Спичка и магнит

Уже несколько часов я сидела в полном одиночестве на террасе Черного замка, закутавшись в плед, и старалась переварить события последних дней. Нападение на девочек, ритуал, путешествие в Темный мир, спасение Мики. Мысли лихорадочно метались в и без того тяжёлой голове. Не может обычный человек выдержать столько эмоциональных потрясений за такой короткий отрезок времени. Но я смогла, а теперь тщетно пыталась удержать натиск мрачных, ужасных воспоминаний за закрытыми дверями, которые уже трещали по швам. Но ещё страшнее были мысли о грядущем. Перед тем, как Влад заставил Карнивана замолчать навсегда, тот успел сказать, что мой свет привлек куда более опасного врага. И, по его словам, скоро мне и всем, кто будет рядом со мной, придется умолять о смерти. Холодный липкий страх пробежал вниз по позвоночнику уже в тысячный раз, я сжала плед в руках до ломоты в пальцах. Как мне уберечь родных? Куда убежать, чтобы отвести беду от друзей? Как… — И так уже который час. Внезапно раздавшийся в опасной близости голос застал меня врасплох, я инстинктивно повернула голову в сторону звука. И изумилась. Пока я истязала себя тревожными мыслями, высоко стоящее солнце успело скрыться за горизонтом. Вокруг сгустился ночной мрак, источником света была лишь молодая луна. И в ее тусклых лучах я едва видела человека, решившего прервать мое одиночество. Но мне и не нужно было видеть, чтобы понять. Сердце тут же предательски ускорило ритм, а в груди зажёгся огонек затаившегося света и чего-то более волнующего. Внезапно я отметила для себя, что теперь этот голос я узнаю из тысячи других. Тем временем от стены лениво отделилась фигура. — Ты надумала истощить себя переживаниями и таким образом решить все проблемы? Боюсь, твоя мумия в этом кресле мало чем нам поможет. Ну конечно, мистер Сарказм сразу оседлал своего любимого коня. Огонек внутри меня начал выбрасывать искры и расти, усилием воли я подавила эмоции и спокойно произнесла: — Давно ты тут стоишь, Ноэ? — Достаточно давно, чтобы увидеть твоё состояние во всей красе. Как ты только дышать не забывала. Он медленно прошел мимо меня и разместился в плетеном кресле напротив. Ночные сумерки скрывали его лицо, только глаза, его живые изучающие глаза блестели в свете луны. Мои мысленные стенания почти вытеснили воспоминания о нашем первом поцелуе в капсуле времени, а также о том порыве чувств, что накрыл нас перед входом в Темный мир. Но вот мы снова наедине, и запрятанные ощущения и чувства нахлынули с удвоенной силой. Я ведь даже не знаю, кто мы теперь друг другу. И чего он от меня ждёт. Один раз — случайность, два -… Ох. Я судорожно вздохнула, возвращаясь к начатой теме. — Не драматизируй, Ноэ, я просто размышляла. — О, я то как раз не драматизирую. А вот ты, дорогая, не размышляла, а накручивала, — он почти гневно сверкнул глазами, а затем примирительно добавил: — Лайя, одиночество не всегда твой друг, а в такой ситуации скорее враг. Как бы я не хотела возразить, все же он был прав. Когда одолевает страх, гнетет собственная беспомощность, уходить в себя — это последнее, что стоило делать. А я сейчас трусливо сбежала от близких мне людей, отвергая их поддержку, чтобы утопить себя в пучине отчаяния. Я подняла руки, сдаваясь. — Хорошо, здесь ты выиграл. Я не знаю, что делать дальше и как… как вывести вас из-под удара. Произнеся это, я почувствовала как невидимый груз упал с моих плеч и дышать сразу стало в разы легче. Иногда делиться с кем-то переживаниями это уже наполовину решение проблемы. Ноэ склонил голову набок, несколько раз постучал ногой по паркету, словно раздумывая над своими следующими словами. Наконец, приняв какое то решение, он наклонился ко мне так, что теперь я смотрела на него сверху вниз, и глядя мне прямо в глаза успокаивающе, но при этом твердо заговорил: — Лайя, послушай. Карниван - демон, а демонам верить нельзя. Но даже если кто-то объявил охоту за твоим светом, все мы здесь находимся добровольно и осознанно, и ты не