с каким удовольствием смаковала каждый звук произнесенного имени. С последующим мгновением я стала ощущать, словно как-то по-новому, шероховатость собственных пальцев, приторный вкус на языке от выпивки и даже сокращение мышц глотки, а после и пищевода, что раз за разом проталкивали новую порцию алкоголя к желудку.       И после осознания постепенного нарастания этой странной гиперчувствительности, я цокнула языком и молча вынесла умозаключение:       «Точно пьяненькая».       - Ты о чем?       Я даже встрепенулась от его вопроса, напрочь забыв, о чем мы вообще говорили. Он хмурился, даже всем телом повернулся в мою сторону, выжидающе глядя, как я не перестаю поглощать пойло.       - Ал?       Остановившись, вытирая остатки капель, что уже успели скатиться по линии подбородка, я разжала пальцы, с некой забавой глядя, как пустая бутылка падает к остальным, грохоча этим стеклянным звоном.       - М-м, если каким-то сверхъестественно чудным образом мы выживем, я сваливаю.       Я сказала это. Вслух. Теперь уже деваться некуда.       - Бросаешь охоту?       Не удержавшись, я обернулась к его лицу, зная, что другой реакции попросту и не желала услышать. Да, мне хотелось, чтобы жалели о потери такой охотницы. Неуклюжей, однако, черт возьми, не пальцем деланной. Пускай, это будет самовлюбленно, я принимаю подобную мысль и не собираюсь ей брезговать из-за какой-то морали.       - Вы были правы, все вы, - Язык тянул каждый гласный звук, словно от этого фраза звучит как-то увереннее. - Я так сильно злилась, когда Бобби устроил мне взбучку за то, что я решилась на всю эту войну с монстрами по доброте душевной. А сейчас я понимаю, каким дерьмовым выбором это было.       - Ты хотела спасать людей.       Сэм - не Сэм, если бы не произнес подобной фразы, и я знала, что в какой-то момент нашего разговора она должна прозвучать. Это логично и, наверное, является причиной номер один, за которой охотники могут прикрыться от собственной совести и ума-разума.       - Сэм, этого недостаточно, - Он непонимающе глядел на меня. Словно не был до конца уверен, говорю ли я это серьезно, или просто алкоголь разбушевался внутри сознания. - Я не знала, не понимала, в какое дерьмо лезу. Возомнила это интересным занятием, увлекательным, героическим, - Я не сумела сдержать саркастичного, буквально, пропитанного ядом смешка. - Нихрена это не героизм, полный бред.       - Не забывай, сколько охотников пытались уйти на покой, - В этот раз его голос прозвучал гораздо тише, и я позволила себе понаблюдать не только за местными мотыльками, что с силой бились о фонарь неподалеку, но и за Винчестером.       Теплое, даже трепетное чувство у меня всегда было и есть к этому парню, хоть и чаще всего оно неким подзатыльником отдавалось, стоило лишний раз глянуть на острые черты его профиля, изогнутые губы или длинные пальцы. Сейчас же, когда он спокойно перебирал края рубашки (конечно классической в клетку), я вновь отдернула себя, бросая взгляд в сторону.       - Вспомни меня в конце концов. Ты уверена, что сможешь просто перечеркнуть это все и спокойно жить дальше?       Мне хотелось сказать «нет». Наверное, это ожидаемо, что ни один человек, узнав о подобных существах и мирах, попросту не может настроить свой организм не прислушиваться к каждому шороху и звуку в комнате. Просто для собственной уверенности перестать держать в каждом удобном углу по стволу или же мешку соли. В десять фунтов. Исключительно на всякий случай.       - Я всего пару лет в охоте, не думаю, что так уж сильно отвыкла от быта нормальных людей, - Честно, мне захотелось рассмеяться от подобной фразы. Ни о каком воодушевлении, которое, как я надеялась, испытаю стоит только озвучить эту ересь, не могло быть и речи. Лишь полная иронии улыбка. - Ты уж прости, но мне по душе использовать духовку по назначению, а не для прожарки костей.       Тихий смех разнесся по кабине автомобиля и, даже несмотря на хреновое положение вещей, я не смогла проигнорировать это и не ответить в том же заливистом духе.       - Так значит это наше последнее дело...       - О-о, не делай вид, что будешь скучать по мне! Не ты ли в последний раз нашей совместной охоты зарекся, что не подойдешь и на несколько миль ко мне?       Он замялся так, как умеет только этот парень. Все еще растягивая губы и склоняя голову вниз он задержался в такой позе на пару секунд, а после одарил своим игривым взглядом, заставив еще шире усмехнуться. Кажется, скоро щеки начнут отдаваться ноющей болью при мельчайшем движении. За последнее время у них и не было повода для особого веселья, ведь, как ни крути, жизнь охотника быстро дает понять, что занятие это - не сахар.       - Это было давно, уверен сейчас ты стреляешь куда лучше.       Я только собралась ответить что-то насчет своих навыков, как внезапно краем уха заприметила знакомый набор звуков, от чего резко вывернулась в самой, насколько вообще это возможно, неудобной позе, полностью сосредотачивая слух у радиоприемника.       - Наконец-то что-то нормальное звучит из этой рухляди! - точно ликуя произнесла я, выкручивая громкость на полную, а после выползая из машины, пытаясь заставить ноги научиться вновь держать собственное тело.       Мелодия приятно ласкала слух, а учитывая количество спиртного, то не удивительно, что даже наличие Сэма в полуметре от меня, не вызвало ни грамма смущения, когда руки принялись очерчивать волнообразные движения.       - Что ты делаешь? - то ли давясь воздухом, то ли смехом, спросил парень, глядя на меня, как на выскочившее в пачке вендиго. Однако даже ощущение смятения (вместе с краснеющими кончиками ушей) во время демонстрации моих танцевальных навыков не сумело остановить меня, а наоборот только подстегнуло.       - Это называется танцы, придурок. Ты же, вроде как, в колледже учился, должен знать о подобных вещах, - произнесла я, входя в очередной поворот и периодически выборочно подпевая словам солиста.       - Кажется, мне стоит позвать Дина на такое зрелище...       Конечно, он и не собирался звать брата, скорее, раззадорить пытался. Оперившись локтем о дверцу машины, он смотрел, как меня время от времени заносило то в одну, то в другую сторону, пока я продолжала двигаться в неком танце. И возможно, это должно было разозлить: периодические смешки, испускаемые его губами, в моменты моего соло с бутылкой в виде мнимого микрофона.       Но нет же, наоборот.       - Дурак. Давай со мной!       Он лишь рассмеялся, да так сильно, что это заставило меня остановиться на секунду.       - Ну уж нет, я достаточно трезв, чтобы остаться в стороне от твоих телодвижений.       - Это можно исправить... - Дыхание становилось спертым и давалось до ужаса тяжело, даже несмотря на пребывание на улице. -... угощайся.       Пытаясь отдышаться, глубоко вдыхая ночной воздух и чувствуя, каким холодным и склизким он казался, проходя по носоглотке, я согнулась пополам, схватившись за грудную клетку.       - Это какая бутылка хоть по счету? – спустя какое-то время поинтересовался Сэм, внимательно глядя мне в лицо, пока я пыталась совладать с чудно́й реакцией легких и восстановить вертикальное положение.       Несмотря на то, что я не так давно знала Винчестеров, как тот же Бобби, к примеру, однако даже этого времени хватило, чтобы научиться различать «опасные звоночки» в тоне их голосов. Вот и сейчас: то, как говорил Сэм, скорее наталкивало на возможные последующие нравоучения или якобы разговоры "без давления", но точно не на продолжение веселья.       - Кажется, под номером "посрать", - Отпив еще глоток, я упрямо уставилась на парня, возомнив в этой ситуации психологию «лучшей подругой».       Однако Сэм не был удивлен моему ответу - он хоть и пытался скрыть поднятые на краткий миг уголки губ, после лишь молча сжал их вокруг горлышка бутылки, пробуя предоставленную мной выпивку.       - Манеры, как у леди, - через мгновение без грамма осуждения, а так, словно это некое преимущество, произнес он с этой своей мягкой улыбкой, заставляя мои несчастные лицевые мышцы работать на износ.       - Понятно, почему Дин зовет тебя занудой.       Винчестер вновь тихо засмеялся, еще не зная, что в этот раз после окончания рекламы, не только мне песня придется по душе. Да, голос Боуи настолько эстетично вписывалась в наш момент на этой застарелой парковке с кучей бутылок под ногами.       Конечно я не смогла удержаться – через секунду начала орать слова, которые впивались в грудь с той же силой, что и воздух стягивал голосовые связки.       И в очередном неустойчивом обороте вокруг собственной оси туманным взглядом прошлась по силуэту Винчестера, попивающего дешевое пойло, которое его брат всей душой ненавидит. Цеплялась за его широкую улыбку с одним из уголков выше другого, закрытыми от наслаждения глазами.       А после, сама от себя не ожидая, резко шагнула вперед, схватив Сэма за руки, от чего тот едва не перелил содержимое бутылки на нашу одежду. Сердце стало биться в таком скором темпе, что я едва успевала замечать детали происходящего.       - Эй, ты чего?       Я не собиралась ничего отвечать - просто потащила его за собой, заставив встать на то же место, где и сама секунду назад выплясывала странный танец, попутно выкрикивая строчку за строчкой из песни. Его ладони были до того теплые, что я и не сразу обратила внимание, каким контрастом они чувствовались на прохладной коже, хотя странно что мой мозг еще хоть что-то мог замечать.       Держась за длинные пальцы и не отводя глаз от его по-прежнему недоуменного взгляда, я продолжала пытаться заставить двигаться эту груду мышц в неком (если это можно вообще так назвать) подобии ритма. Хотя по правде, в первые секунды, когда до Винчестера только доходило, что именно я удумала, он просто позволял мне пользоваться его расслабленными руками, в которых я путалась с каждым новым движением под его снисходительной улыбкой.       - Ну давай же, Сэм... И о чудо!       Я была уверена, что скорее нас Бобби застукает по пути прикрикивая, что я своими воплями разбужу соседей в полумиле от них или созову демонов с округи, чем мои труды окупятся. Но нет, вот парень начал лишь смещать центр тяжести с одной ноги на другую, по-прежнему терпеливо относясь к тому, каким образом я танцую, хватаясь за его руки. После нескольких мгновений из его уст даже послышались звуки похожие на пение бэк-вокалистов, от чего я не смогла сдержать радостный смех.       Продолжая петь и двигаясь, двигаясь, двигаясь, я как-то и не сразу осознала, что именно происходит.       А ведь я танцевала с Винчестером ночью посреди груды металлолома, что кто-то еще может назвать машинами. Пьяная вусмерть и счастливая.       Крича о том, как мы хотим быть героями, я вспоминала, что завтра любая из наших жизней может оборваться просто по щелчку пальцев из-за гребанного Апокалипсиса. И, наверное, так нужно. Даже если непроизвольно единичные слезы будут скапливаться в уголках глаз.       Пусть.       Я сделаю вид, что это от боли в щеках из-за улыбки, которую, ну кто, кроме Сэма, мог вообще вызвать на моих губах?