Цепная реакция

Четыре года назад

Денвер, штат Колорадо. Приёмная судьи Уоллес. 12:25       — Мистер Вудс, судья Уоллес готов вас принять. Пройдите, пожалуйста, в кабинет. –секретарь обратилась к мужчине средних лет, который сидел на стуле в приемной и дожидался своей очереди.       — А?.. Спасибо. — Адам Вудс немного рассеянно поблагодарил её, затем встал со своего места и направился в указанном направлении.       Офис судьи представлял собой достаточно просторное помещение с большим и светлым окном во всю стену, прикрытым шифоновой портьерой, края которой обрамлял бархатный занавес. Всё это с одной стороны, создавало уютную атмосферу для работы, а с другой, каждому кто входил в этот кабинет, сообщало о статусе его хозяина. На почётном месте, на правой стене от письменного стола висел диплом об образовании, вокруг которого в золоченных рамках располагались вырезки из газет о выигранных судьёй крупных судебных процессах, почётные грамоты, а также фотографии судьи Уоллеса с известными и не очень людьми.       Из мебели в комнате находился большой высокий под потолок шкаф с множеством полок, на которых стояла, лежала различная литература по судопроизводству. Также здесь было удобное мягкое кресло для посетителей, расположенное напротив изящного письменного стола, за которым уверенно расположился сам хозяин кабинета, судья Альберт Уоллес.       Адам Вудс вошёл в помещение и, прикрыв за собой дверь, сел в кресло для посетителей. Альберт Уоллес, не отрываясь от просмотра материалов в папке, лежащей у него на столе, мельком взглянул в его сторону и продолжил просмотр документов. Выждав примерно минуту Вудс кашлянул, привлекая к себе внимание. Но судья проигнорировал его «сигнал» и, лишь когда посетитель кашлянул более громко, Альберт нехотя отодвинул папку в сторону и посмотрел на мистера Вудса.       — Слушаю вас.       — Судья Уоллес… Ваша честь… — сбивчиво начал Вудс.       — Мистер Вудс, мы не в суде. Обращайтесь ко мне просто по имени.       — Хорошо, сэр. Мистер Уоллес, на каком основании Эда Харриса сегодня освободили из-под стражи?       — Видете ли, мистер Вудс, рассмотрев дело Эда Харриса в досудебном порядке, я пришёл к выводу, что тех улик, которые есть против него, увы недостаточно, для того, чтобы передавать его в суд. Поэтому я вынес решение об освобождении мистера Харриса из-под стражи с подпиской о невыезде до появления новых доказательств. Однако, мистер Вудс, если у вас есть весомые аргументы, указывающие на его вину, и вы можете предъявить их прямо сейчас, то я готов пересмотреть своё решение. В противном же случае, я считаю данный разговор оконченным. За разъяснением можете обратиться к адвокату Эда Харриса, — он порылся в записной книжке у себя на столе и, найдя нужную фамилию, добавил, — Сабине Райт. Хотя, я не думаю, что она сможет сказать вам что-то новое. Поэтому, если у вас, мистер Вудс, больше нет ко мне вопросов, то прошу освободить мой кабинет. Через час должно состояться следующее судебное заседание и мне нужно ещё к нему подготовиться.       Альберт Уоллес привстал со своего места, давая понять, что аудиенция закончена и посетителю пора покинуть помещение. Однако Адам Вудс не спешил вставать с кресла, он смерил судью тяжёлым гневным взглядом, а затем произнёс.       — То есть разбитая фара, нитка с куртки, похожая на ту, в которой была моя дочь в день своей гибели и рисунок протектора шины, схожий с рисунком шины автомобиля Эда Харриса, обнаруженный неподалёку от места происшествия. Всего этого, по-вашему, недостаточно, чтобы понять, что Эд Харрис и есть убийца моей дочери?! Почему вы отпускаете виновного?! — Адам Вудс встал со своего места и подошёл к столу судьи, нависнув над ним так близко, что их лица практически соприкасались.       — Мистер Вудс, успокойтесь и сядьте на своё место, пожалуйста. Я прекрасно понимаю ваши чувства, — судья старался говорить с ним спокойно и мягко, — но все эти улики — косвенные, нет ни одной, которая бы напрямую указывала на то, что именно Харрис сбил вашу дочь. Уже прошёл практически год, а у меня нет ни одного свидетеля и нет ни одного прямого доказательства его вины. Поэтому, мистер Вудс, я ещё раз повторяю, если у вас нет неопровержимых доказательств, говорящих об обратном, то прошу покинуть мой кабинет сейчас же. В противном случае, я вынужден буду вызвать полицию.       — Хорошо, мистер Уоллес, я покину ваш кабинет. Но в следующий раз, когда я приду к вам, вы вряд ли будете этому рады. — с этими словами Адам Вудс, так и не сев в кресло, развернулся на месте и покинул кабинет судьи.       Альберт Уоллес не предал серьезного значения словам Адама. За свою карьеру ему не раз приходилось слышать подобные высказывания и откровенные угрозы в свой адрес от недовольных клиентов или родственников осужденных им людей. Однако на поверку 99,9% таких угроз заканчивались ничем и лишь меньше одного процента могли перейти от слов к делу. Но Адам Вудс, по его мнению, не относился к числу таких людей. Поэтому, как только за посетителем закрылась дверь, Альберт Уоллес тут же забыл о его существовании и вновь вернулся к изучению документов, которые он вынужден был отложить на время визита Адама Вудса. Денвер, штат Колорадо. Кафе «Капучино», 13:45       Сабина Райт заканчивала свой обед, когда в её сумочке зазвонил сотовый телефон. Она аккуратно вытерла рот и руки салфеткой, после чего взяла сумочку и извлекла телефон.       — Сабина Райт, чем могу быть полезна? — для себя она уже давно выработала именно такую форму приветствия и считала её более удобной, нежели начинать телефонный разговор с названия должности и фамилии, как это делали её коллеги.       — Сабина, это Альберт. Ко мне тут сегодня приходил отец Анны Вудс, ну той, которую якобы сбил Эд Харрис, — услышав на другом конце провода понимающее «угу», он продолжил. — Так вот я назвал ему твоё имя, как адвоката Харриса. Если он придёт к тебе и начнёт расспрашивать что и как, и почему он до сих пор на свободе, дай ему общую информацию, не вдаваясь в подробности. А если начнёт требовать и возмущаться посылай его к следователю, который вёл следствие. Пусть сначала через него попробует справедливости добиться, а оттуда по другим инстанциям пойдёт. И глядишь, через годик и успокоится. Ты всё поняла?       — Да, Альберт. Спасибо за информацию. Буду иметь ввиду.       — Вот и умница! Передавай привет, отцу.       — Хорошо, дядя Альберт. Обязательно передам. — с усмешкой сказала Сабина       — Не называй меня так! Ты же знаешь, я этого не люблю. — произнёс Альберт Уоллес, а затем смеясь добавил. — К тому же то, что я когда-то курировал твоего отца, ещё не делает меня твоим родственником. Ладно, Сабина, мне пора! Ещё увидимся. — судья повесил трубку.       Закончив разговор, Сабина Райт убрала телефон обратно в сумочку, после чего оплатила счёт и вышла из кафе. Направляясь к своему автомобилю, Сабина даже не подозревала, что всё это время из машины, припаркованной на противоположной стороне улицы, за ней наблюдал Адам Вудс. Он фотографировал её и заносил пометки в блокнот. Когда она села в машину и уехала, Адам последовал за ней. Она была первой в его списке, но далеко не последней.       После разговора с судьей, Адам понял, что добиться справедливого наказания для убийцы его дочери через суд у него вряд ли получится. Значит, ситуацию пора было брать в свои руки. И опыт бывшего военного должен был ему в этом помочь.