Isn`t it lovely, all alone?

Подняв взгляд, Северус долго смотрел на закрывшуюся за Гермионой дверь. Он знал, что должен был хотеть кричать, бросаться заклинаниями в посуду, оставшуюся на столе с завтрака, да в конце концов хоть лечь и заплакать, но он не сделал ничего из этого. Он просто смотрел на закрытую дверь, не ощущая в душе ничего, кроме раздражающей пустоты.

***

Они сошлись случайно. Их отношения не были чем-то, о чем так любят писать в романах: бабочки в животе, волнение перед встречей, потеющие ладони - ничего этого не было. Сразу после боя, оставшиеся в живых и относительно здоровые волшебники искали по территории замка раненых. Гермиона была в полной прострации. Когда она обходила окрестности замка, ее мысли были совсем далеко и она сама не заметила, как ноги привели ее к Визжащей Хижине. Там она обнаружила мужчину - бывшего профессора, лежавшего в луже темной, начавшей запекаться, крови. Когда девушка наклонилась, она не ожидала услышать дыхание жизни в этом человеке - до того белым и холодным было его лицо, и настолько неестественной была поза, в которой он лежал. Однако, прикоснувшись к руке, девушка обнаружила еле бившийся пульс. Сообщив МакГонагалл о зельеваре при помощи патронуса, Гермиона села на пол хижины рядом с ним. Зачем теперь ему было жить? Все долги он уже отдал. Зачем было жить ей? Конечно, впереди ее должна была ожидать насыщенная и яркая жизнь, но сейчас в ее мыслях не было ничего кроме опустошения и отчаяния. Гермиона приходила в палату к своему бывшему профессору почти каждый день. Она не знала, зачем делает это или почему ноги так и тянут ее к этой палате. Должно быть, она хотела чувствовать себя полезной. В конце концов, ей всегда надо было кого-то спасать. Когда Снейп очнулся, Гермиона также была в его палате: в ее руках была какая-то книга, из которой она не прочитала ни строчки. Очнувшись, мужчина постарался повернуться. Все тело болело, шея горела адским огнём. Краем глаза, он заметил, как девушка засуетилась вокруг него, начала говорить что-то и звать врачей. Но он не обратил на неё даже своего взгляда. Единственный вопрос крутился в его голове: "Зачем я выжил?» Вскоре Северус полностью пришел в себя. За прошедшую неделю Гермиона смогла разговорить его. Они общались ментально. Снейпу же ничего не оставалось, кроме как отвечать ей. Смысла в жизни больше не было, великая цель была выполнена, а его тело теперь подводило его в при самых простых движениях, сводя судорогой конечности и не давая произнести ни слова из чертовой разорванной глотки. Спустя какое-то время, Снейп привык к девушке, сидевшей в палате почти целыми днями. Он не спрашивал у неё зачем она пришла и почему не займётся чем-то полезным. Он ничего у неё не спрашивал. Он просто сверлил взглядом потолок и стены палаты, подмечая в тени Гермионы фигуру Лили.

***

После переезда в дом Снейпа дела сильно не изменились. Гермиона занималась домом, а Северус так и не мог найти в себе силы вновь взяться за зелья. Они оба понимали, что ничего не связывает их, кроме жестокой жизненной необходимости. Гермионе нужно было заботиться о ком-то, чтобы не свихнуться на воспоминаниях о войне. По ночам она все также плакала засыпая, и просыпалась с криком от кошмаров. Снейпу же просто нужна была элементарная помощь и некоторое подобие человеческого присутствия рядом.

I wanna take you somewhere so you know I care...

В один из первых дней девушка предложила ему прогуляться. Снейп, чувствовавший себя зажатым в четырех стенах и собственном непослушном теле, согласился. На улице было холодно, а девушка явно оделась не по погоде. Заметив это, Северус почему-то стащил со своих плеч увесистую мантию и закутал девушку в неё. Заглянув в ее лицо, он увидел удивлённый взгляд, который позже сменился нежностью. В этот момент он подумал, что у Гермионы получилось задеть в нем какую-то струну.

And I wanna kiss you, make you feel alright

Первый поцелуй случился неожиданно для обоих. Они просто сидели в гостиной, каждый за своей книгой, создавая картинку нормальной жизни. Внезапно, Гермиона встала со своего кресла и села к Северусу на колени, откладывая его книгу. Ей так не хватало чертового человеческого тепла, так не хватало! Закрыв глаза, чтобы не встречаться с мужчиной взглядом, она поцеловала его. Сначала зельевар сидел неподвижно, но позже втянулся в поцелуй, углубляя его. Не перемещаясь в спальню, Гермиона резко поднялась с мужчины, снимая свои шорты и, расстегнув его брюки, села обратно на колени. Проникновение было болезненным, но Гермионе не было до этого дела. Она просто двигалась на коленях мужчины вверх и вниз, срывая свои барьеры. Разрядка накрыла обоих очень скоро. После того вечера что-то изменилось. Снейп как будто немного очнулся. Впервые за несколько месяцев он спустился в лабораторию и, наконец, разобрался в ней. Его тело приходило в норму, разум приходил в норму, но не душа.

