Я не буду мешать

             Укрывшись от яркого солнца под деревом, парни продолжили разговор, что начался в школе. — Ну? — спросил Сонмин, сложив руки на груди. — О-ох… С чего же начать?.. — устало вздохнул парень, потерев переносицу. Подбирая слова для начала рассказа, Юбин погрузился в омут воспоминаний.

***

Flashback Хон Юбин

Судя по названию на табличке жилого дома, улица значилась как Сэмпуль 40, — странное название для неприметной улочки. Сэмпуль 40 находилась в глубине района, не давая добраться назойливым звукам города до обитателей дома. Юбин, в абсолютной тишине, что была как внутри, так и снаружи дома, беспокойно ворочался на футоне, пыхтя себе под нос о том, как же тот неудобен. Старый футон не в первый раз сталкивался с искренней ненавистью своего уставшего от боли в спине обладателя. Хозяин съёмного жилья подумывал избавиться от футона по еще одной невыносимой причине: Джек — кот Джахёна 2.0, изгадил нижний край матраца. Хон, брезгливо поморщившись, прижал левую ногу к обнажённому торсу. Джахён 2.0 — прозвище, которым Рошель однажды прозвала брата Джахёна, так приелось, что стало совсем привычным. На лице Юбина сменились эмоции. С внезапно появившейся улыбкой, он вспоминал рассказ Рошель, что пару дней назад наведывалась к нему в гости. В его голове всплыло до смеху яростное лицо девушки, рассказывавшей ему о её недавних приключениях у дома семейства Джо. Рошель Скотт По просьбе старшей сестры она отправилась в дом семейства Джо. Стоя на маленьком уступке порога, девушка ожидала Джахёна, он собирался. Тем временем его брат, подсматривая за Рошель из-за угла дома, тихо приговаривал полным удивления голосом: — Шелли 2.0. Невероятное сходство Рошель с её сестрой натолкнуло мальчика на подобное прозвище, данное ей совершенно спонтанно. Она услышала это, и, оскорбившись очередным сравнением с сестрой, девушка не придумала ничего лучше, чем поступить также и с самим Вухёном. Она придумала ему прозвище, ссылаясь на их не менее заметную внешнюю схожесть с братом, тут же озвучив его самому Вухёну. Он был крайне удивлён тем, что его местоположение так легко раскрыли. Юбин внимательно слушал монолог хубэ. Лакомясь принесённым печеньем, он хмыкнул; на его лице играла еле заметная улыбка от представленной сцены. Рошель отчитывала младшего брата Джахёна за глупое, по её мнению, прозвище, бурно размахивая руками в воздухе.

***

Рошель была на редкость обидчива, хотя, сам Юбин назвал бы это ранимостью. Каждый раз замечая, как та хмурит брови, сдерживая почти осязаемое недовольство, Юбин обнаруживал тёплое чувство умиления, что внезапно возникало где-то внутри, словно из ниоткуда. Тем не менее, прозвище, построенное на обиде этой девушки, казалось ему даже забавным. И вполне оправданным. Закончив мысленно рассуждать, он лениво перевернулся на другой бок, зарываясь лицом в подушку. Он сильно зажмурил глаза, в попытке уснуть. Даже озорной Джек мирно сопел, свернувшись калачиком где-то поблизости с футоном. В ночном мраке за окном мелькала лишь Луна, изредка выскакивая из-за бледной тучи. Монотонно тикали часы, нарушая гробовую тишину комнаты. Тусклое свечение Луны очерчивало контур тела, рвано вздымающуюся грудь. Сознание Юбина лишь наполовину шагнуло в густую тишину беспокойного сна. Дремавший парень находился в неясном сознании, голову кружили сложные мысли. Тяжесть тишины невидимым грузом свалилась на Юбина, чьё раздражение бессонницей начало занимать чуть больше пространства, чем минуту назад. Очередной удар стрелки часов, и Юбин распахнул глаза, не в силе больше выдерживать эту ночную пытку. Юбин лихорадочно, словно в дурмане, поднялся с кровати — недостаток сна не шёл ему на пользу. Разбираясь с надоевшими часами, парень умудрился сделать что-то такое, что те больше никогда не заработают вновь. Сумрачный ветер охладил простынь на футоне. Юноша с удовольствием прикрыл глаза, наслаждаясь приятной прохладой и появившейся, наконец, тишине. Но сон не шёл. Вскоре, на место тщетных попыток уснуть пришли тяготящие мысли, казалось, совершенно неуместные в образовавшейся спокойной тишине. Пару раз пытаясь прервать этот неумолимый поток различных дум, Юбин напевал когда-то заевшую в голове песню. Не помогало. Распахнув глаза, Юбин, потупив взгляд в потолок, думал о том, что неоднократно его мучило. Он осмысливал недавние события, вспоминая которые, на лице неизбежно кривились губы, а в голове билась мысль, словно об стенку: «Насколько же я ничтожен». Не привыкший к как таковым эмоциям, Юбина убивало то, какие негативные чувства касались его души в последнее время, каким стал он сам и как запутался в бесконечном лабиринте, тщетно пытаясь найти выход. Эмоции, крутившиеся вокруг Юбина чёрным ободком, захватывали в рамки, давили, угнетали. Подолгу обдумывал ранние события, успевшие обозначится как что-то темное: злоба, зависть, усталость, негативный осадок из-за выбранных им действий. Он регулярно обдумывал случай, в котором, по его мнению, ярко проявил зависть, что для него, казалось, было просто непозволительно. «Это не должно было стать явным!» — думал он. Юбин стыдился этого чувства, считая, что зависть — удел ленивых и неспособных добиться желаемого собственными усилиями. Как же он ошибался. Ранее ему хотелось одного — выиграть денежный приз и помочь своей любимой матушке. Но сейчас он был одурманен идей о победе над Джахёном. Он помнил момент, когда Джо быстро усвоил и применил на практике тот сложные финт, «поворот креном», которым однажды пользовались Оуэн и Ноан. Тогда Юбин испытал шок и самую настоящую злость. Так быстро освоить сложный трюк, подобный этому, казалось ему невозможным. Задумываясь о том, полезен ли он своей команде, парень рассуждал уже привычным для него образом: «— Я понимаю, что мне нужен лишь денежный выигрыш, но в заездах хочется блистать так же, как и Джахён». Знал бы Юбин, что и Рошель желает того же. Выдохнув, парень вновь сменил очередную позу, лёжа на футоне. Он пробежался взглядом от угла до угла комнаты. Понимая, что всякие гадкие мысли успели ненадолго исчезнуть из головы, Хон со спокойной душой прикрыл глаза, готовясь наконец уснуть.

