The dark side again

Было ранее утро, когда только задребезжал рассвет, разливаясь по небу, окрашивая его всё светлее и светлее. Солнце выходило из-за горизонта очень неохотно, медленно, плавно, ещё сильнее освещало всё вокруг. На легком ветру покачивались деревья, а за окном тонким слоем лежал иней. Значительно похолодало за прошедшую ночь и можно было ждать снег со дня на день. Весь прекрасный зимний пейзаж было отлично видно с окон высоких домов, на одном из которых и расположился Осаму. Сидя в тёплом, буром свитере и широких клетчатых штанах, он смотрел в окно и потягивал горячий напиток, кофе. Прямо таки картина маслом, если не учитывать лежащего где-то чуть позади него всё ещё грязного и в крови Чую. Тот так и не проснулся, и неполноценный знал, что ему нужно время на реабилитацию. Он и сам не сильно обосновался пока рыжий спал, только натянул кофту потеплее, которая так иронично сочеталась по цвету с каштановыми волосами, заварил горячий напиток чтоб согреться и уселся на окно встречать рассвет. Часто он поглядывал на мафиози взволнованным взглядом, и подходил поправить плед, чтоб тот не замёрз. Пока Чуя в беспамятстве, делать нечего, Осаму только снял с него грязную одежду, и потеплее укрыл, уложив на диван. Поглядывая на рыжего в течении часа ничего не изменилось, зато когда он залез в телефон посмотреть новости и ушёл на кухню заварив вторую чашку кофе, то вернувшись обнаружил прекрасную картину. Чуя проснулся с ужасной головной болью, ощущением усталости и кругами перед глазами. Кое как открыв глаза, он решил, что на сегодня этого достаточно, и он потрудился на славу, и закрыл их обратно. В голове вдруг начали зарождаться разные мысли: «где он?» «кто он?» в конце концов, и «я что в раю черт возьми?». Снова уже более недовольно устремив взгляд в пустой белый потолок, ему показалось этого мало, и он через все девять кругов ада, кое как сел, медленно моргая и словно с опаской озираясь по сторонам как загнанный зверёк. Наконец разум начал немного проясняться. Он в своей квартире, лежит на диване под пледом, почти обнаженный. Стоп ЧТО? Какого спрашивается хрена? Но это не самое странное, вытаращив глаза на свои боксеры он уловил приятный, пряный запах кофе, и тут же повернул голову. На входе стоял Дазай, поднося этот божественный напиток Накахаре, когда как в карих глазах плескалось спокойствие, умиротворение и...что-то ещё...но Чуя решил не разбирать. Он взял в руки тёплую кружку, сразу расслабляясь и глядя более осознанно. — Я полагаю у тебя есть вопросы — произнёс Осаму наблюдая за тем, как мафиози отпивает горячую жидкость и блаженно улыбается, но кивает — ну, я принёс тебя сюда, когда обнулил порчу — Чуя чуть кофе не подавился, снова вперив недоумевающий взгляд и сдвинув брови к переносице — потом снял твою грязную одежду, поэтому ты лежишь так и под пледом, но уже довольно тепло. Твоя квартира как и мы теперь в безопасности, нам дали выходной на пару дней, а потом работа, работа — протяжно произнёс Дазай, стягивая с себя кофту и оставаясь в одной футболке, чем вызывая ещё более многозначительное выражение лица мафиози. Кажется Чуя всё таки в раю, это всё взаправду быть не может. Нет. Он придвигает к себе ноги, когда на его колени ложится кудрявая голова Дазая, который пристроился на край дивана прямо возле прикрытых ног Накахары. Он сразу стушевался, но быстро взял себя в руки, раздраженно наблюдая как перебинтованная рука коснулась его щеки, погладив. — Ты же только и делаешь что бездельничаешь в своём захудалом агенстве, какая тебе работа? — Какая мне работа? Я пока не знаю, как Мори скажет — протянул