Моя милая дочь

- Где, блять, эта тварь?! – раздался приглушенный голос еще не успокоившегося мужчины. От выстрела, последовавшего после кучи матерных слов и криков, Айка пришла в себя. Вздрогнула и замотала головой в разные стороны: она находилась в странном прямоугольном помещении, полном разной техники и чудных приспособлений. Девушка полусидела на небольшом диванчике, встроенном в стену этого помещения; все еще была завернута в плед, пахнущий пылью. Сейчас самым большим страхом было то, что Ваас найдет её и продолжит свое кровопийство. Послышался еще один выстрел где-то совсем близко, девушка сильнее закуталась в покрывало с головой. Тишина и минуты бездействия. В такие моменты мозг начинал искать путь спасения, и в голове проносилось только одно: «Отсюда надо бежать!». Глаза слезились от собственного дыхания, которое отбивалось от израненных коленок. От будоражащего воображение безмолвия вспотели руки, и стало невыносимо жарко под этим коконом из теплой ткани. Что-то зашумело и внутрь зашли. Айка зажмурилась: по скромным подсчетам, сейчас её должны стянуть с дивана и ударить головой о стену. Человек прошел вглубь автобуса и встал напротив девушки. Сердце застучало быстрее и тонкие пальцы сильнее сжали плед, боясь потерять мнимую опору. Но вместо этого, он открыл дверцу шкафа: обескураженная девушка резко подняла голову и увидела чуть узковатую спину Джо. Стараясь сильно не шуметь, он аккуратно перекладывал папки на другое место и отгребал рукой множество коричневых баночек. Он встал на носочки из-за чего казался еще тоньше, чем обычно; рубашка его была расстёгнута и смешно колыхалась на худощавом теле. Что-то недовольно пробурчал и повернул голову, ища нужный предмет на длинном столе. Айка шмыгнула носом, и парень резко обернулся. В силу своей неосторожности, он дернулся, ударился головой о не закрытую дверцу и свалил банку, стоящую на столе. Девушка приложила уйму сил, чтобы не засмеяться в голос, в то время как Джо быстро поднял банку и поставил её на место, еще раз при этом ударившись головой. Айка уже не скрывала улыбки, и когда он повернулся в очередной раз, она без смущения разглядывала парня: для столь худого человека, он был не плохо сложен, но все же уступал большинству мужчинам, находившимся на этом острове. Даже самый хилый пират из людей Вааса был раза в полтора крепче и шире него. Видно, там, откуда он приехал большинство имеют такое же телосложение, ведь известно, что за границами Рук Айленда люди не жалуют длительных войн и бесконечных стычек. Они пытаются решить все мирно, или прийти к принципу холодной войны – это наиболее выгодно для стран и нет бессмысленных жертв. Жаль, что Ваасу этого не объяснить; за годы нахождения здесь он построил свое государство с правилами, которые иногда бывают жестче, чем можно себе представить. - Ой, Айка, - он смущенно запахнул рубашку, - жарковато тут, не находишь? – получив в ответ кивок, Джо присел рядом с ней и, как маленький мальчик, сложил руки на коленях. - Как ты себя чувствуешь? – Айка не могла ничего ответить. Тревога, стыд и отвращение сковали ее: она с ужасом представляет себе момент, когда снова увидит эти шальные глаза. В ней зарождается желание покинуть это красивое только снаружи место, уйти в забытье, и отречься от всего этого, но её удерживает та страшная сила, которой не подвластны её желания. Эта сила – огонь в жилах, исступление полное безумия, которое навек поссорило мозг и сердце; они внутри бьются, а маленькой девочке больно. Она не понимает, почему именно она должна выносить это. Почему судьба так сыграла с ней? У неё нет родителей, нет тех ценных советов, которые дает мама, и крепкой опоры со стороны папы, да и в придачу, её вырастил тот, кто родителей её и отобрал. - Айка? – щеки коснулись теплые пальцы и девушка вздрогнула: только сейчас она поняла, что снова плачет. Те же слезы, что и в тот отрезок времени, когда ей сказали что родители больше не придут, а та игра, которую придумала мама, чтобы спрятать девочку, оказалась суровой реальностью. - Все в порядке, - Айка улыбнулась и вылезла из-под одеяла. Джо резко поднялся, когда увидел, как девушка сделала шаг в сторону и схватилась за поручень. В глазах резко потемнело, а колени задрожали, кажется, на этот раз Ваас немного перестарался. Её мягко обхватили за плечи и снова уложили на диван. Дверь автобуса открылась и в проходе появилась Киа Ташиморо: - Ты уже проснулась? – доброжелательно спросила она. Ученая улыбалась, но взъерошенные волосы, сбившееся дыхание и неестественно ровная спина, выдавали в ней то, что она серьезно поговорила с виновником, а руки сжатые в кулаки то, что их разговор был не особо милым и благоприятным. - Он просто невыносим, - подытожила женщина, а Айка лишь виновато улыбнулась, прося прощения за него. Всегда так было: Ваас что-то делает, а она извиняется. Киа больше ничего не говорила о нем. Она была больше озабочена тем, что пыталась выходить слабую девушку, которая только морщилась, когда её обрабатывали раны сильножгучим раствором. Когда Айка набралась сил, решила все-таки отправиться к себе, и снять налипшую на тело одежду. Джо, который за несколько часов успел рассказать и показать ей всю инфраструктуру автобуса, был категорически против. Большая Лиза же, тихо сидела в кресле и пила чай; Айка пыталась начать разговор с ней, извиниться за свою выходку в первый день