Магическая сущность фикспрайса

Закутываюсь в шарф и толкаю ногой дверь. В голове застряло "черное/красное/белое" найтивыхода, руки заняты посылкой - черная вельветовая мантия, прям как Кирилл завещал отбросам потерянного поколения вроде меня. Я наконец-то иду в Фикс Прайс. Старый и обдолбанный. Мерцающая белая лампа неприветливо встречает и я очередной раз замечаю, насколько все-таки отвратителен белый цвет. Беспорядочно раскиданные вещи. Хаос. Никакой охраны, уставшие продавцы уныло болтают о чем-то на входе, и я, смущаясь, здороваюсь с Женей. Мы знакомы с тех пор, как я прибежала в слезах за вишневым соком после очередного расставания, а он как раз расставлял соки на полку. Как Шейн, эдакий одинокий трудяга в забытом дворами и поблекшим под светом фонарей магазинчике. С тех пор мы просто здоровались, но, черт, он был красавчиком. Я создавала химию и строила глазки, мне было скучно. В этом магазине ни одна камера хранения не работает, и сквозь зеленые прорези ящиков я разглядываю полупыльный мусор - листовки, ключи, пакеты. Унылая мишура на кассах переливается от мерцающей лампы - атмосфера чертового праздника. Я прохожу в зал, пытаясь вспомнить тот сон, который сподвиг меня прийти сюда. Было много белого. Аж до неприличия, будто стерильная камера психбольницы - только то была комнатка такой же забытой, как и этот магазин, сталинки напротив сквера. Давно голодной по реконструкции и краске, с балконом и обшарпанными колоннами. Белые листы бумаги, его белая кожа, резко очерченные черты лица, как у покойника. А волосы - чернота. Таким же контрастом отбивали сигилы Бельфегора на отвратительно белых страницах скетчбука, который он мне подарил миллион лет назад. Мулевать сигилы маркером, превращая тонкие линии в месиво черноты было неочевидно плохой идеей, и мне казалось, что все пойдет по чертовому месту однажды с моими экспериментами. Но - песенка уже спета, а сон блекнет в яркости ослепляющего белого, еще и обдуваемого порывами сумасшедшего ветра. Мне часто снится фикс прайс. Пожалуй, именно из-за раздолбанности и покинутости. Везде уже стоят отремонтированные, новенькие, выхолощенные плиткой и новенькими зелёными полками, с которых стремительно исчезают товары. А наш покинут. Иногда мне кажется, что из живых здесь только я и Женя. И невыносимая духота зимой от обдолбанных обогревателей и жара летом от сломанного кондиционера. Как эту шарашкину контору еще не прикрыли? Ну, отставить. Я здесь за книгой. И за полынными свечами. Хватаю с полки пачку вощеных свечей без ценника и подобий. Среди второсортного чтива, включающее различные сорта компиляторных романов, нахожу "Краткое практическое руководство по демонологии" и непонятливо таращусь на него. Кто это написал? Откуда оно тут? Пролистываю. Сигилы, описания, иерархия. На такой подгон я не рассчитывала, но, значит, наступило время. Время отмеряется пространством. Когда приходит время умирать, на моем подоконнике расцветает аконит, прося меня наконец удавиться частью его плоти. Когда приходит время любить, на кассу берут Женю и каждое мое взаимодействие с ним фаталистически ведет к краху здраворассудка. Когда приходит время мне лечь на алтарь - я ловлю "Краткое практическое руководство по демонологии" без автора, исбн и даже положительных отзывов на обложке. Мне не нужно сомневаться или пытаться смотреть на часы - когда приходит время, Пространство открывает то, что нужно. Значит, правда пора. Жень?