Неполноценный, хитро улыбаясь и наблюдая как вытягивается лицо его бывшего напарника. — Но мы ведь закончили миссию, ты же должен вернуться в... — Не должен. — перебил он Чую, от чего поймал на себе грозный взгляд голубых глаз, в которых сейчас была просто буря и ураган эмоций, начиная от потаённых надежд и заканчивая гнусным недоверием. — Ты хочешь сказать... — Я вернусь в мафию, Чуя. Да. — Долгое время Накахара осмысливал кажется вообще всю свою жизнь, и в какой период он свернул не туда, ведь сейчас хочется просто рыдать от счастья, но он и не подумает сделать это. — Почему? А как же ваш директор? — Я не принадлежу им, в конце концов. Мне больше нечего там делать. Все страдают, когда сближаются со мной, все кроме тебя, Чуя. С директором и Мори я обговорил, и если позволишь, мы снова будем работать вместе. — на Накахару он смотрел с не скрытым обожанием, поглаживая его по щеке, волосам, и невинно положив голову на его колени. От всех этих действий и новостей у мафиози закружилась голова, он положил рядом на полку выпитый кофе и прикрыл глаза, прильнув к бинтованной ладони. — Позволю, если не будешь раздражать — с ухмылкой ответил Чуя, приоткрыв один глаз и смотря на самодовольное лицо напротив, когда Дазай потерся о колени через плед. Мафиози вдруг почувствовал себя в разы лучше, больше не было сомнений и терзаний, этот шаг для Осаму — можно прировнять к предложению руки и сердца, и от осознания этого подкашивались ноги. — я в душ, моя одежда может и грязная, но хотя бы уже в стирке. — Накахара резко поднялся, но когда у него потемнело в глазах, оперся на тумбу, ковыляя к ванной. — Я с тобой — отозвался радостный голос. — Ещё чего. — Э-эй, я тоже должен быть чистым... — После меня пойдёшь. В конечном итоге прошмыгнув в ванную за Чуей и закрывая дверь, на него уставились очень устрашающе и недовольно. — Оставь меня в покое, мне нужно многое обдумать — холоднокровно произнёс мафиози, снимая боксеры и заходя в душ. Конечно покой Дазай не мог ему гарантировать, поэтому зашёл следом, закрыв заслонки и попадая под горячие струи воды, и под пристальный взгляд голубых глаз, направленных прямиком на вторженца в его личное пространство и его личный душ. Рыжие локоны быстро потускнели и намокли, и когда Дазай закончил мыть свою пушистую шевелюру и себя в целом, то на невероятное удивление со стороны Накахары выдавил шампунь и принялся мылить пряди отросших, красивых волос. Приятные движения рук заставили расслабиться, и когда шампунь был смыт полностью, Чуя собирался выходить, но оперся на стену, чтоб выключить кран и его руку перехватили, снова и снова целую тыльную сторону ладони, белоснежную кожу, подходя ближе. — Ну Дазай... — в ответ послышалось вопросительное мычание, когда Неполноценный прижался вплотную, целуя шею и покусывая — может хотя бы выйдем..? — Зачем? — отвечать вопросом на вопрос, лучше не придумаешь. Но бинтованный и не раздумывал, повернув желанное тело лицом к стене, и прижимаясь сзади, слыша рваный вздох. Осаму приподнял стройную ножку, отведя ее в сторону. Если бы не Дазай, Накахары бы потерял равновесие и свалился, но он только зашипел утыкаясь лбом в прохладную стену, когда в него вошло сразу два пальца, мокрых, медленно двигаясь, растягивая и слегка подгибаясь, находя нужное место. Мафиози опираясь руками на плитку на стене, и слегка выгибаясь, громко и рвано дышал, переодически открывая рот в немом стоне и закусывая губу. Вот же кабель, чего ещё ему в жизни не хватает? Овладел таким казалось бы строптивым и не преклонным парнем. Сказал бы кто, в мафии или агенстве, что заклятые враги как