Анна покоряет Петербург

Этой ночью Яков спал, как убитый: сказался вчерашний насыщенный день. Штольман принял душ, побрился, надел свежую рубашку с чёрным жилетом и сюртуком и в итоге спустился к завтраку только в начале десятого. К его удивлению, Пётр Иванович с племянницей сами только недавно приступили к еде. - Доброе утро! Прошу прощения за задержку, но здешняя обстановка располагает к длительному отдыху! Он поцеловал ладошку сидящей за столом Ани, пожал руку Миронову и присоединился к завтраку, сев напротив девушки. Еда была очень вкусной, и за непринуждённой беседой время пролетело незаметно. Штольман хотел провести время до посещения борделя с пользой и, вскоре попрощавшись с Мироновыми, направился в полицейское отделение, чтобы освежить в памяти все детали, которые касались "Рая": три смерти, контрабанда и хотя бы намёк, что мог хранить его хозяин в месте, которое духи назвали "сердцем". *** Восстановив картины всех событий, следователь пообедал в любимом столичном ресторане и решительно направился к владениям Кострова, даже не подозревая, что приготовил для него этот вечер... Яков открыл тяжёлую дверь и попал в маленькую комнату, где располагался гардероб. Один приветливый мужчина принял пальто и шляпу Штольмана, а другой повёл по лестнице наверх. Следователь оказался в полумраке просторного помещения неправильной формы, заставленного круглыми столиками, на которых стояли свечи. Правее от него располагалась импровизированная сцена, а слева вдалеке - барная стойка. На сцене за чёрным роялем сидел молодой человек и играл в трио с двумя скрипачами приятную мелодию. К Якову сразу подошёл официант и провёл к одному из свободных столиков; хотя вечер только начинался, гостей уже было немало. Чтобы сохранить более менее трезвую голову и не быть подозрительным, мужчина, сев за предложенный стол, попросил бокал красного вина. Сделав пару глотков и пользуясь случаем, что другие посетители и работники мало обращают на него внимание, Штольман продолжил осматривать помещение: по периметру комнаты на стенах висели электрические светильники, от которых исходил мягкий свет и несколько картин, а рядом со сценой, баром и в самом дальнем углу имелись выходы, вероятно для персонала и самого хозяина. Яков оказался прав, так как в этот момент та самая дверь, которая находилась в отдалении, открылась, и в зал вошёл Костров. Штольман украдкой посмотрел на него: владелец борделя почти не изменился. Одного возраста с Яковом, волосы зачёсаны назад, дорогой костюм, который не скрывал брюшко. Разве что улыбка стала более мерзкой, а взгляд - более скользким. Следователь отвёл от Кострова взгляд, делая вид, будто не заметил его, и выпил ещё вина. Но вскоре он всё же услышал у себя за спиной низкий мужской голос. - Господин Штольман? Право, не ожидал увидеть! Большая честь для "Рая"! Яков мысленно глубоко вздохнул и встал, повернувшись к мужчине и натянув на лицо вежливую улыбку. - Добрый вечер, Михаил Аркадьевич! Составите компанию? Мужчины сели, и Костров дал знак официанту принести выпить. - Яков Платонович, Вы тоже пришли по поводу несчастной мадам Люре? Неужели, её и правда кто-то отравил в моём "Раю"? - Простите, но я не понимаю, о чём речь, - начал Штольман, стараясь врать убедительно. Костров с искренним удивлением посмотрел на мужчину. - Разве Вам ничего не известно? И полиция не поделилась с господином следователем этим ужасным фактом? - явное подозрение в голосе. Яков грустно усмехнулся, смотря на свой бокал. - Увы, после той неприятной истории, в которой меня обвинили в шпионаже, и из-за плотного общения с госпожой Нежинской ко мне больше нет того доверия, что было раньше, - мужчина вновь сделал глоток вина и посмотрел на Михаила Аркадьевича. - История действительно неприятная! Так полиция нашла отравителя? - Да какое там... - на вид без притворства зло выдохнул Костров. - Перевернули заведение, опросили моих людей и уважаемых гостей, и до сих пор - ничего! Похоже, сказывается Ваше отсутствие, Яков Платонович. Уж Вы то быстро во всём разобрались бы! Штольман выслушал эту грубую лесть и пожал плечами, мол, как знать. - И какими же судьбами вы забрели сегодня ко мне в "Рай"? - за время разговора