Ледяное сердце

- Итак, на чем мы вчера остановились? – поинтересовался Ник, откусывая от пончика огромный кусок. - Как прошел ваш ужин? – спросил Хэнк, выезжая на стуле из-за стола и разворачиваясь к Еве. - Ну да, разумеется, остановились мы на обсуждении нашего ужина, – усмехнулась Ева, отпивая кофе из картонного стаканчика. – Ужин прошел хорошо, Джульетта очень милая девушка, готовит она превосходно и они с Ником чудесная пара. Еще что-то? - А как прошло твое свидание? – перевел разговор в другую сторону Бёркхард. - Свидание как свидание, – буркнул Гриффин и поморщился. - Ага, что не так? – Ник ухватился за плечо напарника. – Колись, дружище. - Да все было так, пока не выяснилось, что Дэбра – сумасшедшая кошатница. Я два часа рассматривал фотоальбомы с ее «мальчиками», эти дурацкие коты терлись об меня, драли когтями мою ногу и очень громко мяукали. В общем, я не выдержал и позорно сбежал. А потом я провел несколько часов в ванной, пытаясь смыть кошачий запах, которым пропитался, кажется, насквозь. Напарники весело рассмеялись. - Я вижу у кого-то хорошее настроение? – поинтересовался Ву, подходя к столу Ника. – Звонили из мэрии, просили уточнить списки гостей. Ник, ты будешь с Джульеттой, да? - Да, – кивнул Ник. – Она уже неделю изводит меня вопросом, в каком платье ей идти, и в чем буду я, чтоб мы вместе смотрелись, как настоящая пара – так что, мы будем вместе. - Отлично. Хэнк? - Я буду один. - Что так? Не сложилось с очередной подружкой? - Боюсь, мы с ней и пятеркой ее котов будем смотреться слишком оригинально на этом мероприятии. - О, так тебе попалась любительница кошечек? – добродушно ухмыльнулся Ву. - Мне попалась чокнутая любительница котов, так что я буду один. - Так, записываю, – сержант что-то отметил в своем блокноте. – Ева, а ты? - Извините, ребята, я сейчас не поняла, о чем идет речь. Можно мне как новенькой объяснить все с самого начала? - Все очень просто, – улыбнулся Ник. – Всего лишь ежегодный портлендский бал. Собираются представители всех муниципальных служб города, толкают речи, получают награды, пьют, танцуют и все такое. - Ах, теперь все ясно. Я буду одна. - Разве ты не позовешь своего жениха? – удивился Хэнк. - Ему сейчас не до балов, – грустно улыбнулась Сен-Клер. - Хорошо. О, капитан, а вы уже нашли себе подружку? – Ву обернулся к Ренарду, покидающему свой кабинет. - О чем вы, сержант? – Принц удивленно приподнял брови, приближаясь к подчиненным. - Бал, – сказал Ву, помахивая своим блокнотом. – Звонили из мэрии – просили уточнить количество полицейских на балу. - Я буду один, – кивнул Ренард. - За вами, между прочим, первый "ритуальный" танец, – напомнил дотошный сержант. – Опять будете вальсировать с главным врачом одной из больниц? - Думаю, в этом нелегком деле мне поможет детектив Сен-Клер. Если вы не возражаете, Ева? - С удовольствием, – смущенно порозовев, ответила она. - Так не честно! – воскликнул Ву. – Я надеялся, что Ева станет моей партнершей по танцам. А вы воруете у меня девушек. - Если мне не изменяет память, - мстительно усмехнулся Ренард, - вы, сержант, в этот замечательный вечер будете дежурить в участке. - Уже нет, – радостно откликнулся Ву. – Мы поменялись сменами с сержантом Франко. - В таком случае, вы можете пригласить на танец сержанта О'Донелл, она тоже женщина. Полагаю, ей будет приятно. Ву с ужасом обернулся к столу, за которым восседала грузным бесформенным мешком сержант О'Донелл. - Боюсь, у нас несовместимые весовые категории, – без особого сожаления пробормотал сержант и поспешил сбежать подальше от капитана, которому вдруг захотелось организовать личную жизнь своих подчиненных. - Что же, раз с вопросами по поводу развлечений покончено, вернемся к рабочим моментам, – Ренард присел на краешек стола. – Как продвигается расследование, детективы? - Ммм, пока не очень, – честно признался Хэнк. – Оба мальчика были усыновлены, но об их биологических родителях нам ничего не известно. - Есть еще кое-что, – сказала Сен-Клер. – Кроме того, что мальчикам по шесть лет, они родились практически в один день – это данные медицинского обследования, точнее сказать нельзя. К тому же обследование они проходили в одной и той же больнице. - Ну, детективы Бёркхард и Гриффин, не стыдно вам? – хмыкнул капитан, с улыбкой поглядывая на Еву. – Вот как надо работать – учитесь у своей напарницы. Какие будут предложения? - Поедем в больницу, - пожал плечами Ник. – Должны же у них сохраниться какие-то данные о работе с подкидышами, найдем интересующий нас период. А дальше – посмотрим по обстоятельствам. - Хорошо, работайте. Ник, задержись на минуту, – сказал Ренард, когда детективы поднялись со своих мест. – Ты выполнил мою просьбу? - На счет трейлера? – уточнил Гримм. – Нет, не успел еще. - Позволь узнать, что же тебя так задержало? - Джульетта пригласила Еву на ужин – не мог же я в это время просто уехать? К тому же вы сами сказали присмотреться к ней. - У нас два похищения и убийство! – зло зашипел капитан. – А ты, вместо того, чтоб заниматься делом, тратишь время на ужины! Не забывай о том, что на тебе лежит двойная ответственность: ты не просто полицейский, ты еще и Гримм. Мне нужны результаты. Поезжай в больницу, в трейлер, к черту на рога – но найди того, кто это делает! - Ник, ты идешь? – послышался от дверей звонкий голосок Евы Сен-Клер. Ренард вздрогнул, устало потер глаза и сжал виски: - Извини, Ник, что-то я перегнул палку. Иди, тебя ждут. - Капитан, с вами все в порядке? – Бёркхард пристально посмотрел на начальника. – Выглядите не очень. - Все нормально. Просто никак не могу избавиться от ощущения, что я забыл о чем-то очень важном. - У меня так бывает каждое утро, – хмыкнул Гримм. – Поэтому я по три раза проверяю выключил ли газ, свет в ванной и туалете и закрыл ли гараж и входную дверь. Отдохнуть вам надо – вот и все. Ладно, я пошел. Если обнаружим что-то стоящее, я вам сразу же доложу. - Хорошо. Ренард поднялся и ушел к себе в кабинет, а Ева помахала Нику рукой, подгоняя.

