Ох, Лов

Заносчивый, самовлюблённый, молчаливый, вспыльчивый - таким меня видели все. Сосредоточенный, мечтательный, собранный и наблюдательный - таким я предстал пред книгами. Питался информацией чаще, чем едой. Поглощал книгу за книгой, статью за статьей. Узнал, что есть специальные отвары, чтобы бессмертные могли видеть сны. Позже выяснилось, что это месиво не отвар, а отрава. Фи, какая гадость! На мне не действовали зелья, видать из за моих голубых кровей. Мужчина - аристократ. Наследник трона. Лучший, красивый, будоражащий сознание. Вскружил голову множеству девушек в аду, на небесах. Участвовал в оргии на земле. Умный, начитанный. Доволен собой. С очаровательной улыбкой и ярко-алыми глазами. Моя одежда всегда подчёркивает мой стиль. Мистер похоронное бюро! Рубашки на любой вкус, различных фасонов и оттенков… чёрного. Мой перфекционизм заставлял меня вешать их в шкаф от самой тёмной к более светлой. Разница была колоссальной. Те вещи, которые часто стирали слуги, были более выцветшими. Мой выбор падал на них лишь тогда, когда нечего было надеть… короче, почти никогда. Так, всегда забывал избавиться от лишнего хлама. Ости. Вульгарная, цепкая, сексуальная пантера. Кошечка с длинными коготками. Всегда в коже или латексе, этот изумрудный гипнотический взгляд… ух! Мы сошлись сразу же. Я не обещал ей любви, не думал о ее чувствах, просто хотел обладать. Ах, любовь. Сказал бы кто-то. Ах, страсть! - ответил бы я. Невероятные изгибы ее тела. Впервые тесное общение наметилось в той самой библиотеке, где я изучал научную статью. Мне было скучно, Ости поглядывала на меня из полуопущенных густых ресниц и прикусила губу, дерзко ухмыльнувшись. Никогда не чувствовал себя жертвой, поэтому, поймав ее желание близости, лишь тяжело вздохнул. Дальше как в тумане. Меня разозлили, я сжал свободную от страниц руку в кулак, поцарапав ногтями кожу. Глаза вспыхнули ярче, готовился к перебранке, но тут почувствовал ногу девушки, ведущую вверх по моим брюкам. Она обогнула мой ботинок за долю секунд, мысок ее ступни уже был выше моего колена, когда мы встретились глазами. Тут уже не только она горела, но и мое тело ответило взаимностью. К слову, снизив вероятность скандала практически до нуля. В моей комнате градус повысился. Первый наш раз был в школьном корпусе, где он тут же был прерван настойчивым стуком в дверь. Ох уж эта Мисселина, которая не умеет веселиться! Ости громко и грязно ругалась во время процесса, прокусив руку, зажимающую ей рот, до крови. Я должен был довести дело до конца. И только потом явиться пред преподавателем. С взъерошенными волосами и стекающей струйкой крови по руке. Мисселина тогда вздохнула с облегчением. Кровь не от драки! Ах, любовь! Далее мы всегда проводили наши ночи в аду. Она сбегала с уроков и проваливала задания, лишь бы наслаждаться моими руками. Все шло как по накатанной до одного момента. Каждый раз вспоминаю его и все внутри леденеет? То самое сердце, которое реагирует на похоть, бешено стуча, не любит пустые разговоры. Мы были в замке. Закрытые двери одной из спален, порванная юбка зеленоглазой красотки, брошенная на ручку двери, чтобы скрыть замочную скважину. Черты, столь любящие развлечения, не могли устоять перед сексом самого сына Сатаны. Они толпились всегда возле тех мест, где был я в аду, желая получать хлеба и зрелищ. Фигу им с маслом! Мои руки, скользнувшие под кожаный топ, разорвали и его тоже. Невозможно снять эти наряды, не повредив, так чего тянуть? Ости оставляла засосы на моей шее. Никогда она не была нежной. Слегка красные отметины переходили в бордовые, те в свою очередь синели, становясь синяками. Я любил ее резко хватать за волосы, она лишь протяжно вздыхала, научившись осторожности. Каждый раз все было по разному, но неизменным было лишь одно - желание. Она никогда не говорила мне о том, что ее платья оказывались в урне. Ей нравилось облачаться после душа в мою рубашку, подвязывать ее тонким поясом и возвращаться в школу. Мой шкаф стремительно пустел. А Ости шла, как в первый раз, откидывая волосы назад, сияя, словно бриллиант. Ей нравилось показывать, что я принадлежу ей. Ты любишь меня, Люцифер? - эти слова эхом отразились от лестниц поместья отца. Молчание получила дьяволица в ответ. Пропасть между нами выросла. Я видел натянутую улыбку и рухнувшие надежды в отражении ее зелёного мира. Она сказала, что все в порядке. И исчезла на несколько дней. Ах, любовь…