Смертельный брак

Закончив эпопею в университете, мужчины попрощались со своими сестрами и направились поскорее покинуть злосчастное заведение. Пока Кольт курил возле ворот института, Булл вызывал свое любимое такси. Они молчали. Переводили дух. Хромированная дорогая машина остановилась, и водитель открыл двери для них. Сидя в авто, каждый из них смотрел в свое окно и думал. Заговорили они одновременно: — Зачем ты подвел сестру… — Мне так стыдно… Фразы их наслоились друг на друга, и они ничего не услышали. — Что? — Что? Кольт смутился и посмотрел на свои колени, однако переборол себя и продолжил: — Я знал, что звонить матери и рассказывать ей все — глупо, но не знал, как поступить иначе. Я даже не подозревал, что так облажаюсь. Хотя это понятно, что проблемы своих детей она решать не умеет — просто посмотри какой я. Но, несмотря ни на что, вина лежит на мне, и я подвел вас всех: и Джесс, и твою сестру, и тебя, и даже себя самого. Я не знаю, как я смогу загладить свою вину и смогу ли вообще… Джесси будет права, если перестанет мне доверять после такого. Булл рад, что снова услышал приятный голос парня. Интонация Кольта все еще успокаивала его, но смысл слов ужасал. — Что сказано, то сказано. Тем более все хорошо закончилось, а возможно, даже лучше, чем нам кажется. По крайней мере Джесси рассказала правду. А насчет доверия… Она же любит тебя, я видел, все образуется. Только, — Булл со вздохом опять стал искать взглядом что-то в окне, — жаль я не понравился твоей маме. — Я тоже не нравлюсь своей маме, — Кольт засмеялся, скорее истерически, чем весело. — Не переживай об этом. Думаю, все же главное, что ты нравишься мне, а не ей. *** Булл, держа в руках два огромных крафтовых пакета, спиной открыл дверь отельного номера, в котором прошлой ночью было то, чего вспоминать он решительно не желал. Кольт, растерянный тем, что ничем не помогал, ходил за мужчиной по пятам. На стол они стали раскладывать продукты. Вдруг среди стеклянных бутылок и фруктов он заметил большую пачку презервативов и лубрикант, что заставили его покраснеть. В магазин с мужчиной он не ходил, поэтому был ошарашен покупками. Булла же, который привык к таким вещам, это совершенно не тревожило, и он дальше вытаскивал содержимое. — Это что? — Кольта пробивала мелкая дрожь, пока он указывал пальцем на смутившие и отвратившие товары. — Контрацепция и смазка, — уверенно ответил Булл, не отвлекаясь от своего занятия. — Я имею в виду — зачем ты это купил? — Вроде в классе пятом преподают основы полового воспитания, нет? — Булл ухмыльнулся своему остроумию и сложил опустевшие пакеты. — Не передергивай! Ты понимаешь, о чем я, — Кольт сложил руки на груди, надувшись. Булл, в моменте освободив руки, притянул парня к себе и усадил на стол, оказываясь между его ног. Приблизившись к обожаемому лицу, нависая над ним, мужчина томно сказал: — Тебе прямо сейчас продемонстрировать, зачем это нужно? Парень отвел взгляд и постарался исказить свою физиономию до угрюмой, но щеки его все так же украшал милый румянец, который возбуждал Булла. Мужчина не сдержался и поцеловал Кольта за ухом. Довольный, он прижался щекой к его щеке и сжал бедра любовника. — Н-нет, обойдусь без демонстраций, — Кольт совершенно растерялся и не знал, куда деться. — Мне бы в душ сходить, взбодриться, — наконец придумал он. — Да, в душ — это хорошая идея, — мужчина похотливо стал тереться о промежность Кольта, сильнее повышая сексуальное напряжение между ними, — Может, мне сходить с тобой вместе и помочь? — он потерся носом о нос парня с хитрой ухмылкой. — Не делай этого, Булл, — абсолютно красный, Кольт пытался скрыть эрекцию руками. — Чего не делать? — издевательски, явно наслаждаясь своей экзекуцией, он закинул ноги Кольта на свою поясницу и подхватил со стола. — Куда ты меня тащишь? Поставь на пол! — парень покрепче обвил конечностями мускулистое тело, чтобы не рухнуть. — В душ, конечно же. Помогаю, чем могу, — Кольт, полностью убитый этим заявлением, лишь тяжело вздохнул и уткнулся