***

В больнице полицейских внимательно выслушали сотрудники регистратуры, сочувственно покивали головами и пообещали помочь. Через час им вручили списки и выпроводили. Затарившись в соседствующей с полицейским участком кафешке, напарники вернулись на свои рабочие места и принялись за работу. Три картонных ящика с медицинскими карточками шестилетних детей были водружены на стол, и, распределив коробки между собой, Ник, Хэнк и Ева принялись их перебирать. Сначала они выбрали карточки всех мальчиков, а потом приступили к изучению биографий, вычеркивая из списков неподходящие кандидатуры. По окончанию работы, в списках осталось пятеро мальчишек. Двое из них – Билли Фостер и Колин Браун – уже были похищены, теперь следовало проверить остальных. Обрадовавшись окончанию этой муторной работы, Ника отправили за кофе и пончиками, Хэнк упросил сержанта Ву отвезти документы в больницу, и они с Евой блаженно развалились на стульях. - И все же, - сказала Сен-Клер, когда в участок вернулся Ник. – Я не понимаю, как он их находит. - Так же, как и мы – через больницу, – пожал плечами Хэнк. – Или еще как. - Ага, на нюх, – фыркнула Ева, отпивая кофе. – Давайте рассуждать логично. Мы нашли этих усыновленных мальчиков благодаря сотрудничеству с работниками больницы. Так? А похититель? Он же не мог просто прийти и попросить у них документы. Напарники переглянулись и разом подобрались. - У него был доступ к этой информации! – предположил Ник. – Возможно, сотрудник этой больницы. Бывший сотрудник – не думаю, что он продолжает ходить на работу, когда у него дома двое похищенных детей. - Ву! – Хэнк, уловив мысль друга, уже звонил сержанту. – Ты еще в больнице? Нам нужны списки всех сотрудников, особенно тех, которые недавно уволились или недолго проработали… Нет, мы не обнаглели… Ну, Ву, пожалуйста! С нас пончик!.. Хорошо, два пончика… И два кофе-латте. Договорились. Вымогатель! – хмыкнул Гриффин, положив телефон на стол. – Списки скоро будут у нас. - Хорошо, давайте сейчас пока подумаем, где он может держать детей, не вызывая подозрений. - Гостиницы не подходят, заброшенные здания тоже будут привлекать внимание, портовые доки – весьма сомнительно. - Да и жилые дома тоже маловероятно – как объяснить соседям, откуда у тебя появились дети. - Если только есть соседи, – заметил Ник. – Вспомни то дело с почтальоном и девочкой в красной ветровке – никто ничего странного не заметил, потому что его дом находился в лесу. - И много у вас таких «пряничных домиков» в окружающих лесах? – поинтересовалась Ева. - Скоро узнаем, – пожал плечами Хэнк. Однако дождаться сержанта Ву со списками они так и не успели – позвонил сержант Франко с сообщением о похищении еще одного ребенка. Ругаясь, сквозь зубы, Ник подчеркнул жирной линией Брайана Стюарта в списке шестилетних мальчиков-сирот, и напарники отправились на место происшествия. Без толку провозившись во дворе начальной школы в поисках улик и не обнаружив никаких зацепок и свидетелей, зато в предвкушении очередной порции «любви и ласки» от капитана, они вернулись в участок.

