Доверься мне, а иначе кто я для тебя?

Если каждый день сминать белый лист бумаги до боли в ладошках, то ни от рук, ни от бумаги ничего не останется. Это понимал и сам Итан Торкио, но продолжал заходить слишком далеко. Неужели он хотел дойти до точки невозврата? Или проверял как долго можно паразитировать свою жертву, съедая душу? Сейчас барабанщиком руководила лишь ярость. Все рамки приличия были давно перечёркнуты. То была последняя капля.  — Доверься мне, ведь если ты этого не сделаешь, всё будет совсем не так, как рисовала твоя больная фантазия…-в Люси полетела фарфоровая тарелка, подаренная Итаном когда-то ей на день рождения. Она влетела в стену и раскололась надвое. - Ну же, открой мне свою душу, милая, а иначе кто я такой для тебя, Люси? — барабанщик подошёл к своей "возлюбленной" и сжал её лицо со всей силы у себя в руке. Из глубоких изумрудных глаз Люси, в которых можно было утонуть, потекли горячие слёзы. — Убирайся, убирайся пока не поздно. Любви и надежды, которую ты так ищешь во мне, для тебя больше нет. Я не подам тебе руки своей, никогда, никогда, никогда!..-гневно выпалила Люси. Её лицо — эталон красоты, исказила ярость с примесью обиды. — Гм, это твой выбор, Лукия, — на лице Итана появилась дьявольская улыбка.  — Ах, Люси, Люси, а ведь я хотел как лучше… — он убрал руку от лица «любимой» и схватил со стола нож. -Может, хоть так, ты сможешь открыться мне…- по спине девушки прошёл холодок. - Неужели ты…