Ты словно сон

— Прости, я… — Ты… Оба парня запинаются, смотря друг на друга. Чан по инерции сделал шаг назад, потому что слишком резко вышел из комнаты, за дверью которой стоял Феликс, как будто не решаясь зайти внутрь. Блондин заметил этот шаг и как будто стал мрачнее, потому что понимал, что Чан, скорее всего, хотел бы, чтобы все это было сном. — Ты первый, — Крису становится чуть легче, потому что всю ночь он ворочался и думал, что поступил неправильно, вмешавшись в борьбу Феликса с самим собой. Но что ему оставалось делать, позволить ему без сознания валяться в его доме? — Ты нормально себя чувствуешь? — Ликс перевел взгляд на руку Чана, где уже не было бинта, зато красовалась огромная гематома. На секунду ему показалось, что в груди возникло чувство жжения, за которым обычно следует жажда. — А да, ничего страшного, это быстро пройдет, — айдол отмахнулся, чуть улыбнувшись. Ему стало немного легче от того, что вампир сегодня не казался таким уж холодным и отстраненным. Ликс кивнул и снова поднял взгляд на парня, глядя на него с ожиданием. — А, теперь моя очередь, да? Я хотел извиниться за вчерашнее. Конечно, нужно было догадаться, что у тебя есть свои причины, чтобы быть «таким», — Бан пытался подобрать слова, чтобы они звучали менее обидно, хотя от этого, кажется, они звучали еще нелепее. — Но даже если бы ты был в сознании и тебе требовалась моя помощь, возможно, я бы не стал спрашивать твоего разрешения, а послушал твоего брата. В комнате повисло молчание. Снова стало неуютно, и Чан прокручивал в голове, что бы такого сказать, чтобы разрядить обстановку, однако Феликс все же решил нарушить молчание первым. — Спасибо, — вампир развернулся на пятках и собрался уходить, но резко остановился. — Но больше так никогда не делай. Я опаснее, чем ты думаешь. Вспоминая рассказ Хёнджина, Бан Чан ощутил всю ту боль и грусть в голосе Феликса, когда он произносил эти слова. [позднее на съемочной площадке] — Слушай, я все же думаю, что это плохая идея — везде таскать его с собой, мне оторвут голову, — менеджер перешел на шепот, замечая пристальный взгляд блондина, который сидел в самом дальнем углу студии. — Я же уже говорил, он не местный, друзей у него нет, не могу я одного оставить его дома, — Крис вздрогнул, когда его обнаженной груди коснулась губка, пропитанная маслом. Невысокая девушка резко одернула руку, испугавшись реакции парня. — Извините, все нормально, — Крис смущенно улыбнулся. Ассистентка улыбнулась в ответ и продолжила аккуратно размазывать блестящую жидкость по телу парня. — Ты был в больнице? — голос менеджера прозвучал обеспокоенно, когда он заметил синяк на изгибе локтя. — А, да, вчера вечером все же поехал туда, что-то стало плохо, сдал кровь на всякий случай. — Нужно будет напомнить об этом фотографу, чтобы он отредактировал снимки. И как ты вообще согласился на такую фотосессию? Хотя, мне кажется, тебе просто нравится фоткаться полуголым, не зря же ты каждый день зависаешь в качалке, — менеджер специально дразнил Чана, зная, что это заставляло его смущаться больше обычно. Да, сегодня были съемки для фотобука его альбома, и он готовился к этой съемке месяца два, чтобы показать свое здоровое накачанное тело. Он много работал над собой, почему бы не показать результат? Да и стиль для его нового альбома был довольно необычный для него, более взрослый, так что хотелось выложиться на все сто, чтобы показать свою мужественную сторону. Пока Чана готовили к съемкам, Феликс старался не сводить с него глаз, чтобы в этот раз не позволить кому-нибудь навредить ему. Однако чем пристальнее он смотрел на Криса, тем чаще в памяти всплывал момент прошлой ночи, когда он пришел в себя и увидел Криса на своих бедрах. Всему