в прошлом так и как казалось в настоящем, будут вытворять такое, никто в жизни не поверил бы, и в псих больницу позвонил, а то ходят тут ненормальные. Такими голыми фактами разбрасываются. Другое дело компромат... Когда Дазай убрал пальцы, Накахара мелко вздрогнул, нетерпеливо заёрзав. Отодвинув ещё немного ногу, Осаму вжался возбуждённой головкой в растянутый проход, довольно резко входя и расслабленно выдыхая в плечо мафиози. Чуя глухо простонав, поднял голову, ощущая у себя на плече голову Дазая и чувствуя как его несильно кусают, мягко толкаясь. Размеренные толчки и сдавленные стоны перекрывала льющаяся всё ещё вода, которая не попадала по разгоряченным телам, и выключать ее никто не торопился. Стало очень жарко, и стена к которой прислонялся Чуя кажется уже тоже нагрелась. Воздуха не хватало, дышать становилось тяжелее, а движения обоих становились более размашистыми. Чуя больше не сдерживал хрипловатые стоны, закусывая палец. —- Осаму...о черт... — пролепетал Накахара когда Дазай несдержанно грубо толкнулся. Неполноценный повернул к себе голову Чуи, утягивая в поцелуй и вбивая того в стену, когда ему стонали прямо в губы и немо просили большего, от чего обоих накрыло сильным оргазмом. Чуя вжавшись возбужденным членом в стену и сжимая в себе Осаму, сдавленно охнул и простонал, чувствуя как Дазай с силой прикусил его плечо и громко выдохнув кончил внутрь. Стоять и не падать уже казалось подвигом для Чуи, когда Осаму с пошлым звуком вышел из хрупкого тела и придержал расслабленного и тяжело дышащего Накахару под руками. Пришлось снова встать под тёплые струи воды, помогая потом выйти из душа и выключая воду вылезти следом. Обтерев себя и измученного такой активной деятельностью Чую, Дазай посмотрел на запотевшее стекло, вырисовывая там какой-то смайлик, пока рыжик натянул на себя полотенце. Они открыл дверь, и тёплый пар начал испаряться и превращаться в свою первоначальную форму, водную. В основной части квартиры, по сравнению с манящей ванной было холодно, но суицидник шёл по коридору, наблюдая как следом за ним плетётся опираясь на стены мафиози. Да уж, с кровати он теперь точно не встанет. А всему виной один сильно обнаглевший. Дойдя до постели Чуя лёг на спину, шипя от боли и переворачиваясь на бок, а рядом тут же пристроился бывший детектив, чему собственно рыжик был действительно и искренне рад. Накрыв их обоих одеялом, Осаму придвинулся беря руки Чуи в свои и одарив его лучезарной улыбкой. — Теперь его величество позволит мне остаться жить здесь? — Теперь это когда? Когда ты взял меня прямо в душе? — Нет, нет, теперь — это когда я снова вернусь в мафию. А возьму я тебя где захочу и сколько захочу. — на такие откровенные речи об их дальнейшем совместном проживании, Накахара немного смутился, но лишь хмыкнул и отвернул покрасневшее лицо. — Что ж, я приготовлю нам завтрак ты не против — не дожидаясь ответа Осаму выскользнул из комнаты, оставив Чую наедине со своими мыслями, а вот мысли у него были ещё те. «Если он действительно изменился, и даже видимо решил больше не бросать меня, то я могу перестать строить агрессора, он ведь видит меня насквозь» думал Накахара хмуря тонкие брови и зарываясь лицом в подушку. Выходные дуэту дали не длинные, лишь этот и следующий день, а значит нужно успеть закончить все незаконченные дела. А их было действительно многовато для человека, который не увольняться с работы, а покидает вооруженное агенство, и в угоду кому? Мафии. Самой что ни на есть настоящей. Совсем скоро в кровать пришёл завтрак, а вместе с ним и счастливый Неполноценный. — Сегодня я перенесу все свои вещи