в праве перекладывать ответственность за наши жизни на свои плечи. Кроме того, все это часть чего-то большего, и нам ещё предстоит в этом разобраться. Нельзя строить поспешные выводы, не видя всей картины целиком. Но чтобы ты не волновалась, я обещаю, — он вдруг положил свою руку поверх моей, чуть сжимая ее, — Твоя семья будет под надёжной защитой. Влад, я, Лео и Сандра сделаем все, чтобы их это впредь не касалось. Вот теперь я действительно перестала дышать. Ноэ только что произнес слова, которые я ожидала услышать от него в последнюю очередь. Ни шуток, ни издевок, лишь желание помочь, достучаться, и этот доверительный тон… Он продолжал открываться все с новой и с новой стороны. Когда-нибудь я разгадаю его полностью, а пока, мне уже кружило голову одно только это. Я молча продолжала смотреть на него, изумлённо, с каким-то щемящим трепетом. А он, ещё на мгновение задержав руку на моей, снова откинулся в кресло. И задумчиво произнес: — Правда, с твоей сестрой будет туго. Может на цепь ее посадить, чтобы не лезла на рожон? Святые небеса, ну вот опять. С моих губ слетел раздраженный смешок. Ещё секунду назад я была расстрогана его словами, а сейчас он снова чиркнул спичкой. — Ну а что? У Милли энтузиазма на десятерых. Девочка-то всерьез интересуется темой. Вот уж кто не теряет оптимизма даже после пережитого. Тебе стоит поучиться у сестры, Лайя. Его глаза задорно блестели, и даже темнота не могла скрыть привычную ухмылку. Я скептически выдавила: — Ха-ха, предлагаешь на пару с ней радостно ожидать дальнейших «приключений»? — Предлагаю вообще их не ждать. А искать поводы для радости здесь и сейчас. Иначе твоя жизнь окончательно потеряет краски. В конце концов, найди себе занятие по душе, развлекись. — Много ты видел в замке развлечений? — Если нужна помощь с этим, то ты обратилась по адресу. — Я не обращалась… Но Ноэ уже было не остановить. Глаза зажглись азартом, он возбужденно хлопнул ладонями по коленям и вскочил с кресла. — Итак! Для начала… Он щёлкнул пальцами и по периметру террасы внезапно зажглись десятки лампочек, собранных в изящно струящиеся гирлянды. Я раскрыла рот от удивления и восхищения. Он словно вдохнул жизнь в эту старую, ещё не отреставрированную часть замка. И мир вокруг вдруг стал чуточку волшебнее. — Ноэ, боже мой! — я не сдержала восторженного возгласа. Он обернулся и самодовольно ответил: — Я только начал, терпение. Теперь, когда мрак отступил, я видела каждую чёрточку его лица, каждое движение. Когда Ноэ творил, воплощал свои идеи в жизнь, он выглядел таким воодушевленным, даже одухотворенным. Этот демон несомненно любил свое дело. И пока он обводил глазами террасу, прикидывая что-то, я невольно любовалась им, отмечая, что такие перемены в образе ему определенно к лицу. Но тут он повернулся ко мне с загадочной улыбкой и вкрадчиво спросил: — Как насчёт танца, леди? Что?! В голове мгновенно стало пусто, а глаза наверняка выдавали высшую степень моего изумления. — Т-танца? — Не любишь танцевать? — он приподнял одну бровь, словно подначивая меня. — Наверное, люблю, но… — Прекрасно, тогда с твоего позволения организую музыку. Взмах и на столике возник винтажный граммофон. — Поддерживаю общий антураж, — он подмигнул мне и следующим взмахом положил пластинку на диск граммофона. У меня не было слов. Буквально. Я хлопала глазами как кукла и с открытым ртом осознавала масштаб случившегося. Я буду танцевать с ним? Сейчас? И тут, до кучи, я вспомнила, что сижу здесь абсолютно неподготовленная для каких бы то ни было танцев. На голове наспех собранный хвост, одетая в домашний спортивный костюм, на ногах кеды. И Ноэ, как всегда с иголочки, франт несчастный. Я фыркнула, боже, разозлилась только потому, что буду выглядеть рядом с ним не достаточно хорошо. Что дальше? С каких пор меня это стало так волновать? Ноэ же воспринял мое фырканье на свой счет: — Эй, я заслужил хоть немного уважения? Для кого я тут стараюсь? Но тон беззлобный, весёлый. Его так просто не сломить. — Ты