***

- Ник, - Джульетта вертелась перед зеркалом, поднося к себе то одно платье, то другое. – Если ты сейчас же не оторвешься от книги, мы опоздаем на бал. - Да-да, бал, я помню. Надевай красное, – посоветовал Ник. – Я быстренько в душ и буду собираться. Бёркхард отложил книгу на журнальный столик и направился в ванную комнату. Джульетта, воспользовавшись его предложением, надела красное платье, критично осмотрела себя, добавила подходящие украшения и, удовлетворившись полученным образом, пошла делать макияж. На бал они успели приехать вовремя, показали швейцару свои пригласительные, вошли в холл, где оставили верхнюю одежду и прошли в громадный, освещенный миллионами лампочек, зал. Негромко играл оркестр, пока еще немногочисленные приглашенные бродили в поисках своих мест или каких-нибудь знакомых, деловито сновали туда-сюда официанты, предлагая выпивку. Ник с Джульеттой взяли себе по бокалу шампанского и, заметив за одним из столиков Хэнка и Ву, поспешили к ним. - Привет, детектив! Привет, прекрасная Джульетта, – сержант, как обычно балагурил, пребывая в отличном расположении духа. Мисс Сильвертон смутилась и неловко улыбнулась ему. Заканчивались последние приготовления, откуда-то из-за сцены появился капитан и направился к своим подчиненным, по дороге осматривая зал. Однако на полпути он остановился и замер, неотрывно глядя в одну точку. В дверях стояла Еванжелина Сен-Клер. В длинном белом платье, с кудрявыми золотистыми волосами, свободно рассыпавшимися по плечам. Легко улыбаясь, она искала своих коллег, но встретившись глазами с Ренардом, застыла на месте, не в силах отвести взгляд. - Какая же она красивая! – восхищенно прошептала Джульетта. - Моя принцесса пришла! – воскликнул Ву и направился к Еве. Капитан тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, и резко изменил курс, с легкостью обгоняя сержанта. - Мисс Сен-Клер, - с улыбкой сказал Ренард, целуя маленькую холодную ручку девушки. – Рад вас видеть, очаровательно выглядите. - Благодарю вас, сэр, – Ева присела в реверансе. - Ну, что за наказание! – возмутился Ву, возвратившись к своим друзьям. – Он снова меня опередил! - О, мой Бог! – изумленно выдохнула Джульетта, наблюдая, как Его Высочество берет под руку свою спутницу и сопровождает к столику полицейских. – Они как будто всю жизнь так прогуливались! - Доброй ночи, ребята, Джульетта, – приветливо улыбнулась Сен-Клер. - Доброй ночи, – эхом откликнулся Ренард, отодвигая для нее стул. – Вынужден вас покинуть – сейчас начнется официальная часть. Вернусь к началу неофициальной. И не забудьте, Ева, первый танец за мной. - И вероятно, не только первый! – притворно-грустно вздохнул Ву, заглушая Евин ответ. Капитан резко развернулся и быстрым шагом вышел из зала, чтоб через несколько минут выйти на сцену вместе с мэром, главврачами портлендских больниц, ректорами университетов и другими главами городских служб. Оркестр заиграл государственный гимн, и в зале послышался стук отодвигаемых стульев. После окончания гимна, слово взял мэр, недолго поразглагольствовал о том, какой прекрасный город Портленд и как хорошо в нем живется, в чем, безусловно, заслуга всех тех замечательных людей, которые стоят