с прошлой квартиры, выставлю ее на продажу, а завтра нужно будет повидаться с некоторыми из агенства, попрощаться так сказать. — Говоришь так, словно в другую страну переезжаешь — скомкано ответил мафиози, запихивая в рот омлет с овощами и с наслаждением прикрывая глаза. Боже еда. Какая-же прекрасная вещь. И всё таки использование такой способности отбирает много сил и энергии, да и продолжение банкета уже после порчи тоже. Чертов душ. Теперь он явно будет ассоциироваться у бедного рыжика не с тем чем надо. — Ну нет, в другую стану мы поедем разве что на медовый месяц. — протяжно проговорил Дазай, вальяжно раскинувшись на кровати и смотря на словно молнией сражённого напарника. Сердце Чуи сейчас кажется пропустило несколько ударов, ведь он поперхнувшись очередным перчиком, покраснел, то ли от остроты то ли от вышесказанного и совсем потерял дар речи. Дазай глядя на это умилительно засмеялся, подавшись вперёд и целуя в щеку, потом в кончик носа, и забирай с остановившейся по пути в рот вилки кусочек помидорки, быстро съедая и что то невнятно бурча. — Ах, остро, как же остро. Лично Чуе на тот момент показалось, что его судьба предопределена, и такой конец истории его вполне бы устроил. «Медовый месяц значит? Боже, глупости. Он же шутит, как и всегда. Да.» заверил себя Накахара, желая конечно чтобы это было правдой, но о таком он не признается даже самому себе, по крайней мере не сейчас. Весь оставшийся день они тем и занимались, что перетаскивали вещи суицидника со старой квартиры в квартиру Чуи. Особо сильно не нагружая уставшего мафиози, Дазай перетащил всё необходимое, а Накахара расхаживал по тёплому полу и раскладывал всё по выделенным местам. Вещей у бинтованного идиота оказалось не так много, и очень быстро Накахара справился со своей задачей. Он сидел на кухне, с заколотыми волосами и в широкой футболке Дазая, которая доставала ему почти до колена. Перед его лицом светился экран ноутбука, где в новостях было подробно описано журналистами случившееся на военной базе, и общая информация о исчезновении банды Вендикатори. На это всё Чуя беспристрастно фыркнул и осмотрел квартиру. Со стороны могло бы показаться, что они жили вместе всегда, ведь вещи Дазая и само его присутствие в этом месте стало столь привычным, что даже не поймёшь что переехал он только сегодня. В свою очередь приведя старое жилище в порядок, Дазай поменял вскрытый замок и выставил помещение на продажу, за небольшую такую сумму, в мафии платят вполне себе. Нельзя сказать, что кого-то из них сильно волновали деньги и их количество, но побыстрее избавится от старых воспоминаний неимоверно хотелось, поэтому тем же вечером в интернет магазине где была расположена однушка, появилось несколько уведомлений о покупке. На следующий день, суицидник действитель пошёл на встречу с членами агенства. В полдень он одел привычную для всех одежду, намотал белые бинты на оголенную кожу, скрывая шрамы и некоторые порезы. Дазай пошёл в небольшую кафешку, в которой все и договорились собраться. Они разговаривали о многом, хоть Осаму и умалчивал большую часть о себе и прекрасном время препровождении с рыжим мафиози. Не обошлось и без выпивки, а гора вкусняшек которая расположилась на половине стола возле Рампо, вообще предвещала отличный вечер. Несколько тостов, посвященных смерти Ацуши, в самом начале повлекли за собой долгие печальные разговоры и безудержные рыдания Кеки, которая сидела и высказывала всем, как ей жаль, что на этот раз она не смогла помочь. Всё же они стали неплохими товарищами за это время, их многое сплотило и даже несмотря на потери и многие