Моя милая дочь

Айка сидела посередине мрачной комнаты, которая, впрочем, не отличалась от других ярым разнообразием, кроме кровати, разваливающегося стола и источника света, который еле заметно подрагивал от тяжелых шагов мужчины. Мужчина этот – Майк, он заботливо протирал лицо девушки мягкой тканью от пыли и крови, как ему приказал Ваас. Майк, по мнению Айки, был единственным человеком, который еще не утратил здесь свое лицо и имеющий хоть какую-то малую часть сострадания и понимания по отношению к живому. Все остальные здесь – тупоголовые ублюдки, которых кроме наживы больше ничего не интересует. Но как бы хорошо Айка не относилась к нему, сейчас она всей душой желала врезать ему по мягкому месту из-за того что он то и дело читал ей морали как заботливый папаша, но это было связано скорее с тем, что по ту сторону океана у него осталась маленькая дочь. Шипя и сквозь зубы посылая обидчицу на другой конец мира, она продолжала слушать нотации Майка, иногда отдергивая голову от колющей боли. Мучительную идиллию нарушил вошедший Ваас. Он грубо открыл дверь, чуть ли не выбив её с ноги, и спокойно вошел внутрь, держа в руках небольшую металлическую коробку, которая при ходьбе противно позвякивала. Не обращая внимания на девушку, и не удостаивая её даже мимолетным взглядом, он подошел к столу. - Все еще злишься? – отозвалась Айка, когда он вытянул руки перед собой и отпустил коробку. Она с диким грохотом упала на стол, и от этого шума девушка подпрыгнула на стуле и чуть не перевернула миску с розовой водой, которую она держала все это время. Ваас схватил упавшую лампу и поставил её на стол. - Я не хотела, это все она… - начала оправдываться Айка, но злой голос Вааса прервал её. - Какого хуя ты к ней полезла? - он, не выпуская лампу, повернулся к ней. Его лицо не выражало ничего, но глаза горели ярким огнем, зарождавшим в нем злобу, - тебя нельзя оставить ни на минуту! Ты уже заебала затаскивать свою задницу в разные неприятности, из которых вылезти не в силах. Сиди тихо и не лезь пока не позовут. Айка хмыкнула: то о чем ей ныл Майк, сейчас еще раз подтвердил Ваас, только уже в более грубой форме. Ваас плевался и отмахивался от неё, лишь бы сказать что-то, что могло зацепить девушку. Иногда всем своим видом показывал, что она ему не нужна и находится здесь только по велению Волкера, но все же, может инстинкт свалившегося на него отцовства, может еще что-то побуждало его к нежности, из-за которой девушка совершенно запутывалась в его отношении к себе. - Я не думала что она так отреагирует, - прошептала Айка. Майк, по напряжению, царившему в комнате, решил оставить их наедине, ссылаясь на то, что пора заменить воду в чаше. Он быстро выхватил её и ушел, медленно закрывая за собой дверь. - Ты никогда не думаешь, ты просто делаешь, - Ваас прикрыл ладонью глаза. – Твои действия не несут смысла и какой-либо помощи обеим сторонам, и это твое восприятие бытия угнетает. Ты только портишь все, - он отвернулся от девушки и начал копаться в сундуке, ища что-то. - И ты жалеешь? – Ваас замер. Пауза длилась уже очень долго, но мужчина не собирался что-либо отвечать. Айка, расценив эту тишину в том, что он просто не понял вопроса, выдохнула и продолжила, - жалеешь, что тогда не отдал меня Хойту? - Наверное, - разнеслось по комнате, резко резавшее уши слово. Всего слово, на вопрос, который Айка задала скорее по глупости. Она хотела знать ответ, но не сейчас. Сейчас она понимала, что этот человек зол, но то с каким четким и адекватным тоном было произнесено, что сердце девушки оторвалось и упало куда-то вниз. Дыханье остановилось и не давало вырваться ни звуку. Девушка просто сидела на стуле, пытаясь понять, почему она сейчас готова расплакаться из-за человека, который на протяжении всего времени не подпускал её близко к себе. - Тогда я был готов убить тебя, но понял, что когда сдохну, в рай за это не попаду, - он поднял голову и теперь смотрел в стену перед собой, - и решил, что лучше убью кого-то из-за тебя. Айка обвела взглядом его силуэт, и, подавшись внезапному