Эта чертова связь

Гарри вернулся в спальню глубоко за ночь и все вокруг уже спали. Он не стал будить Рона, чтобы рассказать обо всем, что произошло между ним и Драко. Да и тот и так на утро обо всем узнает. На нем теперь была метка альфы, у него есть его вторая половина и как сказал Малфой, они предназначенные. Именно поэтому, несмотря на то, что он был бетой и никто не чувствовал его запаха, слизеринец был уверен в обратном. Именно поэтому их тянуло друг к другу с самого детства, но они выплескивали все эмоции в злость и вражду. И именно теперь от него будет пахнуть не только собственным запахом, но и запахом его альфы и наоборот. Но вся эта радость от произошедшего заглушалась нарастающей тревогой. Последние слова Драко были сказаны со всей серьезностью, а ко всему прочему шрам вновь начал болеть. Все вокруг намекало о том, что именно следующим днём произойдёт что-то непоправимое. Раздумывая над всем этим Гарри и не заметил, как уснул тревожным сном. А на утро его уже вовсю кто-то расталкивал, чуть ли не роняя с кровати. — Гарри, черт возьми! Что произошло?! Какого черта?! — вновь тычок под рёбра и мальчишка всё-таки свалился с постели. — Рон….я так мало спал, а тут ты. Потирая ушибленный бок Гарри поднялся в постель и нацепив очки, хмуро посмотрел на друга. — Почему от тебя воняет Малфоем? А это что ещё на….о нет. Только не говори, что….что вы….что он…он тебя пометил! Ты хоть понимаешь, что это значит?! — Что мы теперь пара. Да. Я знаю, ты будешь третий, кто зачитает на этот счёт мне лекцию. — Нет. Ты не понимаешь. Все теперь будут знать, что вы вместе. Даже, если ты скроешь тот ужас, что у тебя на шее. Ты сможешь быть только с ним и ни с кем больше. И если кто-то из вас умрет, то….то ни ты ни он не сможете произвести потомство и быть счастливыми с кем-то. Вы практически утратите запах и превратитесь в бет. — Значит, это наш выбор, Рон! Я никогда ни в чем не был так уверен, как в этом решении. — посмотрев хмуро и воинственно на своего друга, он дождался кивка. — И что у меня такого с шеей? Покачав головой Рон передал ему небольшое зеркало и Гарри не был готов к тому, что увидит. Место укуса было чуть красноватым с оттенками синего, видимо, ранки от укусов постепенно начинали заживать, превращаясь в синяк. Но там где были все ещё видны следы укуса, проступали, словно чешуйки, чёрные следы. — Что это? — Это метка. У каждого она своя. У Драко тоже должен появиться такой же след на этом же месте. Краснота и синяк пройдут. Хорошо же он тебя укусил. — Да. Знаешь, ты прав. Такое и не скроешь. Оно ещё и болит. Но я всегда был в центре внимания. Ничего, переживу, — поднявшись с постели Поттер принялся, собираться на завтрак. — О, поверь. Это заметят даже, если ты скроешь шею. Ты пахнешь, как занятый омега. Совсем по-новому. Ваш запах с Малфоем теперь очень похож. После метки ваши запахи меняются, превращаясь в симбиоз твоего и его запаха. Я бы даже мог подумать, что вы с Малфоем предназначенные, очень запахи подходят друг к другу. На последнюю фразу друга Гарри лишь улыбнулся, продолжая надевать брюки. Как и сказал Рон, окружающие вмиг стали обращать на них внимание. И все началось с Гермионы, которая с криком «о Боже, Гарри!» бросилась рассматривать его метку. Она не замолкала ни на миг, пока они продвигались в Большой зал и постепенно вокруг них собралась небольшая группа ребят с разных факультетов. — Поверить не могу, что вы это сделали, — повторив по меньшей мере в сотый раз эту фразу юная волшебница продолжила намазывать джем на тост. — Вы же ненавидели друг друга и как я могла не заметить, что на самом деле вас тянет! — Гермиона, пожалуйста… — посмотрев на неё и покачав головой Гарри старался таким образом показать, что это здесь и сейчас обсуждать не хочет. — Ладно, но потом ты во всех подробностях….