их пребывания, но получила в ответ сухой кивок и сочувствующий взгляд. Как бы она не старалась, но вместе с ней к её бунгало пошла Киа. Айке было все еще тяжело идти, но помощь она не приняла; предпочла идти медленнее, но зато сама. К её удивлению, автобус ученых находился на территории базы, хоть был и спрятан между пышных деревьев. Вааса нигде не было, что воспламеняло в девушке толику любопытства: никто не знает, что он может вытворить на этот раз, в приступе ярости он любил срываться на все, что попадется ему. Когда они зашли в дом, девушка сразу же бросилась к одной из тумб; вытащила оттуда чистую одежду и начала переодеваться. Чтобы не приводить в смятение Айку, Киа подошла к столу и взяла в руки книгу. С обложки на неё смотрели обнимающаяся пара в старинной одежде; они держались за руки посреди леса, а внизу было подписано: «Ромео и Джульетта». «Ты у нас, оказывается, романтичная особа» - улыбнулась Ташиморо и мимолетно взглянула на Айку: девушка перестала переодеваться. Она сняла майку и сжала её в одной руке, в другой держала сверток, сделанный из сплошного пальмового листа. Айка осторожно развернула его, и оттуда выпало ожерелье. У Вааса всегда был экстравагантный вкус, вот и сейчас девушка подняла его подарок на восемнадцатилетие: на темно коричневой цепочке свое место нашли два клыка тигра, располагавшихся по бокам от розоватой жемчужины. - Мистер Монтенегро так извиняется? – рядом с Айкой возникла Киа, заинтересованно разглядывая ожерелье. - Нет, - отрешенно ответила девушка, - это подарок. - Подарок? – удивилась женщина. Она совсем забыла, что у Айки сегодня день рождения. Если это так, то Монтенегро и правда жестокий человек раз посмел так издеваться над Айкой, да еще и в такой день. Безразлично бросив ожерелье кровать, Айка продолжила переодеваться, в то время как Киа снисходительно покачала головой, соглашаясь с решением девушки. Айка с утра ничего не ела, так что следующим пунктом было отвести её в «столовую» и накормить. Пока она уплетала пищу, ним присоединился Джо. Он снова шутил и лучезарно улыбался оживленной девушке, только Айка забыла о боли и страхе, как на горизонте появился Ваас. Он зашел в ворота, держа в руке сумку, заметив Айку, с гневом смотрящую на него, сплюнул на землю и прибавил шаг. - Ну, привет, - оскалился мужчина, нагло подвинув девушку, та покорно уступила ему место на скамейке, - как у тебя дела, красавица моя? – он собственнически прижал её к себе, держа за плечи; девушка продолжала игнорировать его, сильно при этом съёжившись. Ваас нахмурился. Ему не понравилась неразговорчивость, поэтому он встряхнул её, положил ноги девушки к себе на колени: - Эй, ты,- обратился к Джо, - принеси мне выпить. Давай, активнее, - подбодрил парня Ваас. Джо, задыхаясь от нахальства, хотел было ответить Ваасу, но ученая вовремя ударила его под столом ногой. Парень вздохнул и удалился, а Ташиморо продолжала наблюдать за реакцией девушки: она не смотрела Ваасу в глаза, а созерцала совершенно неинтересные растения; осторожно опустила свои ноги на землю и приняла изначальное положение. Монтенегро зашипел и сжал бедро девушки, снова причиняя ей боль. Она вскрикнула и начала вырываться. Киа недолго думая решила вмешаться: - Мистер Монтенегро, вы ведете себя грубо… - Закрой пасть, perra,- прорычал Ваас. – ну что ты? Снова обиделась на меня? Это нормально. Ваас жестокий и злой, но он любит свою доченьку, - прошептал он Айке на ухо, - но ненавидит её ебучую женскую логику!!! - Айка отшатнулась от него. Такого крика она не ждала, как не ждали и все остальные. - И сколько еще ты будешь на меня злиться? – мило поинтересовался Ваас. - Долго. - Ты можешь хоть раз, блять, не ебать мне мозг? Сама виновата, нехуй на меня налетать! – взорвался мужчина. Он всплеснул рукой и ударил по столу. Айка отвернулась от него с недовольным выражением на лице, закусила губу и закатила глаза. Он даже извиняться не умеет, ведет себя как полный идиот, все время возмущается и злится. Она вздохнула и повернула голову в сторону быстро приближающегося пирата. - Ваас, у нас проблема, - отчеканил пират. Монтенегро лениво повернулся на голос, ничего не произнося, - северный аванпост подорвали, и у нас нет связи с ним. Все разом напряглись. Айка перестала дуться и повернулась в сторону Вааса. Он сильнее сжал плечи девушки рукой, буквально вжимая её в свое тело: - Айка, - прошипел он, - когда ты, блять, успела?! - Это не я, Ваас! – она вывернулась из его хватки. По всему острову ходили смешные истории о том, как она, начиная с 10 лет, ежемесячно подрывала запасы Вааса. Пираты злились, Ракъят смеялись, а девочка продолжала играть с опасными игрушками. - Собирай людей, - скомандовал Монтенегро. - Я поеду с тобой! – воскликнула Айка. Меньше всего ей хотелось оставаться в неведении. Киа удивленно уставилась на девушку: обычно молодые особы из кожи лезут, лишь бы не видеть страшных картин разорванных тел, а эта сама несется в бой, может, ей еще и шлем тут выдают? - Нет, ты остаешься здесь, - Ваас встал, потянулся, разминая спину, - убью в честь твоей днюхи пару повстанцев. - Я была бы рада, если бы ты этого не делал, - обреченным голосом отозвалась Айка. Ваас улыбнулся, поцеловал девушку в лоб, из-за чего она поморщилась, слишком колючим для неё было это прикосновение, и, издав радостный клич, запрыгнул в машину и во второй раз за день выехал за ворота.