ни при чём. Твои старания - это сверх ожиданий, правда. Но ты посмотри на меня, какой из меня сейчас танцор? Ноэ окинул меня оценивающим взглядом: — По мне так прекрасный. Пара деталей и будешь сиять. Он подошёл ближе и протянул мне руку в приглашающем жесте. Ноги стали ватными. Дыши, Лайя. Помедлив мгновение, я приняла приглашение. Главное, не растерять достоинство. Я сильная, я с этим справлюсь. Подняв меня на ноги, Ноэ отпустил мою руку и отступил на шаг назад. Секунда, и по моему телу заструился черный шелк вечернего платья, а сама я взлетела на лодочки. Вот же хитрый черт! — Ты опять?! Ноэ, сколько можно меня переодевать? Он картинно скривил губы: — Можно подумать, ты бы предпочла кеды и домашний костюм. Расслабься, Лайя, просто попробуй получать удовольствие. Мы ведь сейчас здесь ради этого. Фух, да, стоит уже отпустить ситуацию и плыть по течению. Потому что бороться с течением в лице Ноэ точно бесполезно. Если бы он был рекой, то, без сомнения, горной. Но прежде я все же решилась задать мучивший меня все это время вопрос: — Ноэ, зачем ты растрачиваешь на меня свою энергию? Он задумался: — Хм… А кто сказал, что я растрачиваю? Я инвестирую. И расплылся в довольной улыбке, а его хитрый взгляд был гораздо красноречивее слов. И какие же дивиденды ждёт от вложений этот коварный инвестор? Мне стало жарко от последующих мыслей, и я тряхнула головой, прогоняя их подальше. Его голос вывел меня из раздумий: — Отлично, теперь все готово. Ты умеешь что-нибудь танцевать? — Хм… — я задумалась, — Я неплохо танцую вальс. — Нет уж, за вальсом это к Владу. Думаю, он его прекрасно исполняет. Позвать? — Что? Нет! И тут я увидела, что он опять сдерживает смех. По моим венам побежал огонь. Ладно, Ноэ, ты сам это начал. — Тогда предлагай. — Я предлагаю импровизировать. Просто почувствуй музыку и доверься своему телу. Я поведу. Ха, у него было 8 веков, чтобы преуспеть в импровизации. А у меня только год занятий в школе танцев, куда мама определила меня перед тем, как я нашла себя в другом искусстве. Что ж, спасибо хотя бы за это, кое-что я все же помню до сих пор. Ноэ снова взял меня за руку и вывел в центр террасы. Не отрывая от моего лица глаз, он положил одну руку на мою талию, а второй ухватил мою кисть и закрепил положение наших рук на уровне плеч, согнув их в локте. Затем многозначительно перевел взгляд на мою вторую руку, которая все ещё была безвольно опущена. Я тут же собралась, как можно более небрежно положила ее ему на плечо, как бы невзначай задев шею кончиками пальцев. Уголок его рта дернулся вверх, но он тут же совладал с собой. А затем полилась музыка. Чувственная, местами плавная, но с вкраплением страстных дерзких нот, которые точно не дадут расслабиться на протяжении всего танца. Он сделал первый шаг на меня, надавливая на кисть, которую держал в своей руке, заставляя меня отвести плечо и синхронно отступить на шаг назад. После этого невинного, казалось бы, движения атмосфера между нами моментально накалилась. Меня бросило в жар, а в его глазах заплясали языки пламени. Ещё шаг, при этом кончиками пальцев он провел линию вдоль моего позвоночника, послав электрический разряд по всему телу и вынудив меня прогнуться вперёд. Я непроизвольно коснулась его груди, расстояние между нашими лицами сократилось в разы. Пара-тройка сантиметров и его губы. Он тут же поймал мой взгляд и будто задал вопрос: «Ну что, рискнешь прервать танец сейчас?». Он что, ждет, что я не выдержу и снова первая его поцелую? Черт, он ждёт, что я не выдержу! Я вдруг вспомнила, что после нашего первого поцелуя он дал мне время подумать и решить все для себя, заметив мою неловкость и смущение. Второй поцелуй был его инициативой и застал меня врасплох. Наверняка, он уловил и это. И теперь (я была почти уверена в этом), он провоцирует меня, он хочет, чтобы следующий шаг сделала именно я, дав зелёный свет. Или не сделала, если захочу поставить точку. Интересно, весь этот танец, это изначально спланированная акция