а…эм…. — Что? Развернувшись Поттер так же, как и Гермиона не смог найти, что на это сказать. Впервые на его памяти кто-то из Слизерина, а тем более сам Драко Малфой, садился за стол Гриффиндора. Казалось, что весь Большой зал затих и ждал, что же произойдёт дальше. И Гарри не винил их, ему самому было любопытно, что последует за этим действием. — Ни слова. Никто из вас. Я хочу просто поесть со своим омегой. — хмуро глянув на всех троих Малфой, как ни в чем не бывало принялся за завтрак. Но вот окружающие все никак не могли прийти в норму. Пуффендуй стал тихо перешёптываться, Когтевран и вовсе полностью повернулись лицом, разглядывая происходящее с первых рядом. А Гриффиндор со Слизерином никак не могли это прокомментировать. — А ну, да. Так о чем я? Оказывается зачастую технику маглов не стоит приносить в большое скопление магии. В лучшем случае она сломается или взорвется. В худшем оживет и убежит… — Гермиона нервно тыкнула Рона и принялся рассказывать все, что приходило на ум, лишь бы разрядить обстановку. Рон же в свою очередь не очень хорошо ей подыгрывал. Он был очень хмур и даже на какое-то время забыл о еде. Было видно, что ему не нравились такие перемены. Но Гарри старался слишком сильно не показывать радость от того, что он вновь чувствует родной запах рядом с собой. — Я тебя слишком сильно укусил. Прости. Похоже пару недель ты точно будешь с этим синяком. Или можешь сходить к мадам Помфри. Она что-то придумает — продолжая поедать кашу Драко чуть наклонился к омеги и шепотом завёл разговор. — Нет. Пусть будет. Меня все устраивает. А твоя метка… — Она ещё бледная. Но я чувствую фантомную боль от укуса на твоей шее. Поэтому и извиняюсь. Улыбнувшись Гарри подтолкнул альфу и принялся за завтрак. Сейчас было то время, когда он мог хоть на мгновение забыть о том, что мучило его полночи.

***

За окном который день бушевало ненастье. Даже днём было достаточно темно, чтобы повсюду горели канделябры со свечами и от этого атмосфера была ещё более готической. Весь день Поттера преследовало странное предчувствие надвигающейся беды и вот она вылилась в реальность. После очередного возвращения в сопровождении Дамблдора на Астрономическую башню Гарри не мог найти себе место. Они уже около года перемещаются с Дамблдором по разным местам, в поисках крестражей. Директор не раз жертвовал частицей себя, чтобы добыть оружие против Волан-Де-Морта и сегодняшнее путешествие не стало исключением. День, что начинался так хорошо в конечном итоге привёл его к темной пещере. — Профессор…вы как? С вами… — Со мной все будет в порядке, Гарри. Сегодняшний полёт был на удивление удачен, не находишь? — все ещё тяжело дыша профессор Дамблдор перехватил поудобнее метлу и стараясь казаться здоровее, чем был таков на самом деле. — Я хотел бы тебя поздравить. В нашей школе ничто долго в секрете не хранится. И чего греха таить, я могу быть сам ещё тем сплетником. Вы с юным Малфоем заключили союз? Поттер никак не ожидал подобного разговора спустя все, что только что произошло. Было видно, как бледен волшебник, что стоит перед ним. Он еле мог двигаться, у него не получилось самостоятельно трансгрессировать и с большой вероятностью та злополучная жидкость из пещеры высосала из него много сил. Возможно, через какое-то время он придёт в норму, но не сейчас. И вот такие разговоры? Вполне в духе профессора. — Профессор, о чем вы? Вам нужна помощь. Вам нужен профессор Снейп. Я сейчас же за ним схожу — почувствовав, как краснеет Поттер, принялся потихоньку отходить к выходу. Метка, что была над башней красноречиво говорило о том, что поблизости опасность и сейчас не до разговоров. Им нужно спешить. — Ох Гарри, молодость, такая прелестная вещь. Юные Лили и Джеймс Поттер тоже в твоём возврате поняли, что предназначены друг другу, — усы директора зашевелились и Гарри понял, что тот улыбается. Или по крайней мере старается улыбнуться, несмотря на слабость и боль. — Мои мама и папа…они были предназначенные? — Ох да. У них нелегкая была судьба, но они были парой. — глубоко и немного, как показалось Гарри, грустно