рядом с ним на сцене, и представил каждого, даже почти и не подглядывая в шпаргалку. Дальше последовало вручение наград с гербом города, и каждый, кто ее получал, произносил краткую речь. Изогнув губы в хищной усмешке, капитан полиции Шон Ренард принял из рук мэра заслуженную награду, прошел к трибуне и несколькими четкими предложениями поведал собравшимся, как он невероятно счастлив и какая для него большая честь присутствовать в этом зале. Когда с торжественной частью было покончено, наступила очередь для первого танца, который открывали сошедшие со сцены награжденные. Зазвучала нежная медленная мелодия. - Как? – удивленно воскликнул сержант Ву. – В этом году не Вивальди? А я уже так привык. Галантно поклонившись, Ренард пригласил Еву на танец и повел за собой в центр зала, крепко прижал к себе и закружил под музыку. Женский голос печально запел: Do you remember me? I'm just a shadow now This is where I used to be Right here beside you. Принцу казалось, что его затягивает в омут зеленых глаз напротив, стук его собственного сердца заглушал музыку, слова он будто впитывал всей кожей, и никак не покидало ощущение неправильности. Все не так! Все должно быть не так! Не сейчас, не здесь, и она не должна смотреть с такой невыразимой тоской. Боковым зрением он заметил, что танцующие пары начинают расходиться. Вернуться в реальность было очень сложно – подсознание требовало продолжать этот волшебный танец. - Спасибо, – одними губами сказала Ева. - Надеюсь, это не конец, – усмехнулся в ответ Ренард, провожая ее к столику. Их друзья отреагировали бурными аплодисментами. Ву, прижимая к своему животу награду Ренарда, мечтательно улыбался и, когда капитан и детектив Сен-Клер заняли свои места, сказал: - Капитан, вы в танце – бог. Остальные тут же рассмеялись, а Ник серьезно добавил: - Ага, вы во время танца даже в лице изменились. Принц вопросительно взглянул на него, и Гримм незаметно кивнул. Проворные официанты мгновенно принесли ужин и алкогольные напитки и так же незаметно исчезли. Негромко играл оркестр, ужин протекал легко и непринужденно: Хэнк от души балагурил и травил байки о своей четырежды несчастной личной жизни, Ву консультировался у Джульетты по вопросам, касающимся его кота. Капитан вертел в руках бокал с вином, изредка отпивая из него. - Красивая мелодия, правда? – спросил Ник, улыбаясь Еве. - Это Полонез Огинского, – пояснил Ренард. - Кого? – озадачено переспросил Бёркхард. - Полонез «Прощание с Родиной», - улыбнувшись, сказала Ева. – Написан польским композитором Михалом Огинским в 1794 году. Это один из самых известных полонезов и иногда его называют по фамилии автора – «Полонез Огинского». - Почему «Прощание с Родиной»? – поинтересовался Хэнк, прислушавшийся к разговору. - Потому что считается, что Огинский написал этот полонез, покидая Речь Посполитую… Польшу, – поправилась Сен-Клер, заметив округлившиеся глаза напарников. – У вас совсем с географией туго, да? - Ностальгия, – с пониманием кивнул капитан. - Одна из страшнейших болезней – тоска по родине, – кивнула Ева, нахмурившись. – Но еще хуже, когда в чужом краю тебе лучше, чем на родине, потому что там тебя никто не любит и ты никому не нужен.