или все-таки спонтанная идея? После этого внезапного озарения я поняла, вот он мой рычаг. Этот танец! Маленькая месть за его издёвки. Я невинно улыбнулась, и тоже повела бровью: «Не понимаю о чем ты». Мы продолжили двигаться в такт музыки, этот танец был скорее танцем наших взглядов. Каждое движение, каждая искорка в глазах, все это улавливалось и служило топливом огню, который разгорался все ярче. Р-раз, и Ноэ отправил меня на расстояние вытянутых рук, чтобы закрутить обратно и прижать к себе спиной. Я воспользовалась моментом и, ведя свободной рукой по его груди, плавно, как змей-искуситель, проскользила вниз. И тут же заметила, что часть лампочек в гирляндах опасно замигали. Кто-то только что чуть не потерял контроль? Как хорошо, что он не видел моей самодовольной улыбки. Не дав мне так же плавно выйти из элемента, Ноэ рывком развернул меня лицом к себе,одной рукой прижав талию к своему торсу, а вторую запустил в волосы, обхватив шею. Вот и все, сейчас его губы окажутся на моих губах. Но нет. Он начал наклонять меня назад, вынуждая прогибаться в спине все ниже и ниже. Я в свою очередь закинула на него ногу, для удобства, само собой, чтобы сохранить баланс (ага, конечно). Он лишь на секунду опустил глаза вниз, наблюдая, как разрез платья на ноге провокационно обнажает мою кожу, но тут же вернул контакт взглядов, резко втянув воздух. Очертив полукруг, мы снова оказались лицом к лицу. Дыхание у обоих уже срывалось, танец оказался сложным для нас двоих, но отнюдь не из-за трудных элементов. Лампочки уже не переставали мигать, он даже не пытался сохранять вид, что все в порядке. Но первый шаг не делал. Мне казалось, что ещё чуть-чуть, и от энергетического поля вокруг нас начнет отбрасывать людей, которым не посчастливится зайти сюда именно в этот момент. И тут я поняла, что хватит. Хватит издеваться над ним. И над собой. На самом деле, я ведь давно все решила. Ещё тогда, на плоту, пока мы плыли до костра. Я поняла, что узнаю новые грани своей личности, когда я рядом с ним. Никогда я не была такой яркой, никогда не ощущала в себе столько энергии и любви к жизни. И я чувствовала, что рядом со мной меняется и он. Меняется его отношение к людям. И раз Ноэ до сих пор тянется ко мне, значит, ему тоже это нужно. Мы смешиваем энергии друг друга и получаем нечто удивительное, новое, прекрасное. И хотя бы ради этого стоило попробовать. И я, глубоко вдохнув, глядя ему в глаза, твердо сказала: — Ноэ, или ты меня сейчас целуешь, или… Договорить я не успела. Вселенная схлопнулась, именно к этому моменту мы танцевали эти долгие мучительные минуты, распаляя чувства, оголяя нервы. И тем ярче сейчас были ощущения. Музыка оборвалась, гирлянды погасли, все это было уже не важно и не нужно. Мы вжимались друг в друга, поцелуй был требовательным и диким, тормоза будто отказали. Ноэ путал мои волосы, я изо всех сил цеплялась за лацканы его пиджака, чтобы хоть как-то заземлиться и устоять на ногах. Нам было мало, я кусала его губы, он рычал. Адреналин, желание, искры, безумное притяжение. Да разве такое бывает? Руки бесстыдно начали блуждать по телу, пытаясь избавиться от одежды. Мне так хотелось, чтобы время замерло, как в капсуле, и этот момент длился бесконечно долго. Но вынужденный глоток воздуха словно привел нас в чувство, не давая перейти опасную грань. Не сейчас, не здесь, не так скоро. За одним вдохом последовал второй, ещё более отрезвляющий, и вот мы уже почти неспеша завершили этот неистовый поцелуй на весьма нежной ноте. Последний раз прикоснувшись к моим губам, он наконец отпрянул, при этом не выпустив меня из кольца своих рук. Лампочки снова загорелись. Секунд десять Ноэ просто смотрел на меня, обдумывая какую-то одному ему известную мысль. Наверняка, я была лохматая, раскрасневшаяся и с диким взглядом. Приятное, должно быть, зрелище. Он же был почти безупречен, только костюму слегка досталось, рубашка полурастегнута, пиджак я безжалостно помяла. Слава богу, хоть мое платье уцелело. — Лайя. Я