#Разгромный_ноябрь

Серёжа сидел на скамейке в парке, около небольшого пруда, затянутого плёнкой тонкого льда. Последний осенний день, ещё даже не зима, но первый снег уже припорошил землю. Серёжа сжимал руками без перчаток высокий старбаксовский стакан с карамельным макиато и сильнее втягивал шею в воротник пуховика. Серёжа рассматривал уток, стоящих на одной лапке и прячущих голову под крыло, и вспоминал. Вспоминал, как первый раз пришёл сюда, в такой же лютый холод в конце ноября. Как впервые отыскал этот маленький прудик с единственной лавочкой. Как, уходя, загадал желание и оно сбылось. Это было три года назад и с тех пор Серёжа приходил сюда каждый год, вспоминал, набирался сил, но желания больше не загадывал. Зачем, если гораздо интереснее самому всего добиться, а место — просто вдохновение. Одна из уток, громко крякнув, сорвалась с места и улетела куда-то за пушистые ели. Серёжа взглядом проследил за ней и усмехнулся, вспомнив, как однажды, так же сорвался и улетел на кастинг, сделавший его звездой и любимцем девушек. Вспомнились съемки, которые проходили примерно в это же время года и то, как же холодно было в костюме Чумного Доктора. Серёжа задумался: а была ли ещё на какой-то съемочной площадке такая же теплая атмосфера, как у Майора Грома. Решил, что нет, этот проект был уникальным. Во всех планах. И во многом переломным для самого Серёжи. Внезапно проскочила мысль «Как сложились бы карты, если бы он никогда не пришёл на этот кастинг?», но Серёжа быстро от неё отмахнулся. Гадание «Что, если…?» никогда не привлекало парня. По мнению Серёжи всё происходит именно так, как должно происходить. Кофе начал потихоньку остывать и Серёжа приложился губами к стаканчику, разом выпив почти половину. По телу разлилось приятное тепло, но замёрзшие уши уже начинало покалывать. «Надо бы и правда закругляться» — пронеслось в голове, но тут его окликнули. — Серый, ну етить твою налево, опять ты без шапки! Уши отморозишь себе! Где твоя «Дичь»? От этого голоса, так забавно ругающегося, вдруг стало так тепло. Серёжа улыбнулся. Его желание, загаданное около трех лет назад и сбывшееся немногим позже, теперь стояло перед ним, закутанное в большой вязанный шарф и забавно сложившее руки на груди. — Пойдём, а то ты себе тут не только уши отморозишь, — из окоченевших пальцев забрали пустой стакан и заключили их в тёплую лодочку из ладоней, энергично растирая и возвращая чувствительность. — Люблю тебя, Тиш, — Серёжа довольно улыбался, прижимаясь ближе к всегда такому горячему телу. — Я тебя тоже, горе моё мелкое, — Тихон поцеловал холодные губы и тут же начал возмущаться. — Как льдинка весь. Всё, срочно греться!