Истина алой луны.

Снова этот сон. Она подходит к нему со спины, нежно касается плеча, проводит холодными пальцами по изгибу шеи, подступает еще на полшага ближе, прижимаясь обнаженной грудью к его спине и привстав на носочки касается губами шеи там, где секунду назад были ее пальцы. Он шумно вдыхает холодный воздух и резко разворачивается к ней лицом, несколько секунд внимательно смотрит в зеленые, по-кошачьи хитрые, большие глаза, а затем обвивает девушку руками вокруг талии и сделав шагов пять, наверное, он не считает, да и неважно это, бросает ее на кровать, от чего она громко вскрикивает, а после падения на мягкую перину, начинает заливисто смеяться. Он вовсе не против. Они одни в этом доме, наполненном зимней стужей и запахом костра и ели. Ему нравится, как она смеется, он нависает над ней, ловит губами ее смех, перебирает пальцами волосы на макушке и слушает как звучит ее веселье. А потом, все резко меняется. Та же комната, та же зимняя стужа, даже запах ели и костра те же. Все, как и минуту назад, только на этот раз девушка не смеется… ее зеленые глаза закрыты, лицо бледное, с уголка правого глаза к виску скатывается слезинка, губы девушки безжизненно-бледные и немного приоткрытые. Тело мужчины дрожит, но он не чувствует холода, только ощущает глубокое удовлетворение… наконец-то! Он так долго этого ждал, так мечтал об этом… в голове как будто что-то переключается, он снова смотрит на нее, резко, будто очнувшись ото сна дергается, хватает ее за плечи, трясет, будто это может помочь, но девушка похожа на тряпичную куклу, а тело ее все сильнее холодеет. Он кладет ее обратно, припадает к ледяным губам, целует, пытаясь согреть хотя бы их… она мертва! Он не этого желал, он хотел, чтобы она жила… он снова поднимает ее за плечи, прижимает к себе, и беспомощно кричит ее имя…

***

- Сакура! Пробуждение было резким и болезненным. Болело все: руки, голова, ноги, глаза… пожалуй, больше всего болели глаза, но мужчина настолько сильно уже привык к этой боли что даже бегущая из глазниц по щекам кровь не была чем-то ужасным. Приподнявшись на локтях, брюнет огляделся. Комната… совсем не та что была в его сне, эта была меньше, в ней не было камина, аромат хвои не распространялся по ней чарующим шлейфом, да и серые стены не шли ни в какое сравнение с теми, которые были в комнате из его сна. Снова оглядевшись, брюнет нахмурился. Чего-то не хватало… кровать, книжная полка, прикроватная тумбочка с лекарствами на ней, после появления в его, Итачи, жизни Сакуры, на доселе всегда пустующей тумбе всегда стояло что-то горькое и невероятно нужное для экстренной помощи ему… два глубоких кресла у окна, кофейный столик между ними, в углу письменный стол на котором лежат какие-то бумаги, обшарпанный немного комод, две двери, вот и все убранство комнаты… Итачи нахмурился еще больше… было слишком пусто и тихо, и хотя Сакуре, после принятия в Акацуки уже можно было ходить всюду, она все же предпочитала отсиживаться в комнате, и предупреждать если куда-то уходила. - Сакура! – снова окликнув девушку и не получив ответ, мужчина медленно поднялся с кровати. Где она? Он должен ее найти! Тело нещадно ныло, но старший Учиха не обращал внимания. Мужчина вышел за дверь, огляделся, в коридоре никого не было, и мужчина подумал, что все должно быть обедают. Придерживаясь рукой за стену, нукэнин спустился вниз по лестнице уже слыша гогот кого-то из членов организации, прошёл по широкому коридору направо и оказавшись в обеденном зале оглядел присутствующих. Сакуры среди них не было. Первым его заметил Пейн. Мужчина поднял на него взгляд жутких серых глаз с вечно активированным риненганом, отложил столовые приборы и только после этого произнес: - Итачи, я думал, ты к нам не присоединишься. Будь добр, не применяй Манкекенгью в этом месте, и сотри с лица кровь. Садись. Итачи только сейчас осознал из-за чего так болели глаза. Он провел пальцами по щеке, чувствуя, как кровь, уже успевшая запечься на ней неприятно размазывается по коже, прикрыл на секунду глаза, и почувствовав, как боль медленно отступает открыл их снова. - Я искал Сакуру, Пейн-сама. Никто из вас ее не видел? Итачи удивило что еще несколько человек отложили приборы и взглянули на него как будто он сумасшедший, но счел это неважным. - Продолжайте есть, - приказал Пейн, и что-то шепнув нахмурившейся и положившей ладонь ему на руку Конан, встал из-за стола. – Следуй за мной. – снова приказал мужчина, но уже обращаясь непосредственно к Итачи. Учиха не понимал, что происходит, более того, его удивило поведение не только Пейна, но и остальных членов организации… на него смотрели так, будто он отстал от жизни и не знал элементарных вещей, которые для всех были почти-что обыденностью. В молчании они дошли до кабинета Лидера, Пейн прошел к окну, постоял несколько секунд спиной к Итачи и резко обернувшись, заговорил: - Когда ты последний раз был у врача, Итачи? – рыжеволосый нукэнин внимательно взглянул на брюнета, но, когда тот попытался ответить, прервал его. – Нет. Не отвечай… знаю, что давно. Итачи, я ценю твою преданность организации, но мне кажется, на тебя больше нельзя полагаться… - мужчина посмотрел на старшего Учиху, как будто ожидая что тот начнет кричать и оправдывать себя, но Итачи настолько не понимал, что происходит, что просто не мог подобрать слов. – Ты теряешь зрение, у тебя приступы… и похоже, теперь это влияет еще и на твой рассудок… - Боюсь, я не понимаю, о чем вы?! – сделав шаг вперед, задал вопрос Итачи. - Сакура умерла месяц назад… нет, - Пейн усмехнулся, - нет, не так… ты убил Сакуру месяц назад… Глаза Итачи в ужасе расширились. Ему вдруг показалось, что мир пошатнулся у него под ногами, и он пошатнулся вместе с ним, но на ногах устоял. - Как это произошло? – голос брюнета сорвался на хрип, он не верил, что такое возможно… он не мог убить эту девочку, он просто не мог… - Вы были на задании по поимке девятихвостого, и еще до того, как успели добраться к деревне, на вас напал отряд Анбу, возглавляемый Хатакэ Какаши. Вы сумели скрыться, но задание было провалено. Ты заподозрил Сакуру в предательстве, хотя она прикрыла тебя, и сама была ранена. Ты соврал, что нужно залечить раны и попробовать еще раз вернуться в Коноху, нашел какую-то заброшенную хижину, а затем задушил девчонку и принес ее тело в штаб. Пейн говорил спокойно и ровно. Его не волновала судьба Харуно так же, как не волновала бы и судьба Итачи, будь он убит или захвачен… - Где? – голос осип еще сильнее… - Где тело? – Пейн хохотнул, - мы выбросили ее у ворот Конохи… не знаю, что случилось дальше с этим куском мяса. Предателей нигде не жалуют… Итачи дёрнулся, но подавил в себе мимолётное желание ударить Пейна, а вместо этого спросил: - Могу я идти? - Да. И найди время сходить к врачу. – безразлично произнес рыжеволосый. - Конечно. Он вышел из кабинета, как в тумане нашел свою комнату, зашёл, запер дверь, и просто рухнул на пол приваливаясь спиной к косяку. Мыслей не было, не было ничего… он стал словно пустой оболочкой и лишь ее имя постоянно вертелось у него в голове. Мужчина обхватил голову руками, пытаясь заглушить нарастающий гул, но это не помогало. - Сакура, Сакура, Сакура, Сакура! – все громче и громче шептал он имя девушки пока не перешёл на истошный, разрывающий душу болезненный вопль…