***

Солнце, осветив небольшую комнату блеклым светом раннего утра, открыло вид на сложившуюся в ней обстановку; комната выполняла некоторые функции гостиной комнаты, но, всё же, это заявление было весьма громким, ведь от гостиной в комнате присутствовал лишь крошечный кофейный столик чёрного цвета, что разместился по центру. Факт наличия в спальне столика для еды удручал — это было прекрасной возможностью не покидать помещение до конца своих дней. Почти. Потянувшись Юбин, поплёлся к электроплите готовить завтрак.

End flashback Хон Юбин

***

Сонмин посмотрел в небо, «— Хорошая погода, встречусь с Ынтхэ сегодня» — подумал он. Но внезапно его глаза наткнулись на ослепительное солнце. Скривившись, он направил свой взгляд на друга, что уже закончил свой рассказ. — Пока я витал в облаках, думая о своём, успел что-то прослушать? — поинтересовался Квон, которому действительно важно знать как обстоят дела у друга. Хон мало рассказывал о своей жизни. Квону казалось, будто его друг — неприступная гора, к которой очень сложно подобраться. А сегодня словно произошло чудо, ведь ему удалось найти затерянную в колючих кустарниках тропинку к горе. — Говорю, что потом завтрак пошёл готовить себе, ничего особенного — сказал Хон. Понимающе кивнув, Квон перевёл взгляд с Юбина на футбольное поле. На нём играли мальчишки, один из них резво нёсся по полю с мячом, подбегая к воротам соперника. Он удачно пнул мяч, и тот, разогнавшись, пулей влетел в ворота. Следивший за футбольной игрой Квон, услышал звон дребезжащей от удара штанги. До сих пор звенящее в голове «дин-нь» запустило неведомые мыслительные процессы, и вскоре он вспомнил, что хотел спросить. — Хо-о-он, какой подарок своей красивой готовишь? — немного подыгрывая бровями спросил Квон. Хон встал в ступор, «— Как же умело ты меняешь темы, говнюк!» — яростно пронеслось в голове. Поморгав несколько раз, он задал вопрос: — А ей обязательно нужно что-то подарить? Зачем? — в голосе Юбина было слышно наивное непонимание. Сонмин красноречиво посмотрел на друга, одними лишь глазами говоря «— Ну ты и балбес, Хон» — Та-а-ак… — задумчиво протянул он. Сонмин немедля составлял в мыслях тирадный монолог, который выскажет о беспечности Хона в амурных делах. — У твоей красивой уже как две недели назад прошел день рождения и ты ничего не собираешься ей подарить? Как так?! — внезапно в груди словно защемило, но Квон продолжал говорить, — Если бы с красивой встречался я, она бы в полученных подарках утонула. Ты балбес, который в романтике не шарит. — протаранил Квон. Его возмущению и разочарованию не было предела. Оплошность Хона казалась совершенно недопустимой. Сонмину хотелось донести до друга, что поступил он паршиво, забывая про подарок для девушки, с которой встречается. В этот момент в нём самом вспыхнула целая гамма эмоций, от зависти до возмущения, которые вступали друг с другом в зверский бой, страдая от собственной противоречивости. Хаос в голове мешал ему спокойной поговорить с Юбином. Он не знал как поступить. А сам Юбин и не пытался вникнуть в слова Сонмина, лишь уловив чёткую суть: «Почему Юми не получила подарок?»