On another love...

На сердце было также пусто, как прежде, а по ночам его продолжали преследовать глаза Лили. Он старался. Честно старался проникнуться к Гермионе. На какой-то момент, он даже подумал, что у него это получилось.

And if somebody hurts you, I wanna fight...

В следующий раз, когда они занимались сексом в кровати, Снейп заметил на предплечье девушки уродливую надпись «Грязнокровка». Неожиданно для себя, он почувствовал волну злости, исходящую изнутри. Ему захотелось достать Беллу из под земли и изуродовать ее лицо подобными полосами. Он пообещал Гермионе найти зелье, которое сможет скрыть эти шрамы. Удивительно, но девушка ничего ему на это не ответила, лишь нежно улыбаясь и заглядывая в самые глубины глаз.

But my hands been broken one too many times...

Через месяц экспериментов, Северус так и не нашёл нужную рецептуру. Он злился: на себя, на Беллатрису, на Гермиону, за то, что она позволила ему увидеть надпись. И мужчина вымещал свою злость на девушке - он шипел на неё, ругался, плевался ядом. Но девушка продолжала лишь тихо улыбаться, а по ночам легонько гладить его по руке.

And I wanna sing a song, that`d be just ours...

Позже Северус перестал биться с зельем. Но он вновь увлёкся наукой. Начал находить новые рецептуры, и поставлять уникальные зелья в министерство. Ему хотелось поблагодарить за это Гермиону. Обнять ее, закружить по гостиной и сказать, что только благодаря ей он снова начал работать.

But I sang them all to another hurt...

Но почему-то, не находил в себе душевных сил, чтобы сделать это. Он больше не агрессировал в ее сторону, но на большее его не хватало. В его душе была зияющая дыра, которую девушка лишь временно закрывала, когда обнимала его, устраивала уютные вечера и занималась сексом с ним ночью. В такие моменты, ему казалось, что он поистине оживал.

***

Thought I found a way...

В один зимний день к нему обратилась Минерва. Попросила вести лекции для профильных курсов. Снейп почему то согласился. Выходя из директорского кабинета, он собирался отправиться в свой дом, где обустраивала тепло и уют Гермиона. Но он не смог пересилить себя и на одном из поворотов, свернул к подземному помещению с зеркалом Еиналеж.

But you never go away...

Он всей душой надеялся увидеть там если не себя одного, но себя и Гермиону, счастливо обнимающих друг друга, предающихся нежности и любви. Но такой картинки не было. Из зеркала на него смотрели зелёные глаза, обрамлённые рыжими волосами. Снова! Со злости мужчина разбил зеркало и вернулся домой.

Oh, I hope some day I`ll make it out of here...

Вскоре, Хогвартс привнёс в его жизнь движение. Вечером зелья, утром лекции. Спокойная, размеренная и достаточно интересная жизнь. И все было бы хорошо, если не холодное сердце, не ощущавшее тепла к ласковой кудрявой девушке, живущей в его доме и обнимавшей его по ночам.

Walking out of town, looking for a better place...

Но Гермиона бывала в доме все меньше времени. Несколько вечеров в неделю она теперь всегда бывала за пределами дома. И вот уже в следующий месяц они виделись за ужином всего несколько раз. Гермиона стала ночевать отдельно. Прошло несколько недель. В то утро Северус спустился вниз, как и обычно, готовый к работе. На столе его ждал завтрак и какая-то записка, а на вешалке в холле почему-то не висело женское пальто. Подойдя ближе, мужчина пробежался глазами по записке.

But I hope some day I`ll make it out of here...

«Северус, я больше не вернусь. Я дала тебе все, что могла, как и ты, помог мне пережить время после войны. Будем честны друг с другом - мы никогда не любили. Не думаю, что ты способен любить, после той девушки, что заняла твоё сердце ещё давно. Я не хотела прощаться. Не хотела, ощущать тяжесть от ухода и желание вернуться. Я ушла, когда ты спал. Надеюсь, ты все понимаешь, как и я. Мы больше не увидимся. Прощай… И спасибо, что помог мне ожить снова.» Подняв взгляд, Северус долго смотрел на закрывшуюся за Гермионой дверь. Он знал, что должен был хотеть кричать, бросаться заклинаниями в посуду, оставшуюся на столе с завтрака, да в конце концов хоть лечь и заплакать, но он не сделал ничего из этого. Он просто смотрел на закрытую дверь, не ощущая в душе ничего, кроме раздражающей пустоты.

Isn`t it lovely, all alone Hurt made of glass, my mind of stone Tear me to pieces, skin to bone Hello, welcome home