Il mae...

Холодный свет увядающей луны, кое-как протиснувшийся в щёлку между двумя тяжёлыми шторами, падал на пепельно-бледное лицо юного принца, неподвижно лежащего на кровати. Но это ли тот счастливый и полный жизненной энергии принц? Нет, это конечно же не мог быть он! Лежащий юноша скорее напоминал прекрасную мраморную статую, созданную руками неизвестного, но, несомненно, талантливого мастера. Однако разве способен кто настолько точно передать черты живых камню? Не водилось досель таких умелых мастеров и среди эльфов с гномами. А что говорить о людях! Вестимо, юноша и казался бы мёртвым каменным изваянием, если бы не едва заметный подъём груди при сбивающемся дыхании. Каждый вздох, каждое чуть заметное движение выдавали те невыносимые страдания, с которыми отчаянно боролся несчастный: сжимаются в тонкую линию губы – стон вот-вот сорвётся с них; хмурится лоб, на котором выступают капельки пота; хриплый выдох превращается в ужасный кашель, заставивший сидящего рядом с кроватью целителя покачать головой и обеспокоенно прикусить губу. На белоснежной повязке, обернутой вокруг туловища юного принца, расцвёл кровавый цветок. Вне сомнений, если бы юноше наконец удалось вынырнуть из вязкого забвения, он попросил бы убить его, избавляя тем самым от адской боли. Целитель встал, собираясь достать новую повязку и кликнуть дремлющего в коридоре помощника, и только сейчас заметил замершего в дверях покоев короля. Весь вид лихолесского Владыки выдавал его чрезмерную усталость: под глазами пролегли тени, красноречиво говорящие о том, что венценосный эльф так и не нашёл сна нынешней ночью; пряди спутавшихся волос падали на чуть бледное лицо; плечи опущены. Словно за одну ночь постаревший на десятки лет король, не отрываясь, смотрел на блуждающего у врат Мандоса сына. Не обращая внимания на склонившего голову целителя, Трандуил подошёл к кровати, кладя руку на пылающий лоб юноши. Начавшаяся лихорадка сжигает принца изнутри, подрывает остатки таких нужных сил. - A Laegolas… - прошептал король, замечая, как сжались кулаки сына, а дыхание стало быстрым и рваным. – Tolo dan na ngalad, ion-nin. Стоит ли говорить о том, что чувствовал отец, видя своего ребёнка балансирующим на грани смерти? Страх потерять единственное, бесценное сокровище в его жизни овладел Лесным королём. Все прекрасные камни из его сокровищницы, чистые и прозрачные, как слёзы, не стоят ничего в сравнении с самым драгоценным бриллиантом, подаренным Трандуилу женой несколько столетий назад, - его сыном. Кто-то легонько коснулся плеча. Обернувшись, Лесной король посмотрел на старого целителя Алкарона. Тот тоже не сомкнул глаз этой ночью, пытаясь создать лекарство от яда, покрывающего лезвие орочьего меча, коим был ранен Леголас. - Amin Aran, dansaew mad. - тихо оповестил Алкарон. Лихолесский Владыка кивнул, неуверенно отходя от кровати сына. В комнате чувствовалось сильное напряжение, пока целители снова обрабатывали тяжёлую рану юного принца. Только несколько часов спустя они покинули покои наследника престола. А между тем близился рассвет. Лёгкий туман, заключивший всё ещё спящий лес в свои прохладные объятия, постепенно рассеивался. На траве и листьях деревьев засеребрились кристальные капельки росы. Приятный тёплый ветерок, заигравшийся ещё с ночи, весело потрепал верхушки вековечных деревьев, потревожив их давний покой, пробежал по поверхности реки, протекающей неподалёку от дворца, и ласково коснулся щеки стоящего у раскрытого окна Трандуила. Природа оживала после долгой ночи. Долгой, наполненной страхом ночи. - Ada... Сердце Лесного короля ударило в грудную клетку. Этот голос… такой родной и почти потерянный… Всё ещё отказываясь верить своим ушам, Трандуил медленно обернулся. Голубые, словно весеннее небо, глаза смотрели на него. Опустившись на стул рядом с кроватью, лихолесский Владыка взял руку сына в свои. - Il mae, ion-nin. - целуя юношу в лоб, произнёс он. - Ni gwa lle. На губах засыпающего Леголаса появилась улыбка.

*****

A Laegolas... - О Леголас... Tolo dan na ngalad, ion-nin - Вернись к Свету, сын мой. Amin Aran, dansaew mad - Мой Король, противоядие готово (досл. "противоядие есть") Ada... - Папа... Il mae, ion-nin - Всё хорошо, сын мой. Ni gwa lle - Я с тобой.