в шею Буллу. Когда они уже были в ванной, мужчина аккуратно опустил Кольта на ноги и вышел из помещения, закрывая за собой дверь. — Дурак, — под нос прошипел Кольт, запираясь на щеколду. Подойдя к зеркалу, он с ужасом, но педантично всматривался в свое лицо и шею: из-под полурасстегнутого ворота рубашки выглядывали багровые уродливые засосы, а на щеке памятью о той ночи сиял отпечаток ладони Булла. Пока он не помнил о нем, лицо не ныло, но сейчас, глядя на него, Кольт чувствовал нарастающую хлесткую боль. Отскочив от отражения, как ошпаренный, он заметил, что в некоторых местах блузка была криво застегнута. И вот так он предстал перед матерью? Паника охватила его, безосновательный страх начал накрывать, а сердце бешено застучало. Теперь стало ясно, о чем хотела поговорить Джесси и за что он получил ядовитый взгляд от Белль. Испарина покрыла все его тело, а ноги стали ватными. Он поймал себя на мысли, что умирает. То же самое он испытал минувшей ночью, когда упал в обморок. Кажется, раньше такого не случалось… Все воспоминания окрасились бурым. Как кровь, вытекающая из вены, в которую медсестры-недоучки попадали не с первого раза. Как кровь, стекающая в канализацию вместе с зубной пастой. Как кровь из рассеченного подбородка. Как кровь на костящках пальцев, когда он учился постоять. Как кровь, застывшая отметинами под его кожей. Все воспоминания окрасились белым. Ослепительно белым, как потолок в психушке. Белым, как бинты, скрывающие неглубокие полосы на запястье. Белым, как унитаз в школе, с которым так часто встречалось его лицо. Белым, как улыбки всех тех, кто смеялся над ним. Белым, как его обескровленное отражение в зеркале только что. Все воспоминания окрасились черным. Черным, как грязный асфальт, по которому он шел, когда его прогнали с вечеринки.Черным, как преследующие его кошмары. Черным, как одинокие безлунные ночи в слезах. Черным, как расширенные зрачки Булла Бланко. Кольт обнаружил себя сидящим на холодном полу в окружении теней, тянущихся к его бледному телу. Он рвал волосы на голове скованными пальцами. Кроме пальцев, казалось, он был весь парализован. Его мысли были переполнены одной фразой. Пресловутое эхо угнетало его изнуренный разум и, сколько бы он ни старался перекричать этот голос в голове, он все равно был громче: «Ты умрешь!» и… он согласился. Внезапно Кольт понял, что, пусть это и пугало, но это выход. Это спасение. Это его личное искупление. Он зажмурился, дожидаясь конца, представляя, как Булл найдет его обесточенное тело, как Джесси будет бегать и орать возле его гроба, но… Но его отпустило. Будто ничего и не было, сердце начало ровно стучать, а напряженные руки смогли отлипнуть от внезапно полегчавшей головы. Кольт удивленно захлопал глазами. Кажется, нужно записаться еще и к психиатру. Он привычно посчитал в голове примерные расходы и с грустным вздохом попытался встать. Ватные ноги не слушались, и Кольт норовил вновь свалиться на кафель, но удержался за раковину. Включив воду, он спешно умыл лицо, старательно не глядя в зеркальное отражение. Он боялся, что, если все-таки взглянет на себя, тот Кольт, который был в зазеркалье, вытянет лапы и утащит его за собой. Туда, откуда он так отчаянно желал выбраться… Ход его тревожных мыслей оборвал стук в дверь, который еще больше напугал парня. — Обед уже готов, ты там еще долго? — Булл обеспокоенно постучал вновь. — Кольт? — Д-да, я скоро. Дай мне десять минут! — парень быстро включил воду в душевой кабине и скинул с себя все вещи. «Сколько же я тут проторчал?» Завершив, наверное, самые быстрые в своей жизни водные процедуры, Кольт, огорошенный навалившимися на него тяготами, вышел из ванной в одном белом полотенце. За крохотной барной стойкой сидел Булл и что-то увлеченно искал в своем телефоне. Услышав шлепающие шаги, он обернулся и вмиг поперхнулся пивом, которое только что безмятежно потягивал. Кольт заметил на лице Булла румянец и очень удивился, когда понял в каком именно виде он вышел. — Черт! — Черт! Их слова