Тараканий король

Тараканий король стоял на крыше и курил. Холодный питерский ветер бросал в лицо и за шиворот комья мокрого снега, норовил затушить помятый бычок. Слышались звуки отдалённых выстрелов и потусторонние взвизгивания тварей. Тучи отражали зарево взрывов и вспышки заклинаний. Куда-то били молнии, слишком прямые и предсказуемые, чтобы быть настоящими. Скорее всего, сейчас где-то сверху танцуют эльфы, жаль, за тучами не разглядеть... Но вот молнии прекратились, отгремел последний гром. Скорее всего, этот маг уже мёртв. Физиком был, наверное. Тараканий король выпустил вперёд струю горького дыма. К чёрту всё... Какой прок от сигарет, если его не берут яды? Ни спрей от тараканов, ни крысиная отрава, ни алкоголь, ни табак. Только крыша и скука. Не так уж и плохо, вообще-то. Он хотя бы жив, а не стал безмозглым трёхголовым демоном, как напарник. Вон он, на соседней крыше. Сидит, как истукан. Ждёт. Кожистые крылья прикрывают от ветра и чёртова снега. Две головы вечно спят, потому как три глотки кормить накладнее, чем одну. Даже человечиной. Корона пустила корни в голову и контролирует разум. Системный предмет... Тараканий король содрогнулся и торопливо отвёл взгляд, поправляя медную бляшку на плаще, поверхность которого едва слышно похрустывала при движении. Возможно, от неё даже отражалось бы солнце, но выгляни оно – и цвет плаща интересовал бы Короля в последнюю очередь. Чёртова гелиофобия... Сигарета потухла, но ждать просто так слишком скучно. Молодой мужчина вздохнул, поглаживая хитиновую поверхность своего фамильяра. – Хреново мне, Стасик. [2] Таракан понимающе пошевелил усами, но промолчал. Больше всего на свете он любил быть со своим хозяином и молчание нравилось им обоим. Это была атмосфера единения душ, в которой размышляли, казалось, величайшие философы древности. В любом хаосе всегда найдутся такие места и люди, которые, кажется, не двигаются вовсе, и именно они двигают всё и сразу. Порождают ли они хаос? Отнюдь. Но они способны измерить его и оценить. Пусть, возможно, всего на мгновение, но всё же... [1] Стасик высокие материи глубоко презирал, а к низшим совершенно осознанно относил себя самого. Кем ещё ему быть? Высшей формой жизни? Ха! Даже человеческое обличье его не прельщало, а после того случая, когда хозяин застал его... Кхм, наедине с самим собой... Славик больше не принимал человеческий облик. И во время следующего перерождения тоже. И потом. Поначалу хозяин извинялся, искренне и долго. И в его глазах явно мелькало любопытство. Он обещал достать живым, невредимым и крепко связанным любого, кто приглянулся его товарищу, чтобы жалкая тараканья жизнь стала хоть чуть-чуть лучше. В конце концов, они торчат тут совершенно одни, неспособные взлететь или выйти из локации. Жить в квартире они уже пробовали, но нет смысла торчать в духоте и грязи, а также в месте, которое постоянно громят и обносят очередные "герои". Кстати о них. Учебный семестр уже заканчивается, студенты пыхтят на сессии. Они убили великое множество тараканов и довольно сильно расслабились, но экзаменаторы с верхних этажей общежития на совершенно ином уровне. Спрей больше не поможет, а такой большой тапок не влезет в дверной проём. Хитиновая броня не пропускает большинство снарядов, а выносливость и плодовитость поражает. Да, они не регенерируют, как ящерицы, и не используют зубы, когти и хвосты, как крысы. Однако они способны сражаться, находясь на потолке, сбегать через малейшие щели в окружении, и заражать всех вокруг страшнейшими болезнями. Так что даже сбежав от экзаменатора придётся лечиться зельями, количество которых не бесконечно, а также пережить парочку болезненных волн врагов в преддверии пересдачи. Но для студентов ведь это нормально – не спать по ночам, не правда ли? И всё же, судя по всему, у нас тут экстерн. Посмотрим... Так и есть, довольно большая группа выпускников почти закрыла свои долги, но какие же чудовищные потери! Судя по всему, очередной староста-тиран, который держит всех при себе путём запугивания и не гнушается скормить товарища твари, если это поможет выжить или победить. Встречаются и такие, причём выживаемость у них неплохая... Пока что. И второй год им, как правило, нравится... Поначалу. Всё же, Крысиный король любит подлецов в своей локации, однако даже когда он