Вместе мы сильны

— Почему ты прогнал ее? Уже полчаса Дани доканывала отца. Она никак не могла понять, почему он выгнал Оливию. Настроение его было весьма скверным. Дани прекрасно поняла, что ее новая знакомая — человек. Не раз слышала про ужасы, которые творили люди. Но ведь Оливия помогла ей, была добра. — Я запрещаю тебе общение с ней, — твердо сказал старший эльф. Дани готова была обрушить на него очередные расспросы, но ее отца тут же отвлекли. Эльфийка фыркнула. Оставив взрослых одних, она направилась к заброшенной мельнице. — Конечно, Дани, — бубнила она, — лучше дружить с такими, как Вилл и Вольтер! Фыркнув, эльфийка уселась на балкончике покосившейся мельницы. Качая ногами, Дани с грустью смотрела вдаль. У нее никогда не было настоящих друзей. Дочь главы армии и одного из потомков основателей Нейтворда не сильно любили сверстники. Дани никогда не делилась своими обидами, не пряталась за спинами старших. Проницательность старшего эльфа позволяла видеть, что происходит с юной Дани. Излишняя отцовская опека сыграла злую шутку. С маленькой эльфийкой не хотели дружить, обзывали. С началом войн ситуация немного изменилась. К Дани прицепились Виллард и Вольтер — два совершенно несносных эльфа. Отбросив их характеры, частую вредность, они были из тех, кто точно знал — Дани никогда не жалуется. — Все равно буду дружить с ней! — выкрикнула она в пустоту. С одной из лопастей мельницы поднялась вверх стая птиц. Тогда Дани и обратила внимание на небо вдали. Таких черных туч она не видела прежде. Но тучи стали не самым странным. Через мгновение — другое сверкнула молния, озаряя небо зеленоватым светом. Следом были порывы ветра, пробирающего до самых костей. Пораженная подобным явлением, Дани поторопилась рвануть к лестнице. Своим долгом она считала рассказать об увиденном отцу. Дани бегом спускалась по скрипящим ступеням и не подумала о том, насколько хрупкой может быть старая конструкция. Под ногой раздался хруст, не удержавшись, эльфийка рухнула на пыльный пол. Прогнившие доски вновь захрустели. Они могли бы выдержать ее, если бы следом не обвалилась и вся конструкция лестницы. Заваленная досками и балками, Дани оказалась в подвале, где и потеряла сознание. Возможно, это ее и спасло. В Нэйтворде царил хаос и безумие. Безжалостная стихия сносила магической силой все на своем пути. Перепуганные жители возносили молитвы Древним. Пророки вещали о проклятье, навлеченном на них юной душой. Никто не был подготовлен к стихийному бедствию, не знал и о последствиях. Мельницу поглотил зеленый туман, продолжая надвигаться на город. Практически всех неведомая сила застала на улице. Застала и впервые перепуганного до смерти отца Дани. Странный запах доносился до юной эльфийки. Описать его словами было непросто. Приторный, будто бы вязкий, но с нотками тлеющего костра. Задумавшись о его происхождении, Дани не сразу почувствовала расползающуюся по телу ноющую боль. Тихий стон. Она отворила глаза. Вокруг царил полумрак, обломки досок и пыльные мешки валялись повсюду. Боль усиливалась и сосредотачивалась в одном месте. Дани медленно села. С ужасом она заметила, что плотная ткань брюк в районе голени порвана, а ногу насквозь проткнул кусок металлического прута. «Меня должны искать. Папа, наверное, с ума сошел. Здорово мне влетит…» — Помогите! — закричала она, — папа! Никто не отзывался. Кажется, снаружи не было ни единого звука. — Дани! — раздался голос сверху, — ты как туда угодила? Эльфийка тут же подняла голову, услышав знакомый голос. Возле ямы, куда она провалилась, сидела Оливия. Дани едва не заплакала от счастья. — Я поранила ногу, — проговорила Дани. Оливия скрылась из виду, разговаривая с кем-то. Наверное, с Элианом. Следом ей была скинута толстая веревка. — Сможешь забраться? — Оливия заглянула к ней. — Не знаю, — неуверенно ответила Дани. — Хорошо, ухватись покрепче. Оливия пыталась поддержать ее, но сама была напугана не меньше. Дани крепко схватилась за веревку, зацепившись и здоровой ногой. Лив дала отмашку, и Элиан потянул чудом держащуюся Дани наверх. — Стой! — вдруг шикнула Оливия, ложась на остатки пола над провалами. Элиан притаился, не выпуская веревки. Дани и сама затихла, прижавшись щекой к шершавому ворсу. Эльфийка не могла видеть, что происходит наверху, но видела тень, которая накрывала их. Оливия снова дала отмашку волку. Уже почти на поверхности, Лив ухватила эльфийку за руку и помогла вылезти. Усевшись под остатками поваленной мельницы, Оливия осматривала ее рану. Даже видела, что той тоже досталось: у Лив была рассечена бровь, на щеке и подбородке были ссадины. Одежда перепачкана, местами порвана. — Будет очень больно, — честно сказала Оливия, — но я помогу тебе. Даже не придется отрубать тебе ногу. Лив хихикнула, стараясь ободрить ее. Элиан встал над Дани, придавливая лапами к земле. Оливия одной коленкой прижала ноги эльфийки к земле и резко выдернула прут. Дани закричала от пронзающей боли, а Оливия, бубня слова ободрения, достала из потрепанной сумки пузырек. Выдернув зубами пробку, она облила рану эльфийки. Щипало невероятно, но сильнее было удивление от того, насколько подготовленной оказалась Оливия. — Обещаю, скоро станет легче, — заверила Лив. — Спасибо, — тихо сказала Дани, — мне нужно в город. Отец ищет меня. Оливия кивнула. Она помогла хромающей Дани залезть на спину Элиану. Тогда все трое направились к городу. Приближаясь, им открывалось все более страшное зрелище. Земля под их ногами представляла из себя смесь грязи, пепла и крови. Остатки некогда красивых домой продолжали тлеть. Сердце Дани сжималось от страха и боли. Они приближались к центральной площади, где в последний раз Дани видела отца. — Папа! — закричала она. Дани, забыв о раненой ноге, соскочила со спины волка. Хромая, она сделала несколько шагов и рухнула на колени в грязь возле тела эльфа. Это был ее отец. Оливия и волк стояли возле нее. Человеческая девочка не могла произнести ни слова, видя, как рыдает эльфийка. — Дани?! — раздался за их спинами знакомый голос.