хозяин выпил несколько рюмок коньяка и слегка захмелел. - Насколько мне известно, Вы здесь ранее не бывали. - Одинокому мужчине иногда бывает невыносимо зимними вечерами сидеть в пустой квартире... - с притворной грустью в голосе произнёс Яков. Костров же понимающе кивнул и неприятно улыбнулся. - Желаете провести вечер в приятной компании? - ядовито прошептал управляющий. - В данный момент мне доставляет удовольствие просто лицезреть прекрасных дам. В доказательство слов мужчины мимо его столика проплыли две минималистично одетые девушки, чьи открытые плечи с декольте и стройные ноги притягивали взгляды всех мужчин в зале. Однако Штольман лишь сделал вид, что увлечённо рассматривает девиц. - Как угодно, Яков Платонович! - Костров поднялся из-за стола. - Но Вы можете обратиться ко мне в любой момент! Следователь тоже поднялся и из приличия пожал Михаилу руку. Тот хотел было уйти, но вдруг передумал. - Господин Штольман! Поймите меня правильно! У меня в заведении гости отдыхают в приятной компании! Думаю, Вам ни к чему носить с собой револьвер? Это даже несколько оскорбительно! - с ироничным возмущением сказал Костров. Яков тоже улыбнулся, но внутренне напрягся. Он думал, заметить небольшой пистолет через плотную ткань сюртука не так просто. - Сила привычки! Без оружия уже никуда! - И всё же я настаиваю! Это также вопрос безопасности! - продолжал настаивать хозяин борделя. Следователь нехотя достал револьвер из внутреннего кармана и отдал мужчине. "Всё же этот сукин сын не так прост!" - Хорошего вечера! - напоследок сказал Михаил и оставил Якова одного. Если не считать потерю оружия, всё складывалось неплохо. Костров поверил Штольману, и, пожалуй, с ним можно будет поговорить ещё раз, но позже. Сейчас надо было найти возможность пробраться в комнаты для персонала. Гостей значительно прибавилось: одни сидели за столиками, другие стояли у бара, третьи вели беседы около сцены. В такой толпе проникнуть в служебные помещения вполне реально. Но только Яков хотел подняться, как дверь у сцены отворилась и пропустила в зал ослепительно красивую девушку. Она грациозно прошла мимо первого ряда столиков и остановилась около рояля, смотря на гостей. Штольман не хотел этого признавать, но он действительно был ослеплён. Серебряное сверкающее платье с тонкими бретельками облегало прекрасную фигуру, разрез с одной стороны открывал вид на длинные ноги, а кудрявые распущённые волосы падали на оголённые плечи. Незнакомка начала исполнять французский романс под инструментальный аккомпанемент. Её голос завораживал: не оперный, но мягкий, тягучий и глубокий. Яков так и остался сидеть, смотря на неё и слушая романс. Девушка была в чёрной кружевной маске, скрывавшей верхнюю половину лица, от чего казалась ещё более загадочной. Но всё же следователь прекрасно видел её глаза, её улыбку...Продолжал смотреть на пышные волосы, тонкие руки... И вот, когда романс закончился, а в зале послышались бурные аплодисменты, один Штольман не смог пошевелить и пальцем. Даже дышать было трудно. Оглядевшись и найдя среди гостей хозяина, мужчина подозвал его к себе. - Устройте мне личное свидание с этой мадмуазель, - нетерпеливо сказал Яков, взглядом указывая на певицу, болтающую с пианистом. Костров кивнул и, подойдя к девушке, которая, кажется, собиралась на время покинуть зал, прошептал ей что-то на ухо. Яков заметил, как солистка вспыхнула и начала протестовать, но, когда управляющий кивнул в сторону Штольмана, незнакомка замолчала и покорно опустила взгляд. Костров отпустил её, и девушка направилась к самой дальней двери зала. Хозяин "Рая" вновь подошёл к следователю. - Идите за ней, - довольным голосом произнёс он. За той дверью располагался небольшой коридор с ещё несколькими дверьми. В одну из таких и зашла девушка. Войдя следом за ней, мужчина закрыл дверь на замок. Рядом с большим окном стояла широкая кровать, а справа у стены - уютный диван и столик с вазой, в которой лежали разные фрукты, и бутылкой шампанского. Яков прислонился спиной к закрытой двери и скрестил руки на груди. Девушка только сейчас повернулась к мужчине лицом, скрытым маской. - Аня, если ты хотела моей смерти, то могла бы выбрать менее изощрённый способ...