Письмо с боевых действий или сумашествие Разумовского

Разумовского сломали. Одной строчкой и в прах. Письмо пришло. Когда он только увидел уведомление о прибытии письма, был счастлив. Его Олег ему написал. Его любимый военный. Его поддержка. Он только что дошёл к своей цели. Его проект успешно работал. Он только решил написать о своей победе Олегу. Им же всего было чуть больше 20… Они столько не успели. Вокруг словно стекло оконный рам и шкафов лопается. Статуя, что стоит по левую сторону от рабочего стола взрывается, разнося осколки шквалом по всей комнате. В реальности этого нет, но Сергей чувствует всё это своей спиной. Чувствует, как осколки ранят спину, руки и лицо. Чувствует, как кровь начинает сочиться через эти свежие раны. Сжимая несчастный листок в своих руках и просто всхлипывает. Пускает скупую слезу. Он не может плакать. Не сможет. Разучился ещё в детстве. Он просто падает в омут опьянения. Никто из его работников не говорит ничего против. Все понимают его боль и потерю. Они лишь могут тихо соболезновать его утрате. Он пьяный идёт в свой кабинет. За свой стол. Садится и просто падает на него головой. Удар был не сильным, но Разумовского вырубило в сон. Он долго не мог спать и вот организм взял своё. Он открыл глаза и увидел свой кабинет, но тот будто изменился. Стал не таким. Не его. Цветовая гамма стала другой. Его стол даже стал другим. Он глянул на диван и остолбенел. Там сидел Волков. Живой. Реальный. Разумовский подскочил с места и рванул к тому, крепко обнимая, успевшего лишь встать мужчину. — Т-ты живой? Т-ты со мной?! Ты здесь?! — Сергей лишь мог, заикаясь, засыпать вопросами. — Я здесь, Серёженька, здесь, Рыжий гений… — улыбнулся Олег и поцеловал в обе щёчки, ещё не пришедшего в себя, Разумовского. Они ещё долго обнимались и не могли отпустить друг друга. Разумовский не мог прийти в себя и поверить в то, что Олег с ним рядом. Олег жив и сейчас, его обнимая, сидит рядом с ним на диване. И плевать уже ему на то, что кабинет не тот. Что картины не те. — Н-но как? — заикаясь, Разумовский задал волнующий его вопрос. — Прости меня… я вернусь к тебе… не знаю пока как, но я найду выход. Ты главное живи. Ради меня. Ради своего дела. — Я дождусь. Но как…? — кивнул Серёжа, а после вопросительно глянул на Волкова. — Как я узнал о твоих мыслях? Просто я чувствую это. Разумовский, зависнув на пару минут в глазах Волкова, не выдержал и мимолётно приник губами к губам напротив. Это мгновение было смазанным и слишком быстрым. Казалось, что парень просто пробует возможно ли поцеловать. Поняв, что это возможно Серёжа обвил шею Олега руками, томно и нежно сливаясь с ним в поцелуе. Резко подняв голову с дивана Сергей понял, что это похоже был лишь сон. Он просто будно снова упал в тот омут печали. На него будто ведро дегтя вылили и тот забил все возможные щели и перекрылось дыхание. Он будто пытался открыть глаза, но не мог. Всё почернело. В истеричном крике он сбил всё со стола и многие вещи разлетелись на части, россыпью упав на пол. Влетевшая в кабинет секретарша была в шоке. Она с ужасом глядела на пораненые руки своего босса и пол, на котором всё было в осколках. Разумовский, просто обойдя её, прошёл в ванную промыть руки, по которым струилась кровь. Девушка вышла из шока только тогда, когда услышала крик своего босса: «Жень, принеси аптечку мне в спальню и вызови уборщицу. Я немного перенервничал». Спустя не много времени девушка прибежала и оставила медикаменты на кровати, но Разумовский уже свалил в душ. Ему нужно было прийти в себя и понять, что за шутки подкидывает ему его же мозг. Не долго думая он сделал вывод, что нужно просто спать. Во сне это случилось в первый раз. Значит случится снова. Да, это глупо, но другого выхода у него нет. Не сонники же читать. Вот это было б глупо. Немного поразмышляв в душе, Сергей лёг спать окрылённый.