вздохнув, Дамблдор посмотрел куда-то ему за спину. — А теперь, Гарри, поспеши. Не снимай мантию ни в коем случае. Я подожду здесь. Нахмурившись мальчишка кивнул и поспешил к двери, но услышал за ней чей-то топот. Не успел он открыть дверь, как кто-то дернул его назад, прижимая к самой дальней стене Астрономической башни. — Петрификус Тоталус… — Экспеллиармус! Гарри почувствовал, как все его тело онемело. Он помнил это заклинание, но не понимал, что происходит. Кто-то кроме них двоих был все это время в башне. Кто-то сейчас его заморозил и стоял с ним под мантией невидимкой. И кто-то обезоружил Дамблдора. И Поттер прекрасно почувствовал, кто именно это был. — Добрый вечер, Драко. Малфой шагнул вперёд и замер, как вкопанный. В этот миг они оба поняли, что он знает. Он прекрасно почувствовал вторую половину, что находилась так близко от него. — Где он? Вы ведь здесь не один. — Вопрос простой. Он в замке. И то же самое утверждение могу сказать тебе. — Да. Я…этой ночью в школу пришли Пожиратели смерти. Я провёл их. Гарри хотелось вырваться из лап заклинания, накричать на Малфоя, защитить профессора и замок. Но он мог лишь стоять под покровом мантии, придерживаемый кем-то. — Что ж. Интересно. И как вам это удалось? — Шкафы… Мне пришлось починить сломанный Исчезательный шкаф, которым никто уже много лет не пользовался. — Аааа…. Гарри все пытался высвободиться от заклинания. Но даже, если это и увенчалось бы успехом, то ещё оставался тот, кто держал его все это время. Были слышны звуки борьбы на лестнице и вскоре к Малфою присоединились еще четверо пожирателей смерти. И среди них оказался, на ужас Гарри, профессор Снейп. — Северус… Мальчишка с ужасом заметил в голосе директора мольбу, а на лице смесь отвращения и ненависти. Наверное, если бы не заклинание, то и выражение самого Гарри было подобные. Только ко всему прочему примешивалось и ужас от того, что его возлюбленный сейчас самолично способствует убийству Дамблдора. — Северус….прошу тебя… — Авада Кедавра! — Стойте! Одновременно с заклинанием Малфой выступил вперёд, но было поздно. Возможно, он хотел предотвратить неизбежное. Снейп дал непреложный обет его матери. Если не Драко, то он должен был это сделать. И вот они оба сейчас наблюдали за тем, как тело директора подбросило в воздух и то медленно полетело вниз. — Уходим. Быстро. Снейп схватил Малфоя за шкирку и потащил на выход, но тот вырвался, пропуская всех вперёд. Оставшись один казалось бы в башне он посмотрел прямиком в сторону, где под мантией стоял Гарри. — Я знаю, что ты видел. Прости меня… И он поспешил вслед за своими сообщниками. Поттер почувствовал, как его отпускает заклинание и сбросив мантию он осел на полу. В голове не укладывалось, что самый великий волшебник всех времён был только что повержен. — Нужно спешить отсюда. Там внизу твои друзья. Кто-то из них точно ранен. Ты им нужен. Услышав до боли знакомый голос Гарри поднял голову и посмотрел на того, кто все это время держал его под заклинанием. — Блейз, что ты…что ты тут… — Не время. Надо спешить. — Как?! Как ты мог все это время стоять тут, пока они убивали Дамблдора?! — выхватив палочку мальчишка подскочил к альфе и направил ее ему в голову. — Они убили бы его все равно. Ты никому не помог бы сейчас. Но ещё можешь. Там внизу. Твои друзья истекают кровью. Лорд Волан-Де-Морт, как никогда силён. Ты нужен нам, но Дамблдора уже было не спасти. — Да откуда ты знаешь?! Кто ты вообще такой, чтобы решать за меня?! — Я твой друг. Я спасал тебя. — в глазах Блейза читалось сочувствие вперемешку со злостью. Он был полностью уверен в том, что совершал наименее плохой поступок, но Гарри не мог сейчас так рассуждать. Ему нужно было наказать всех виновных в смерти Альбуса Дамблдора. — Какой ты мне друг? Мы с тобой никогда даже не общались. Грустно улыбнувшись Забини наклонился и поднял мантию с пола, складывая и протягивая ее омеге. — Разве? В дневнике ты писал мне иначе.