порыву, встала со стула и подошла к нему. Тонкие руки медленно обвили его торс, боясь, что он отвергнет её, и бросит пару язвительных слов. Но этого не произошло, он все также стоял и лишь глубоко вздохнул, когда щека коснулась его плеча. - Ты убил столько людей… ты можешь прожить все эти жизни… так ты никогда не умрешь, - она сильнее прижалась к нему. Все разговоры Вааса о смерти заканчивались быстро. Он так легко об этом говорил, что порой казалось, он ищет эту смерть. Но зачем? Для успокоения? Снова эта зловещая тишина и раздражающая лампа. Послышался короткий вздох, затем длинным выдох. Ваас повернулся. На его лице читалась такая редкая нежность, что девушка, улыбнулась, пытаясь подавить горечь внутри. Он протер дорожку от той единственной слезы, которая пробежала по её щеке. Шершавая кожа и грубые, небрежные движения – девушка еле сдержалась, чтобы не отвернуться от него. Он не смотрел ей в глаза, но было понятно, что его мысли находились в нем самом и его глаза нашли временный приют, с любопытством рассматривая распухшие губы девушки. Что-то внутри неё задрожало, когда он прикоснулся к разбитой губе, размазывая по ним кровь, вместе с соленой жидкостью на пальцах. Айка сморщилась, но продолжала изучать его лицо. Такое спокойное и отрешенное. - Тебе надо обработать раны, - прошептал он, когда его лицо оказалось слишком близко к её. Он коснулся кубами её виска, провел рукой по спине и быстро вышел, оставляя девушку в полном недоумении. - Я принес воду, - спустя мгновение, которое показалось Айке долгими минутами тяжелых раздумий, вошел Майк. Он снова усадил её на стул, достал из коробки бинт и продолжил процедуры. *** - Ваас, - хрипящий голос Волкера прервал Монтенегро, который прикуривал сигарету. Он подошел к боссу, - у тебя какие-то проблемы? – опасливо прищурился он. Ваас тряхнул головой и затянулся. - Вот и отлично. Девчонка натворила дел, разнесла почти все пригодные для жилья помещения, так что, - он сделал вид, что задумался, - тебе надо решить, куда поместить наших новых гостей. – Хойт презрительно ухмыльнулся, отчего Ваас нахмурился и отвернулся от него. - Пусть спят там, - он показал сигаретой на большой автобус. - Там лаборатория, Ваас, - пренебрежительно хмыкнул он, - придумай еще что-нибудь. Но Ваас, погруженный в свои мысли не услышал босса, а лишь безумно улыбнулся: - Знаешь в чем прикол, Хойт? Эта девка испытывает мои нервы, и делает все, чтобы я на неё злился, все время попадает в переделки. Это что-то… да это же… раз за разом, - он вдруг остановился, потел лоб свободной рукой и горько ухмыльнулся, - Ты знаешь, что такое безумие? Так вот и она. Она мое безумие. В отличие от обычного, я могу его почувствовать не просто мозгом, - он тыкнул пальцев в висок, - я могу дотронуться до него, ударить, даже заговорить и поцеловать! – вдруг вспылил он, - да, она самое настоящее безумие. Вааса вдруг осенило. Он широко улыбнулся и многозначительно посмотрел на дверь, из-за которой вышел Майк. Хойт, не обращая внимания на Вааса, посмотрел ему за спину. - Извините, - послышался женский голос. Это была Ташиморо. Она немного нервно переминалась с ноги на ногу, но старалась не выражать неправильных эмоций, только спокойствие. Ваас резко обернулся и небрежно поднес сигарету к губам. Осматривая ученую с ног до головы, он глубоко затянулся. Едкий дым ударил в глаза, отчего мужчина прищурился. - Вы что-то хотели? – интеллигентно спросил Хойт. - Я хотела бы извиниться за действие моей подчиненной, она не должна была… - сейчас девушка обращалась к Ваасу, но тот нагло её перебил. - Да не заморачивайся, она сама виновата, - он, казалось, вывел девушку из своего более-менее спокойного состояния и она, быстро поправив очки, глянула на Хойта. - Я бы хотела обсудить с вами кое-что, - Ташиморо показала свернутый трубочкой большой лист бумаги. Потом она подошла к столу за спинами мужчин и развернула его, поставив на края чудом не побитые чашки и стакан Хойта с остатками виски. - Нам нужно сюда, - она показала пальцем на место на карте, обозначенное кружком, - это