Сердце твое двулико

Если внимательно читать личные дела сотрудников базы, можно узнать немало интересного. Впрочем, в личном деле Оцелота отсутствовало слишком много строк, и о некоторых деталях Каз узнавал в самое неподходящее для этого время. Например, о пропущенном дне рождения (которые Оцелот все равно не праздновал и про которые никогда никому не говорил), о подкладках в щеголеватой ковбойской обуви, чтобы казаться выше, или вовсе — о настоящем возрасте Оцелота. Свирепый русский дознаватель, от которого в штаны ссались даже наглухо отбитые моджахеды и который с такой яростью защищал попавшего в кому Босса, на деле был молодым мужчиной, только переступившим порог тридцатилетия. Осознание этого вызвало у Каза сильный когнитивный диссонанс. Разницы между ними в возрасте — два-три года, а такое ощущение, будто Оцелот за несколько особенно горьких дней постарел на десятки лет. — Какие-то проблемы? — Оцелот приподнял бровь, явно недовольный тем, что его оторвали от работы, однако быстро вернулся к своему обычному невозмутимому выражению лица. Каз окинул его оценивающим взглядом, будто впервые увидел. Ранняя седина, хорошо заметные морщинки в уголках глаз, небрежная светлая щетина на подбородке — четкий признак того, что взять в руки бритву не хватает времени или желания, — Оцелоту хотелось дать не меньше пятидесяти, а лучше сразу по ебалу. — У меня — никаких, — возмутительно спокойным тоном ответил Каз, хотя внутри него все кипело от смеси каких-то странных, не поддающихся описанию чувств. — Просто хотел отдать тебе кое-что. — Для этого необязательно приходить лично, Миллер. Оцелот сделал шаг вперед и протянул руку, тем самым поторапливая уже закончить с бесполезным разговором и сделать то, ради чего они встретились лицом к лицу впервые за… сколько там уже недель прошло? Впрочем, неважно. Каз протянул ему конверт из плотной бумаги. — Открой, когда будешь один. — Каз помедлил немного и добавил: — Это важно. Оцелот аккуратно забрал конверт, и Каз был готов поклясться, что заметил, как дрогнули его пальцы. О чем он думал в этот момент? Или, может, сразу увидел, что лежит внутри? Каз тут же быстрым шагом двинулся прочь, не тратя времени на объяснения или прощание. * Уже в своей комнате, что служила ему одновременно кабинетом, переговорной и импровизированным местным штабом, он позволил себе медленно сползти по стенке и обессиленно опуститься на холодный пыльный пол. Внутренний карман кителя жгла фотография. Несколько таких же, чудом найденных им в старых архивах, среди завалов и еще черт знает где, он только что отдал Оцелоту. Его самого, Казухиры Миллера, не было ни на одной из них. Фотографии датировались шестидесятыми годами, многие из них выцвели или были повреждены, и если молодого Снейка Каз узнал практически сразу, то личность светловолосого юноши с короткой стрижкой и лихой ковбойской улыбкой достаточно долго оставалась для него загадкой. Да, многие детали сейчас кажутся ему очевидными, но тогда, несколько месяцев назад, Каз не мог объединить в своей голове изнуренного жизнью и тяжелой работой Оцелота и того мальчишку в русской военной форме. Сделав пару глубоких вдохов-выдохов и уняв предательскую дрожь в руках, Каз вытащил из кармана последнюю фотографию из тех, что сумел найти. Она была не лучшего качества, низ практически полностью размыло водой, края потрепало временем и плохой погодой, однако лица двух человек, запечатленных на ней, все еще оставались различимы. Каз погладил фотографию, вспоминая изможденного Босса, прикованного к больничной койке, и вскоре его мысли перескочили к Оцелоту, который сейчас наверняка был опять чем-то занят. Каз осторожно коснулся светловолосой макушки, прикрытой потускневшим беретом, обвел пальцем острые мальчишечьи скулы и спустился чуть ниже, к плотно сжатым губам. На мгновение Каза охватило томительное ожидание того, что вот сейчас молодой Оцелот резко повернется к нему и прикажет не трогать так беззастенчиво его лицо. Но шли секунды, а фотография все так же оставалась обычной фотографией. Каз бережно спрятал ее в карман и прикрыл глаза, чувствуя, как горит от смущения лицо. Ему обязательно нужно будет сегодня напиться.