***

Неожиданный грохот заставил мужчину вздрогнуть и резко открыть глаза. - Тсс! Тихо Итачи, все хорошо, все хорошо это всего лишь сон… Мягкий, успокаивающий голос и холодные девичьи пальцы на взмокшем от ужаса лбу. - Сакура? – голоса почти не было, мужчина снова дернулся и перехватив пальцы девушки поднес их к своим губам. Сон до сих пор не отпустил его, тело сотрясала крупная дрожь, сердце билось о грудную клетку как сумасшедшее, и мужчине казалось, что девушка перед ним — это плот его иллюзии. - Да, да это я! - Сакура осторожно высвободила руку, и присела на край кровати. – Вам что-то приснилось, Итачи-сан? Вы кричали во сне… мое имя… - девушка немного смутилась. - Что-то упало… - не в тему произнес Учиха, нахмурившись. - Да, простите, я опрокинула стул, когда Вы закричали, думала, Вам плохо и сразу же побежала проверить… - Теперь уже всё хорошо… ты жива… - он снова поймал ее запястье, притянул девушку к себе силой заставляя ее лечь рядом и вдыхая запах ее волос едва слышно повторил: - ты жива… я люблю тебя, прости меня, цветочек… Сакура странно дернулась, попыталась вырваться что немного удивило и огорчило мужчину, и тут дверь открылась… - Тсунаде-сама! – взвизгнула Сакура, и с силой всё же вырвалась из крепких объятий мужчины. – Это не то, о чем вы могли подумать, я… - куноичи зарделась под пристальным взглядом наставницы, а Итачи наконец осознав, что он не в своей комнате, да и вообще не в Акацуки, напрягся. - Вижу, тебе уже лучше, Итачи? – спросила Тсунаде, больше не обращая на смущенную ученицу никакого внимания, - о, не стоит так напрягаться, мы не враги. Я благодарна тебе за то, что ты когда-то сделал для деревни… к сожалению, еще не все это понимают, поэтому некоторое время тебе придется пожить в деревне под присмотром Сакуры… и не спорь… она не только высококвалифицированная шиноби, но еще и медик ранга саннин, помощь которого тебе сейчас необходима… к тому же, вы явно хорошо ладите, не так ли?! - Сенджу оглянулась на еще больше покрасневшую Сакуру и весело засмеялась. – Поживешь пока что с ней. - Но Тсунаде-сама, мои родители! – попыталась возразить Сакура, но пятая ее прервала. - Я подготовила для вас жилье в квартале Учиха… Итачи – глава рода, он обязан жить там… - Это плохая идея, Тсунаде-сама! Вы же знаете, что… - Не спорь со мной, Сакура! – гаркнула женщина, но тут же улыбнулась, - лучше помоги Итачи собраться. – продолжила она, и сложив печать исчезла в облачке дыма. - Да… - тяжело вздохнув произнесла розововолосая уже в пустоту.