ужасные последствия, они не унывали и продолжали идти в перед. Как идти вперёд и по какой дорожке — это уже дело каждого, но если ты определил для себя этот путь, то иди и стремись. Вот так и считали в агенстве, когда узнали что Дазай Осаму возвращается к портовым. Большим ударом это стало в основном для Куникиды, который долго бранил бывшего уже товарища за столь быстрые перемены. «И всё же он хороший, надеюсь не бросит свои идеалы и все получится» — думал Осаму, когда его трясли за плечи что-то невнятно бормоча. Просидев с ними допоздна, и прийдя, хотя это громко сказано, доползая домой к полуночи, Дазай был абсолютно доволен всем происходящим. Он выговорился и много чего выслушал, что бывает с ним не часто, но так помогает и успокаивает. Это навивает мысли, что он всё же много кому нужен, и не так уж и бесполезен и одинок как кажется. Ну а дома его любезно встретил Чуя. — Дазай какого черта? Пол первого ночи! Нам завтра на работу ты не забыл? — Я помню помню. — протяжно промямлил в ответ Неполноценный разуваясь и подходя к Накахаре, который опершись на дверной косяк испепелял его суровым взглядом. — Чуя-я ты такой хороший и прекрасный, ты знал? — Знал. А ты пьян в стельку, надеюсь ты знал. — отозвался рыжий в ответ. Осаму подошёл в плотную, не видя в этом угрозы, а зря. Чуя резко ударил его в живот, приложив головой об косяк и прижимая к противоположной стене. — Самонадеянно. Только попробуй ещё раз так заявиться, ночевать будешь на улице. — прошептал мафиози, с силой сжав и потянув вниз за портупею, впиваясь в холодные ещё с улицы губы, кусая и ощущая приятный вкус алкоголя и металлический привкус на своих губах. Дазай схватился за рыжую макушку, отвечая, и податливо открывая рот. — вино?— удовлетворенно спросил Накахара отстранившись на пару сантиметров, позволяя вздохнуть. — Мгм. Это ты меня приучил, нравится? — Очень — прошептал Чуя в ответ, последний раз оставляя в уголке губ легкий поцелуй — но спишь ты на диване полуночник хренов. Ещё какое-то время до сна, Осаму слышал недовольные причитания и тяжелые шаги, но когда он собирался зайти в спальню, Чуя вышвырнул его и гордо вскинув голову ушёл, стукнув дверью. Дазай быстро понял, что настроение у мафиози было не очень, ну а точнее оно может и было хорошее, часов до одиннадцати, а потом...а потом пришёл его сожитель и немного подпортил позитивный настрой на завтрашнюю работу. Садистские наклонности Накахары даже чем-то привлекали, и Осаму мигом отрезвел приведя себя в полный порядок, выключив везде свет, и бесстрашно, тихо возвращаясь в спальню, ложась рядом. Непонятно спал вообще Чуя или нет, но даже не пошевелился когда под тяжестью тела прогнулась мягкая кровать, и сзади подполз надоедливый суицидник, обнимая, стискивая и извиняясь, тыкая острым носом куда-то между лопаток рыжего. *** Ну вот и закончились заветные выходные, а это значит что прийдется снова рано вставать. Утро было холодным и промозглым, а до будильника ещё пол часа, но открыв глаза, Осаму быстро понял что больше не заснёт. Как ему пришло в голову напиться прямо перед «первым» рабочим днём он так и не понял, или просто не помнил с чего, а точнее с кого это всё началось. Скорее с Ёсано, которая заказала первый и последний для себя бокал вина, а уже продолжение было за остальными. Голова сильно болела, и одеяло приковывало к себе, но он нашёл силы, встал с кровати и пошёл на кухню. Кофе немного привёл в чувства и прояснил сознание, а Осаму направился обратно в кровать, блаженно заползая в тепло и выключая параллельно ужасающий будильник. Ужасал он одним своим видом, а вот взгляд карих