уже который раз за этот день вырвались одновременно, что заставило их пару секунд озадаченно попялиться друг на друга, а потом мгновенно расхохотаться. Булл добропорядочно не посягнул на подсевшего к нему полуголого Кольта, а встал и, в попытке отвлечься, расставил тарелки с кускусом и каким-то мясом в золотисто-медном соусе. — Ты это сам? — парень обрадовался долгожданному приему пищи, а потом еще больше разозлился на себя за то, что провел в ванной комнате Бог знает сколько времени. Булл посмотрел на Кольта с недоверием, но списал все на то, что в струях горячей воды парень терял остатки и так не большого разума. Он проигнорировал вопрос, торжественно представляя свое блюдо: — Куриное филе в томатном соусе. Чуть больше двух часов готовил. Не думал, что ты так надолго в ванной пропадешь. Кольт внимательно вгляделся в тарелку перед собой. Невольно, он вспомнил клейстероподобное картофельное пюре, которым пичкала его мать. Сам же Кольт готовить не умел, как и мать, так что предпочитал есть исключительно доставку и в заведениях, а воспоминания из детства навсегда заставили его брезговать домашней едой. Парень, все же выбравшись из видений, неопределенно дернул плечами и положил крошечный кусочек в рот. — Боже! — Кольт восхищенно посмотрел на недоумевающего Булла и буквально накинулся на свою тарелку. Он и не заметил, как проголодался за все это время. — Это очень вкусно! — с набитым ртом он попытался улыбнуться повару, но, догадавшись как неэстетично он выглядел, осекся. — Фух! Я уже подумал, тебе не понравится, — Булл смахнул со лба пот и принялся за трапезу тоже. — Я даже не догадывался, что в домашних условиях можно приготовить такую нежную курочку! Да и не знал, что ты вообще готовишь. Спасибо тебе! — он поглядел на смущенного брюнета, и что-то в сердце екнуло. Он осторожно приблизился к нему и быстро чмокнул в щеку. Отстранившись, Кольт самозабвенно улыбнулся. Для них обоих этот невинный жест был чем-то более интимным, чем происшествия вчерашней ночи, так что Булл решился взять парня за руку. Оглядывая нагое тело, Булла преследовала мысль об одежде. Казалось бы, логичнее было думать о том, как избавиться от нее вовсе, но сейчас, вдохновленный, а не возбужденный, он спросил: — Слушай… а ты не хочешь, не знаю, снова носить те секси-костюмчики? Ты красивый. В них. И, — он кивнул на полотенце, — без них тоже. — Я… но ты же сам просил меня не надевать их, — Кольт опешил. — Да блять, у меня стояк из-за них просто. Неудобно было, я все-таки там главный, — он потер лоб и ухмыльнулся, скрывая смущение. — Не понимаешь ничего, глупенький. Кольт потаращился на него с секунду, сморщил лицо: мимика у него была живая и активная. Придержав руками полотенце, он язвительно сказал: — Понятно. Я пойду оденусь. Слова Булла заставили его трепетать, и он не смог найти нужного ответа, и поэтому трусливо ушел. Смотря на себя в зеркало, пытаясь уложить мягкие рыжие волосы, он думал, как бы незаметно забрать свою домашнюю одежду, спрятанную в клумбе у ресторана. Полностью одетый, он возвратился к мужчине. Тот сидел задумчивый и, как всегда, травился сигарой. Сизый дымок развеивался почти мгновенно. Желание перекурить напало на него так же быстро, и он перехватил из больших теплых рук Булла сигару и затянулся, присаживаясь рядом. Булл только посмеялся, не стал нарушать атмосферу. Телефон Кольта завибрировал. Экран загорелся и показал сообщение, пришедшее от сестры. Джессика: Кольт, а ты в зеркало вообще смотрелся, когда ехал к нам? У тебя вся шея красная, да и на лице следы. Мама уже все уши мне прожужжала с этим — Блять, — Кольт ударил себя по лицу рукой. Вот, видимо, и настал тот момент, когда Джесси решила с ним поговорить… Парень показал открытое на заблокированном разбитом экране пока еще не прочитанное сообщение. Рыжий взял в руки старенький айфон и принялся тревожно печатать. Кольт: Клиент чучело Попался Не переживай, мвлышка Маму завербь, что все ок

Джессика:

Клиент тебе засосы поставил, все правильно поняла?

