Мозаика

Как-то странно вышло, однако. I'm standing on a bridge I'm waiting in the dark I thought that you'd be here by now There's nothing but the rain No footsteps on the ground I'm listening but there's no sound.

Я замер на мосту, Вглядевшись в темноту, Я думал, ты сейчас придешь. Но здесь всего лишь дождь, Не слышен звук шагов. Я думал, ты меня найдешь.

Здесь так холодно. Фред скорее знает это, чем чувствует. Ему теперь ничего нельзя ощутить. Капли дождя, льющегося на мостовую, проходят сквозь него, не причиняя вреда. Сколько бы он отдал, чтобы ощутить их влагу на коже. По тротуарам бегут прохожие, спасаясь от внезапного дождя под темными пятнами зонтов или козырьками кафе. Глупые, глупые люди. Фред бы на их месте сейчас скакал от радости. Почему же он сейчас стоит здесь, под дождем, ни для кого не видимый? Может, потому, что ему просто скучно? А кто говорил, что быть призраком весело? Фред подавляет горькую усмешку, все чаще в последнее время появляющуюся на его губах. Состояние невидимости уже стало привычкой. Быть невидимкой для всех, в том числе и для себя – прекрасно. Чудесно. Превосходно. "Паршиво". Isn't anyone trying to find me? Won't somebody come take me home?

Здесь меня никто не услышит? И никто за мной не придет?

Внимание Фреда привлекает спешащая по тротуару девушка в строгом облачении офисного работника – юбка-карандаш, стесняющая движения, белая намокшая блузка, плотно прилегающая к телу, кожаный мужской дипломат, которым она прикрывается от дождя, держа его над головой. Пряди мокрых волос так и липнут к лицу. Выглядит девушка весьма забавно, в ней без труда узнается Гермиона Грейнджер. Спасаясь от пробирающихся за ворот блузки капель, Гермиона мчится по лужам в лаковых «лодочках», торопясь найти более надежное укрытие, нежели дипломат над головой. Такового не обнаруживается, и девушка обреченно опускается на залитую водой скамейку. Вид при этом у Гермионы такой обескураженный и забавный, что Фред хохочет, глядя на нее. Девушка резко приподнимает голову, словно она и вправду его услышала. Ее глаза медленно округляются в выражении ужаса и страха. "Что ты так пугаешься? Как будто привидение увидела. Черт. Какая ирония". Ледяной ветер пробирает до костей – вернее, пробирал бы, если бы Фред мог чувствовать его порывы, от которых сейчас волосы Гермионы разметались, падая на ее лоб и глаза, не давая разглядеть за пеленой дождя Фреда. It's a damn cold night Trying to figure out this life Wont you Take me by the hand Take me somewhere new I don't know who you are But I... I'm with you

Чертовски холодная ночь, Все воспоминания прочь Прошу, лишь Возьми меня за руку, не отпускай Я не знаю, кто я, но я… Я с тобой… Я с тобой…

Гермиона медленно убирает волосы с глаз, не отрывая взгляда от Фреда, что стоит прямо перед ней на мостовой. Раздается машинный гудок, Гермиона вскрикивает, и машина мчится прямо сквозь Фреда, не причиняя ему никакого вреда. Вот теперь-то мисс Всезнайка, кажется, все понимает. Ехидно улыбаясь, Фред приближается к ней, промокшей, напуганной и на краткий миг ставшей родной. Родной из-за того, что видит его. Фреду не хотелось задумывать о причине, по которой она его видит. Главное – что он для нее не пустое место. Она не сводит с него настороженного взгляда, пока Фред присаживается на скамейку в нескольких сантиметрах от нее. Заучка дрожит от холода, зубы выбивают дрожь. Она выглядит забавной и жалкой со своими мокрыми, слипшимися как сосульки волосами и размазанной тушью, делающей ее похожей на ведьму банши. И все же есть в ней что-то такое, что притягивает Фреда. Благодаря тому, что она его видит, он не чувствует себя одиноким. – Привет, – как ни в чем не бывало, говорит Фред. Словно они не виделись неделю или две, а не два месяца после его смерти при битве за Хогвартс. Разве мертвецы разговаривают? Разве живые видят мертвых? – Почему ты здесь? – спрашивает Гермиона. "Узнаю заучку Грейнджер. Ни минуты без вопросов". – Самому бы узнать, – фыркает Фред. А дождь все молотит по ним – точнее по Гермионе, от удивления даже забывшей укрываться дипломатом, и скамейке, на которой Фред – пустое место. – Почему я тебя вижу? Ты же умер… – Гермиона прикрывает рот ладонью, сообразив, что сказала вещь довольно обидную для любого призрака. – Как любезно с твоей стороны мне об этом напомнить, – Фред улыбается, улыбается не открытой добродушной улыбкой, а ехидной гримасой, превращающей его бледное лицо в перекошенную маску. – Но я рад, что меня видишь хотя бы ты. Они молчат, вслушиваясь в дождь. Фреду рядом с ней хорошо и спокойно. Он потерялся в этом мире, ему здесь нет места. Куда же ему пойти? Не в «Нору» ведь, еще паршивее на душе станет. Он уже видел родных, и от этого только хуже. Остается только бродить по Лондону, иногда, забавы ради, проходя сквозь людей, заставляя их дрожать от холода и паники. – Надо заметить, призраки отличаются весьма скверным расположением духа, – сообщает Гермиона, уголки ее губ дергаются в улыбке. Капли дождя бегут по ее лицу, и оттого непонятно, голос ее дрожит от слез или же от холода. – Пошли куда-нибудь? – предлагает Фред таким обыденным тоном, словно речь идет о кино или кафе, а он – не призрак, а вполне себе материальный человек. Все эти мысли отражаются на выразительном лице Гермионы так ярко, что Фред не удерживается от смешка. Гермиона неловко убирает волосы с лица. – Ладно, глупая была идея, – бормочет Фред. – Нет, не глупая, – перебивает его Гермиона. – Пойдем. Я покажу тебе одно место. – Библиотеку, что ли? – иронизирует призрак, но девушка не замечает его иронии, бормоча себе под нос: – Успею показать… Пока есть время… - она сосредоточенно смотрит на магловские наручные часы, черный ремешок которых обвивает ее запястье. – И я все равно опоздала на встречу… Идем? Вместо ответа Фред сжимает ее руку своими призрачными пальцами. I'm looking for a place Searching for a face Is anybody here I know Cause nothings going right And everything's a mess And no one likes to be alone