виной была жажда. Это единственная отговорка, которую он мог придумать, вспоминая чувство влечения. Хотя он не мог отрицать того, что айдол был довольно привлекательный, чтобы к нему испытывать такие чувства. Непроизвольно он тяжело вздохнул и поерзал на месте, пытаясь отвлечься на что-нибудь другое. В студии было довольно интересно. Недалеко стояла вешалка с огромным количеством одежды, камеры, софиты, куча людей, которые кружились, как феечки, рядом с артистом, кто-то готовил декорации, подогревал время от времени воду в ванной, постоянно поправлял простыни на большой кровати, вокруг которой выставляли красно-синий свет. Кажется, все это было очень серьезно. Ёнбок в какой-то момент почувствовал легкое волнение, и это явно были не его чувства. Переведя взгляд на Кристофера, он понял, что чувствует его эмоции. Настолько они были сильными. Крис был погружен в обсуждение съемки и как будто забыл о том, что с ним произошло несколько часов назад. «Я просто испортил ему жизнь», — Ликс нахмурился и куснул щеку с внутренней стороны. Ему стало трудно дышать от чувства сожаления. От того, что он просто не знал, как теперь сделать так, чтобы Чан никогда больше не соприкоснулся с его миром. — А говорил, что не спишь. Я уже второй раз тебя ловлю на этом. Ликс резко вздрогнул, от чего Чан неуклюже упал на пятую точку. Минутой ранее он сидел на корточках рядом со стулом, где задремал Феликс, и рассматривал его спокойное лицо. Ему захотелось проверить один миф, который когда-то давно вычитал в книжках. Он достал из кармана телефон и сделал пару фоток спящего вампира. Да, те басни про то, что вампиры не отображаются на фото, были лишь выдумкой. — Я не спал, — голос Феликса звучал слишком низко, что заставило сотни мурашек пробежаться по телу Чана. — Ага, считал овец, — артист встал и отряхнулся. На нем уже были обычная черная худи, шорты и сумка через плечо. — Пошли, я хочу кушать, — натягивая кепку поглубже, он поклонился всем проходящим людям и стал высматривать своего менеджера. [позднее] — Как тебе? — Чан развалился на скамейке, вытягивая ноги. — Думаю, тебе это нравится, — Феликс продолжал оглядываться по сторонам, проверяя, чтобы на баскетбольной площадке никого не было. — Да, мне это нравится, но я спросил про твои ощущения. — Интересно. — Спасибо за развернутый ответ, — Крис рассмеялся и пододвинул к себе поближе курочку, которую менеджер купил по дороге домой. Феликс несколько раз сказал, что это плохая идея: сейчас сидеть на улице и вот так ужинать, но айдол проигнорировал все его предупреждения. Ему нужен был отдых, за эти несколько дней он сильно вымотался, а ведь ему нужно было думать совсем не о вампирах и их трагических войнах и историях, а об альбоме, который он готовил кропотливо и долго. Однако как бы он не старался переключиться, все его мысли были о Феликсе и о том, что будет дальше. — Это все словно один длинный сон. Ты словно сон. — Это звучит очень романтично, когда твои руки в жире и сам ты обгладываешь ножку курицы. Чан подавился и зашелся кашлем вперемешку со смехом. — Что? Ты сейчас пошутил надо мной? — он пихнул локтем Феликса в бок и тут же отодвинулся. — Это, возможно, последнее, что ты услышишь перед смертью, поэтому решил развеселить тебя. — Ёнбок! Блондин замер, глядя куда-то сквозь парня. Крис понял, что, кажется, сделал что-то не так, но потом черты лица Феликса стали чуть мягче, как будто он вспомнил что-то хорошее. Видимо, с этим именем у него было связано много хороших воспоминаний. Так же, как и вчера, он почему-то резко стал другим, когда услышал своё имя. — Доедай быстрее и пошли. И больше… не называй меня так, — вампир встал со скамейки и взял сумку Криса, намекая, чтобы тот поторапливался.