***

Ренарду показалось, что его затягивает в темное липкое болото, и перед его мысленным взором предстал бальный зал во дворце Британского Королевского Дома. Он сидел на широких ступенях, держа на коленях девочку лет семи в нарядном белом платьице. Играл полонез, в танце кружили пары, девочка прижималась к нему, обнимая за шею: - Прощание с Родиной, – он услышал ее звонкий голосок. – Слышишь, Шон, какая грустная мелодия? Она не отпускает, зовет обратно. Наверное, он очень не хотел уезжать. - Кто, ma belle princesse? - Огинский, – девочка немного помолчала и тихо спросила: - А ты, Шон? Ты скучаешь по Родине? - Нет, милая, не скучаю. Я там не нужен, мне там не рады – так зачем скучать по тем, кто никогда тебя не полюбит? - Глупые они, - сонно пробормотала девочка. – Как тебя можно не любить? Но я рада, что тебе не грустно – не хочу, чтоб тебе было плохо. - Идем, ma chère, тебе уже пора спать, – он легко взял ее на руки и понес вверх по лестнице. - Уложишь меня и со спокойной душой пойдешь пить вино и флиртовать с дамами. - Ты с чего это взяла? – усмехнулся Шон. - Папа сказал. - Ошибся твой папа. Потому что пока няня будет тебя купать, я спущусь вниз и принесу для тебя горячий шоколад… - А себе вино. - Далось тебе это вино!

***

- Капитан! – чьи-то голос и прикосновение вырвали Ренарда из трясины воспоминаний. – Оставьте в покое бокал, иначе поранитесь! – Ева Сен-Клер с беспокойством смотрела на него и пыталась разжать его пальцы, сомкнутые на тонком стекле. - Все в порядке, – ответил Принц, ставя злополучный предмет на стол. - Да, явное улучшение. Ренард прикрыл глаза, вызывая в памяти образ малышки: белое платьице, длинные кудрявые золотистые волосы, лицо… Лицо он так и не рассмотрел. И имя. Как же ее зовут, эту девочку? И кто она? Откуда его знает? Шон ее не помнил, не помнил абсолютно – нет у него таких знакомых. Нет… и не было. Что за странное видение? - Капитан, вы снова? – Ева Сен-Клер опять начинала волноваться. - Извините, задумался, – Принц ей улыбнулся и оглядел стол. – А где все? - Ушли танцевать, – улыбнувшись в ответ, пояснила Ева. - А вы почему здесь? - Потому что один мой партнер по танцам впал в транс, а второй ушел пудрить носик. - Какая оплошность, – хмыкнул Ренард и протянул ей руку. – Позвольте исправить. - С удовольствием.

***

Шону Ренарду снился чертовски странный сон: он стоял посреди бесконечного коридора, а далеко впереди виднелась светлая фигура. - Иди ко мне! – звала она, протягивая руку, маня к себе. Капитан попытался сделать хотя бы один шаг к ней, но не смог – от земли, скользя по ногам, поднимался непробиваемый ледяной пласт, заковывая его в холодную броню. - Иди ко мне! – просил женский голос. – Прошу, Шон! - Я не могу! – крикнул Ренард, пытаясь в бессильной ярости выбраться из ледяной западни, но лед поднимался все выше, уже замораживая колени. Призрачная фигура растаяла, и мужчина почувствовал невероятное огорчение и грусть, будто ему было жизненно необходимо увидеть, кто же эта женщина. - Скажи мое имя! – шепнул на ухо все тот же голос… И Шон Ренард проснулся в собственной спальне с бешено колотящимся сердцем, хватая ртом воздух, а в голове звучали слова песни первого танца: Do you believe in dreams? That's how I found you But I can't be with you Till you take a leap of faith.