глаз остановился на лежащем к Дазаю лицом Накахаре. Он лежал на боку, такой красивый и притягательный, казалось больше ему уже никто не нужен, кроме этого рыжего шляпника, который в свою очередь во сне прижался к суициднику ближе, утыкаясь лицом в грудь Дазая и сжимая воротник его футболки. Осаму зарылся лицом в мягкие, волнистые волосы, водя кончиками пальцев по ровной спине Чуи и обнимая, прижимая ближе. В конечном итоге Накахара проснулся, медленно смотря перед собой, и не наблюдая ничего. Сначала он не понял, но тёплые ощущения и запах чужого тела немного пояснили ситуацию. Вяло и нехотя он немного отодвинулся, вдыхая свежий воздух и смотря на Дазая прямым, пронизывающим взглядом. Тот даже не скрывая, что не спит и будит остальных, смотрел с умилением, когда как Чуя не на шутку разозлился. — Я кажется отправил тебя спать на диван, алкаш — буркнул мафиози крайне негодующе. — А я пришёл — улыбаясь ответил бинтованный и посмотрел в недовольные глаза напротив — И между прочим, это ты прижимаешься ко мне во сне, тебе же нравится, не отрицай. — И вовсе мне не нравится, я просто во сне себя не контролирую, как и все люди кстати. — Ц, всё равно уже вставать пара. — Я не хочу. — на своё и Дазая удивление произнёс Чуя, приподняв голову — Осаму ты...ты говорил что ушёл из-за смерти мальчика-тигра верно? — Да... — немного погрустнев ответил Дазай, опустив взгляд на шею Чуи, и обнимая одной рукой мягкую пуховую подушку. — Прости просто...ладно давай вставать — тоже потускнев, Чуя собирался вылезти из плена тёплого одеяла, как его притянули обратно, на плечо легла тонкая рука вплотную прижав к матрасу и Осаму придвинулся ближе, опуская руку на талию и прижимая к себе. Он ткнул носом в щеку, проводя по другой ладонью и опаляя горячим дыханием. — Я вижу тебя насквозь, и знаешь что? — Накахара словно дышать перестал, напряжённо держа руки на чужих грациозных плечах, и сминая там же белую спальную футболку, прикрыв глаза и чувствуя как Дазай бережёно берет руки мафиози в свои, переплетая пальцы. Они лежали уже на одной большой подушке, совсем близко соприкасаясь носами, когда Осаму опустил голову ниже выдыхая и целуя в уголок губ, говоря шёпотом — Я люблю тебя Накахара Чуя. У самого Чуи сердце пропустило удар, он закусил губу в неистовом порыве эмоций и посмотрел на Дазая, который снова оказался к нему лицом к лицу. Покраснев и напрягшись ещё сильнее, он огладил щеку неполноценного, подрагивая. — Я...я тоже люблю тебя Осаму — шепотом проговори в ответ мафиози. — Правда? — искренне расплываясь в улыбке переспросил Дазай. — Блин, такой момент портишь, заткнись. — Подбородок Чуи нежно подцепили, утягивая в поцелуй, такой размеренный и приятный, не как порыв страсти а нечто другое, когда Дазай запустил руку в волнистые рыжие волосы, придвигаясь ближе и не давая отодвинуться, а Накахара тяжело дыша провёл языком по нижней губе, держась за воротник, но переводя руку к шее, погладив и царапнув. Переодически они всё же отстранялись, дабы восполнить недостаток кислорода, тяжело дыша в губы, но продолжали снова, хватаясь за остатки времени до работы. Был бы у них ещё один выходной, они бы точно потратили его не зря, наслаждаясь друг другом и новыми познаниями о взаимных чувствах. Но все планы и желания летят к чертям. А как жаль, но у дуэта теперь будет явно больше времени наверстать упущенное, когда они определились во всем, и в том, чем они и займутся видимо этим же вечером, но а перед загруженным днём, может случиться всякое, например такое банальное признание в любви, а уже напоследок: — Я больше никогда не оставлю тебя, Чуя. Обещаю.