Непрошеная любовь

19 лет назад: — Нет, пожалуйста! — не обратив внимание на мольбу женщины, мужчина начал проводить ритуал Раздался женский крик. Ладонь пылала болью от находившегося на ней раскалённого камня. — Я прошу вас… не надо. Я не причиняю людям вреда — Заткнись, — грубо ответил он и продолжил ритуал — Мама! Папа, где мама?! НЕТ! — закричала маленькая девочка пяти лет, которой удалось прибежать к матери — Чёрт… — прошипел охотник, осознавая, что ему не выжить. Да, эту деталь он не продумал. За малышкой, оскалив клыки, вышел, уверенный в своей победе, её отец. Не думая ни секунды, Джон, закончив ритуал по изгнанию из неё волчьей сущности, дёрнул за подготовленную верёвку, распахнув все шторы и пропуская в помещение солнечный свет. Женщина закричала. Охотник знал, что умрёт. Но он решил, что заберёт с собой её. Джон накинулся на мужчину, но тот взмахом руки отбросил его в сторону. Тем временем кожа женщины начала быстро нагреваться, на теле появлялись ожоги, кожа начала темнеть и в конце концов, вспыхнул огонь. Клаус бросился к ней, но, не успел ничего сделать. Она сгорела. Сгорела, оставляя за собой лишь прах. Никто не успел с ней попрощаться, не успел ничего сказать. Последнее, что она слышала — крики её маленькой дочери, а последнее, что видела — её детские заплаканные глаза, которые, казалось, уже в пятилетнем возрасте, стали стеклянными, утратили свой блеск, лишились тех озорных чёртиков, которые всегда плясали в зелёных глазках маленькой проказницы. Клаус, не медля ни секунды, набросился на мужчину, но, вспомнив про плачущую дочь, которая наблюдает за жестокостью отца, тут же остановился. Он укусил себя за запястье и приставил раненую руку ко рту Джона. Тот, как можно больше пытался отбиться от него, но тщетно. Кровь попала в его организм. Для Джона это было хуже смерти. — Счастливой вампирской жизни, — сказал Майклсон и свернул мужчине голову. Тот упал, а Клаус с ненавистью посмотри на его тело и, взяв на руки захлёбывающуюсь в слезах Клэр, увёл из этого проклятого места. *** Джон очнулся на полу через пару часов. Осознав, что случилось и кем он может стать, если выпьет человеческой крови, он начал истерически швырять попадавшиеся под руку предметы. Чувства во время превращения были обострены и поэтому вся его злость на вампиров и, теперь, на себя, так как он сам почти им стал, усиливалась. Он представил свою вампирскую жизнь и закричал от ужаса, с которым ему пришлось бы жить. Он схватил свой дневник и дрожащими руками начал записывать произошедшее. Записав всё о родителях, ребёнке и остальных деталях, он отложил дневник и поплёлся домой. Жить вампиром он не собирался, поэтому всё, что он решил — не пить кровь. Не поддаваться этому. Он засохнет через сутки и больше никогда не проснётся. С этими размышлениям Джон дошёл до дома. Сыновья встретили его. Мужчина положил дневник и крепко обнял мальчиков. — Я люблю вас, — хрипловатым голос прошептал он