бескорыстие и контракты

В Ли Юэ действительно контракты значат много. Совершенно не так, как в Монштадте. Ли Юэ всегда ‘услуга за услугу’. Или за мору. Ничего не бывает просто так. Именно поэтому, когда привыкшая к Монштадту Люмин, тяжело вздыхая, платит вместо Чжун Ли последней оставшейся морой, а потом машет рукой, мол, ничего она брать с него не собирается, Чжун Ли сильно удивляется. Другой, пожалуй, ещё бы и с процентами взял. Да и Паймон, грустно поглядывающая на оставшиеся в кармане несколько монет, явно не отказалась бы попросить вернуть потраченной моры. Чжун Ли всё равно чувствует себя обязанным. Она многое сделала для него во время их совместной работы по подготовке к церемонии вознесения, начиная от того, что платила за него, и заканчивая тем, что защищала — не хотел же он раньше времени открыть свою истинную сущность. Но если бы ему снова пришлось притворяться простым человеком из Ли Юэ, всего лишь работающим в ритуальном агентстве, чтобы только увидеть, как она свободно обращается с мечом, точно и метко нанося удары, он бы, не раздумывая согласился. Чжун Ли сильно ей задолжал. — Я никогда с тобой не расплачусь, путешественница. Люмин всё прощает. — Мне ничего и не нужно. Он всё равно останется при своем. Просто потому что это единственная причина, которая позволяет не намного, но приблизиться к Люмин. За всю свою жизнь Чжун Ли видел, как возникают и разрушаются цивилизации, видел и знал миллионы людей, но почему-то к ней невероятно тянуло. Впервые к кому-то тянуло спустя тысячи лет. Однажды ему сказали, что людей боги любить не могут. Но она и в самом деле сравнима с божеством. Вероятно, ей под силу схлестнуться с Архонтом в битве. — Я собираюсь отправиться в Инадзуму, но мне нужно еще кое-что сделать перед этим, — Люмин задумчиво стучит пальцами по столу, — ты можешь со мной потренироваться? Чжун Ли согласно кивает. У него нет права удерживать её от путешествия в страну Вечности, даже если это и будет лучше для неё. Зато он может помочь ей сильнее, чтобы она смогла вернуться. И, может быть, даже к нему. — И не вздумай поддаваться мне, ясно? Люмин ловко крутит свой меч, подготавливаясь. Конечно, Чжун Ли намного опытнее, но сейчас ему приходится поднапрячься. — Мне нравится твой холодный расчет, нравится, что ты не бьешь первой, уворачиваешься и отбиваешься, почти не нападая, быстро находишь слабое место, а свой рост пытаешься компенсировать элементальными силами, — спокойно проговаривает Чжун Ли, словно ему только что не приставили меч к шее, — но ты совершенно теряешь бдительность, когда вычисляешь это самое слабое место. Один щелчок пальцев, и её отбрасывает в сторону вместе с мечом. Впрочем, она приземляется на ноги и быстро вскакивает, нападая еще раз. — А сейчас ты злишься, потому что я оказался прав, и снова не замечаешь опасности. В этот раз Люмин приземляется не так удачно. Чжун Ли подаёт ей руку, но она помощи не принимает и встает сама. — Попробуем еще раз. В конце концов однажды уложить его Люмин все же удается. Чжун Ли очень хотел бы знать, какого рода у них отношения. Особенно перед её отъездом. — Что я могу сделать для тебя в знак благодарности? — спрашивает Люмин, когда тренировки заканчиваются. — Как ты любишь говорить? Мне ничего не нужно. — Ты бог страны контрактов, — она качает головой, — такого не может быть. Есть же что-то. Он задумчиво прикрывает глаза. Ему действительно ничего не нужно от неё. Но если она настаивает. — Кое-что есть. Придешь ко мне вечером? Люмин старается сохранять спокойствие и хладнокровие, не показывая, как сильно она удивлена и разочарована такой просьбой. А ей казалось, что Чжун Ли не похож всех остальных мужчин, которые были некоторое время рядом с ней. Неужели этому порядочному мужчине тоже нужно только одно? — Хорошо. Чжун Ли загадочно улыбается. — И всё? — Да. Что-то не так? — Нет, впрочем… не важно. Просьба Чжун Ли всего лишь состояла в том, чтобы поужинать в компании друг друга. Люмин мгновенно почувствовала облегчение, успев себе напридумывать всякого. Он разливает вино, которое специально просил привезти из Монштадта, помня, что ей по душе этот свободный город, расспрашивает про предстоящую уже очень скоро поездку через бушующее море в страну Вечности и очень старается не показать, что ему совершенно не хочется отпускать её. По крайней мере одну. — Говорят, что шторм оберегает Инадзуму, туда непросто попасть. Не боишься? — Не имеет значения, мне необходимо туда попасть. Люмин непреклонна, и Чжун Ли знал, что она скажет что-то такое. Не нужно для этого быть ясновидящим. Она твердо идет к своей цели, и её совершенно не волнует, что окажется на её пути. — Мне будет грустно расставаться с тобой. — Мне с тобой тоже. Неловкая тишина, следующая за этими словами, сильно давит. — Если, нет, когда твое путешествие закончится, я буду счастлив увидеть тебя снова. — Тогда давай заключим контракт! — она почти вскакивает, вовремя себя одергивая и успокаиваясь, а затем негромко смеется, видя слегка испуганное лицо напротив. — О чем? — наконец интересуется Чжун Ли. — Я обязуюсь вернуться к тебе, — Люмин произносит это без колебаний, как подготовленную речь, — а ты будешь согласен меня ждать. Одним легким движением руки он вызывает себе бумагу и перо с чернилами и что-то записывает, пока она молча наблюдает за всеми его махинациями. Затем протягивает ей перо и написанный на бумаге их будущий договор. — Ну, конечно, ты же бог страны контрактов. Люмин внимательно прочитывает эти несколько строчек и ставит свою подпись. — А теперь… можно ещё маленькую просьбу? Она согласно кивает. — Скажи мне: кто я для тебя? — Я не знаю, что тебе ответить. Но только тебе я обещала вернуться. Ты — единственное, что заставит меня остаться в Тейвате, когда всё закончится. Не знаю, сколько на это уйдет времени: месяц, год, два, три, может, целый век, но я сделаю всё, чтобы приблизить нашу следующую встречу. — Я буду ждать столько, сколько потребуется. Я тоже обещаю.