Мне места в мире нет, Утерян жизни след, Мне нужен кто-нибудь родной. Дела мои дерьмо, Навеки одинок. Прошу, верни меня домой.

Гулять за руку с призраком по городу, наполненному маглами, в высшей мере странно для Гермионы Грейнджер, Фред это прекрасно понимает. Они не разговаривают друг с другом, предпочитая молчать, но это молчание красноречивее всяких слов. Гермиона не отпускает его руку, словно почувствовав его страх. Фреду действительно страшно. Он хочет найти пристанище, найти дом… – Дом? – спрашивает Гермиона. Фред ждет, что она заговорит про «Нору», но нет. Ее слова его удивляют. – Пойдем на кладбище? – Кладбище? Гермиона, странные у тебя представления о романтике и доме, – хохочет Фред, впервые хохочет от души и искренне. – Вот он, Фред Уизли, какого я запомнила, – улыбается Гермиона. Кладбище пусто. Во время дождя здесь, конечно же, никого нет. Гермиона медленно идет средь могил, разыскивая нужную. Наконец, она найдена по соседству с Фабианом и Гидеоном Пруэттами, родственниками Фреда по материнской линии. Фред склонился над могилой, касаясь призрачными пальцами надгробия. Он сюда никогда не приходил, и почувствовал, что зря. Здесь то место, где его ждали. Или ждут? Isn't anyone trying to find me? Won't somebody come take me home?

Здесь меня никто не услышит? И никто за мной не придет?

Фред усаживается на землю возле могилы, глядя, как Гермиона неловко переминается с ноги на ногу. Все-таки она такая забавная – Как там Ронни поживает? Девушка тут смущается. – Мы собираемся пожениться следом за Гарри и Джинни, – роняет она, и Фред ощущает странную надежду, так как слова девушки кажутся слишком равнодушными. "Что это? Ревность? Чувства? Глупость какая". Oh why is everything so confusing? Maybe I'm just out of my mind?

Почему же все стало сложно? Может быть, сошел я с ума?

Гермиона осторожно касается его щеки. – Тебе страшно, – бормочет она. Что ж, Грейнджер всегда отличалась проницательностью. – Мне тоже. "А вот это уже новость. Тебе-то чего бояться?". Фред не замечает, как говорит это вслух. – Я за тебя боюсь. Он потрясенно смотрит на Гермиону. – А зачем за меня бояться, Грейнджер? Со мной и так уже ничего не случится. Капли дождя скользят по ее лицу, по мокрым прядям волос, смешиваются со слезами, которые теперь-то Фред может разглядеть. Ей холодно, она дрожит, а он даже укрыть ее от дождя не может. Против воли Фред касается пальцами ее щек, пытаясь стереть слезы, но это ему не удается. – Не плачь, Грейнджер, – шепчет он, касаясь пальцами ее приоткрытых, словно в ожидании поцелуя, губ. "Поцеловать Грейнджер? Неплохая, в общем-то, идея. Да и она не долбанет меня энциклопедией за такую вольность". Гермиона прикрывает глаза. На ресницах дрожат капельки воды. Наклоняясь к ней, Фред мягко целует влажные – жаль, ему этого не ощутить, – губы. It's a damn cold night Trying to figure out this life Wont you Take me by the hand Take me somewhere new I don't know who you are But I... I'm with you

Чертовски холодная ночь, Все воспоминания прочь Прошу, лишь Возьми меня за руку, не отпускай Я не знаю, кто я, но я… Я с тобой… Я с тобой…

Мир вокруг них замирает, разливаясь серебристым мерцанием. Фред неохотно отрывается от губ Гермионы и замечает, как его призрачное тело медленно растворяется в этом странном сиянии. Гермиона испуганно смотрит на него, закусив губы. Пришло время вернуться домой. Он нашел свой дом. Его дом – рядом с ней. Но только места среди живых ему нет. – Я буду с тобой, Грейнджер, – шепчет он, уже наполовину исчезнувший. – Я буду с тобой. А дождь все льется и льется, Гермиона вымокла до нитки. Ей еще возвращаться домой, в пустую квартиру, в которую скоро к ней переедет Рон. Здесь так холодно. Холодно без Фреда. Медленно поднимаясь с надгробной плиты, Гермиона идет к кладбищенским воротам. Внутри у нее так же холодно, как и на улице.