— Блять… — тревога его усугубилась. Булл подсел рядом, с интересом разглядывая экран. Кольт повернулся к нему с немым вопросом в глазах. Тот пожал плечами, предпочитая не влезать в семейные разборки. Кольт: Проницательно А у тебя чтр с Биби? Джессика: А у тебя что с Буллом? Кольт: Квиты — Не понял. В каком смысле? — затормозил Булл. — У наших сестер с нами намного больше точек соприкосновения, чем ты думаешь, — он небрежно отбросил телефон в сторону. — Ну я знал, что Биби хотела клитор проколоть… А Джесси-то что? Она, вроде, нормальная… — продолжал нести ахинею Булл. В такие моменты Кольт искренне сомневался не то, что в Булле, скорее в себе. Как можно было влюбиться в такого придурка? Ход его мыслей прервался неожиданным открытием: проколоть клитор? И это общее с Буллом? Кольт пытался покадрово вспомнить события прошлой ночи, вспоминая член бойфренда. Кажется, что-то и правда блестело на головке. Неужели?.. Массируя переносицу, Кольт устало, но терпеливо, выдохнул: — Не в том направлении мыслишь. Булл озадаченно складывал в уме факты, и вдруг лицо окрасилось озарением. — А… Типа они… да? — Типа да. Типа как мы. Понял — Понял… Стоп. А?.. — Там вещички мои забрать надо. Пошли, — парень мотнул головой и встал. Ненавязчиво Кольт перевел тему, ведь в такой ситуации что-то объяснять бесполезно. Однажды он сам все поймет. Или ему расскажет Биби. Но сам Кольт руки умывает. По крайней мере, на этот раз. — Какие еще вещички? Куда пойдем? — В клумбу. Скажи персоналу, чтобы запаковали обед — я дома поем. Голова Булла разрывалась от входящей информации и была не в состоянии обработать все сразу. Он безвольно следовал за рыжей макушкой в надежде расставить все по местам. Когда они оказались возле злополучного куста и Кольт, крадучись, забрал пакетик с одеждой, Булл совсем потупился. Он не был глупым, просто заточен под работу. Идеально зная свою сферу, Булл никогда не разбирался в отношениях. Всегда все было понятно: секс — значит секс, поцелуй — значит поцелуй. А с появлением Кольта все начало приобретать полутона, которые, естественно, сводили его с ума. Он чувствовал себя выброшенной на берег рыбой. — Совсем идиотом выгляжу или пойдет? — засунув руки в карманы, тихо спросил Булл. Улыбнувшись самой светлой и доброй своей улыбкой, Кольт подошел к нему, оставил поцелуй на его губах, сжав его лицо в ладонях. Этот жест значил куда больше любых слов, да и найти подходящих он не смог бы, растроганный ранее неизвестной чертой характера. Булл в ответ обхватил его талию, стискивая в объятиях, утыкаясь носом в шею. Продолжая наслаждаться теплом парня, Булл вызвал ему такси, нехотя отправляя домой. Поднявшись в квартиру, закрыв за собой дверь, первое, что сделал Кольт — прыгнул в кровать, трепетно обнимая подушки, преисполненный счастьем.