оторвалась от созерцания одежды и вновь посмотрела на него. Ноэ вдохнул побольше воздуха, словно готовился сказать нечто важное и будто бы сложное для него. — Знаешь, ты изумительная девушка. Чистая, светлая, сострадающая, с мягкой теплой аурой. Но иногда ты горишь так ярко, что, клянусь, можешь устроить пожар. И это притягивает меня к тебе, как магнитом. Его трогательное признание заставило мое сердце сделать кульбит, я словно ощутила себя в невесомости, и только его руки ещё держали меня на земле. Немного подумав и придя в себя, я вдруг решила ответить откровенностью на откровенность: — Мне кажется, я горю так только рядом с тобой, Ноэ. Выходит, ты моя спичка. — Твоя…спичка? — конец фразы он выдохнул как что-то невозможное. Но затем прошептал, качая головой, — Ты и правда аномалия, Лайя. И в каком-то нежном порыве Ноэ вдруг коснулся лбом моего лба и закрыл глаза. Я замерла, наслаждаясь хрупкостью момента. Это случилось, мы оба признали свои чувства друг к другу здесь и сейчас. Спичка и магнит. Спустя несколько секунд он потянулся за очередным поцелуем, уже осторожно, мягко. И вот его губы коснулись моих, я закрыла глаза, готовая раствориться в ощущениях и… — Лайя, ты здесь? Я тебя везде ищу! Смотри, какой оберег мне сделала Сандра, закачаешься! Здесь перья совы и… На террасу влетела Милли. Мы с Ноэ моментально расцепили наши руки, но было поздно, сестра уже успела заметить объятья, несостоявшийся поцелуй и, конечно, наш внешний вид, который громко говорил о некой предыстории. — О мой бог… Лайя! Что я только что видела?! Оно и понятно, если это стало неожиданностью даже для нас двоих, то сестра сейчас вообще находилась в глубоком шоке. Я не планировала раскрываться так быстро и теперь не могла найти слов, чтобы как то объяснить ситуацию. Ноэ же, напротив, дискомфорта не испытывал, он не спеша застегивал рубашку и скорее смотрел на сестру взглядом аля «обязательно надо было врываться именно сейчас?». Неловкая пауза затягивалась, Милли хлопала глазами, я краснела и формулировала объяснение, а Ноэ… Ноэ вдруг посмотрел на меня лукавым взглядом и до того, как я начала догадываться о ходе его мыслей, наклонился к самому уху и прошептал: —Бежим. А после, не дав опомниться, схватил меня за руку и устремился к другому выходу с террасы. Последнее, что я успела увидеть, обернувшись, были ещё больше округлившиеся глаза сестры. Да, Милли, кажется, я влюблена в безумца. И даже после того, как за нами захлопнулась дубовая дверь, Ноэ не сбавил темпа. Увлекая меня за собой в лабиринт коридоров, он то и дело оборачивался, а его улыбка становилась все шире. — Нам что, пять лет?! — я все ещё приходила в себя после его выходки, но ребяческое настроение демона понемногу начинало заражать и меня. Он замедлился, чтобы не перекрикивать гул от громкого топота, отдававшегося эхом в стенах коридоров. — А что плохого в невинном веселье? По-моему, это тебе не хватало развлечений в замке. Я стараюсь, как могу. — Ты перестарался! — Я так не думаю, — хитрая улыбка не покидала его губы, — Может быть, мы успеем добежать до спальни прежде, чем ты забудешь, на чем мы остановились. Издевается или прощупывает границы? Я сложила губы трубочкой, решив продолжить тему: — По-моему, проще было перенестись туда сразу с террасы. — Ну уж нет, леди, перемещение вместе с тобой слишком непредсказуемо. Так гораздо надёжнее и… — … веселее? — я закончила мысль за него и начала хихикать, наконец отдавшись этому детскому порыву. А затем и смеяться в голос, полностью освобождаясь от негатива минувших дней. И в этот момент стало неважно, что поджидает нас впереди, сейчас для меня гораздо важнее было видеть его необыкновенные искрящиеся глаза, чувствовать свою руку в его руке и наслаждаться каждой безумной секундой рядом с ним. Он еще раз взглянул на мое счастливое лицо, словно любуясь результатом своих трудов, и, помедлив всего мгновение, рассмеялся вслед за мной. И это был самый искренний смех, который он когда-либо мне дарил.