далеко отсюда? – она повернулась к Хойту: тот, конечно же, повернулся к Ваасу. Волкер не особо разбирался в этой местности, ему это просто не нужно было. Это остров Монтенегро и он все знает, а Хойт лишь прилетает обговорить дела и привезти провиант. Ваас, чертыхнувшись про себя, подошел к столу и встал перед картой, немного подвинув плечом ученую. Она с любопытством и неким раздражением уставилась в карту, пока Ваас, изучая точки на карте, смело сыпал пеплом на бумагу. - Сорок минут на катере, - подытожил он, спустя минуту. Карта была расплывчата и видно, что набросана от руки, но узнать место было не очень сложно, если знать где это находится. - Когда мы можем отправиться? – она проследила за движением Монтенегро, когда тот бросил бычок в стакан. - Я не повезу вас туда, сейчас море не спокойно, и я предпочитаю сушу морю, - ученая, только хотела что-то сказать, как Хойт вцепился мертвой хваткой в плечо Вааса и что-то прошептал ему на ухо, иногда кидая злой взгляд на карту. Лицо Монтенегро сменилось на гневное. Он сплюнул на землю, что-то прорычал в ответ и ушел, оставляя испуганную Ташиморо с Хойтом. *** Ваас допивал последний стакан алкоголя, смотря на языки пламени, которые растворялись в воздухе, и иногда поглядывал на бунгало Айки, растягиваясь в улыбке. Лучшим наказанием было поселить к ней, хоть и ненадолго, трех ученых, которые еще не знали, что им предстоит на этом острове. Но и как не знали они, так и не знал Ваас. Ему бы устроить бойню с Ракъят и в очередной раз дать пинка под упругую задницу своей сестре. Но не выполнять приказы самолюбивой китаянки, которая так помешана на травках, что пошла на сделку с Хойтом. Кажется, она глупа раз согласилась на это, и похоже, глупее Айки, раз согласилась переночевать в её комнате, спать рядом со злой каракатицей – гиблое дело. Выплеснув остатки спиртного в огонь, который сразу же вспыхнул с новой силой, он поставил кружку на землю около бревна, на котором сидел, и отправился спать. В комнате все было как обычно. Тихо и спокойно. Кроме незваного гостя, который по-хозяйски расположился на его кровати и читал книгу, вооружившись фонариком. - Какого хуя ты здесь забыла? – прошипел Ваас, упираясь обоими руками в проем двери, расположив их над головой. - А ты думал, я буду с ними спать? – она вынула изо рта маленький фонарик и с ликованием, отразившимся на лице, посмотрела на силуэт Вааса, - плохое ты мне наказание придумал, - пропела девушка, снова утыкаясь в книгу, - лучше бы к тиграм отправил, как в прошлый раз. - С тебя хватит, - устало проговорил он, заходя внутрь и закрывая дверь, - мне надоело бегать за бинтами по всей базе. - Так ты и не бегаешь, - спокойно произнесла она, - за тебя это делает Майк. Твоя верная любимая собачонка. - Заткнись, - прорычал мужчина, снимая майку. Его спина оголилась и глаза девушки показались из-за книги, сверкнув в свете фонарика. Ваас не стал прогонять её, пусть лучше спит с ним, чем будет носиться по базе и нервировать животных в клетках. Он подошел к кровати и отдернул тонкое покрывало, под которое залезла Айка. Перед ним предстала немного полная фигурка в майке трусах. Повернув голову в бок, он хмыкнул и залез под одеяло рядом с ней, толкнув её в бедро, чтобы она подвинулась. Она уступила немного места, но все так же продолжала светить фонариком в книгу. - Выключай, - рыкнул Монтенегро, когда в его лицо посветили. - Нет, - эгоистично прозвенело над ухом. Тогда Ваас сел в кровати, вырвал книгу и вместе с выключенным фонариком, бросил её на пол со своей стороны. - На самом интересном месте, - прошептала девушка, сложив руки под грудью, и уставилась в затылок Монтенегро. Сбоку закопошились и все же улеглись. Но через минуту, рука пробежала по бедру Вааса, что вызвало в нем волну возмущения. - Сними штаны, - приказным тоном сказала Айка, словно окатив Вааса холодной водой. - Нет! Спустя минут двадцать, явно тешась мыслью о том, что мужчина заснул, она аккуратно откинула одеяло и попыталась перелезть через него и достать книгу. - Даже не думай, - сонно пробормотал Ваас.