предлагает мир, пожимать ему руку – не лучшая идея. Кроха системной магии под когтями, глубоко впивающимися в руку, и вот – у Его Величества новый подданный. Эти отметины, бывает, даже можно заметить на лапках... Но кто рассматривает жалких однотипных мобов, верно? Вы ведь выше этого. После первого этапа обучения вы попали в одно из лучших учебных заведений нового мира. У вас даже будет шанс заработать там, снаружи, награду побольше, чем просто существование. И всё же, под ноги лучше смотреть, там могут быть разбросаны грабли... Или кошельки. – Готовься, друг мой. Ученики пришли. *** Босс локации первого курса очнулся на верхнем этаже общежития, лёжа на полуразвалившейся кровати, из матраса которой, однако, не торчали пружины. К тому же, две кровати были сдвинуты вместе и составляли одну двуспальную: для короля и его фамильяра. Конечно же, ни больших или хотя бы целых одеял, ни простыней нужного размера не было. И всё же... Лучшие покои для венценосной особы! Тараканий король хмыкнул и грустно усмехнулся. Рядом, застонав, приоткрыл глаза мальчик с медно-коричневыми волосами, уложенными в идеально прямое каре, светло-карими глазами и, казалось, ровным медным загаром. После воскрешения соображать всегда тяжело, а уж таким низкоуровневым разумным НПС, как они, – и вовсе больно. Тараканий король взял в руку ладошку мальчика и прошептал: – Прошу, говори со мной иногда. Одиночество изматывает. После этого он отстранился и углубился в системное настроечное окно. Пора создать пару десятков подданных для воспроизводства и провести первое вводное занятие. Групповая практическая работа по теме "Самооборона". Резюмируем и закрепляем всё, что было изучено в школе, делаем затравку на более сильных противников, которыми уже окружена территория "классной комнаты" – базы, на которую враги, сильнее школьных, заходят только по случаю больших работ, таких как зачёты и экзамены. Первых трёх этажей пока хватит, остальные заполним по мере необходимости. Тараканий король тяжело выдохнул и потёр глаза. Солнце клонилось к закату. Длинные алые полосы расчертили пространство комнаты. Свежесозданные насекомые-рабочие сжирали сгнившую с прошлого раза снедь, другие же тащили что-то более съедобное. Стасик сладко спал. Он так и не сдвинулся с места с самого возрождения, но и в таракана не обратился. Во все предыдущие разы после того инцидента он обращался, как только появлялась такая возможность... Король попытался разбудить его помягче, но его желание тут же преобразовалось в системный вызов фамильяра, а такой бы и мёртвого разбудил. Если сил хватит, конечно. Они поели. Стасик на это время, не выдержав вкуса подтухающей пищи, обратился. Но потом вернулся в человеческий облик. Когда они ложились спать, фамильяр вдруг лёг ближе и положил голову на плечо хозяину, используя его как подушку. Тараканий король замер и постарался не дышать. Он с самого начала дал себе зарок: не притрагиваться к Стасику в его человеческом облике без крайней на то необходимости. Это ребёнок и точка. Ни потрясти за плечо, чтобы разбудить, ни пригладить растрепавшиеся от ветра волосы, ни обнять, ни посадить на плечи, чтобы получше разглядеть битву вдалеке – ничего из этого. Не дай Администратор, ребёнок что-то к нему почувствует, как чувствуют многие фамильяры по отношению к хозяевам! Тихий, вдумчивый их мир полностью устраивал Короля. А теперь Стасик спит на его плече, и сна – ни в одном глазу... Хотя... Сегодня был слишком тяжёлый день даже для короля. Засыпая, Тараканий король лишь краем сознания отметил, что из уголков его глаз вытекли слезинки. Иначе он, конечно, тут же стёр бы их. Как можно жалеть себя, как можно быть слабым, если рядом с ним тот, кто нуждается в опоре и поддержке больше, чем кто-либо ещё в этом безумном мире? Нет, Тараканий король не мог себе этого позволить, иначе его самоуважение бы рухнуло, а это один из тех столпов, которые ещё крепко стояли среди обломков былого. В конце концов, перед каждой смертью перед его глазами проносились лица тех, кто не смог пройти босса локации первого курса. И он уверен, у Стасика было так же. Лица тех, кого они убили, десятки, каждый, каждый чёртов раз... Король старался выкидывать своего фамильяра на передовую, чтобы он в пылу битвы хоть как-то освободился от стресса и гнетущих чувств тоски и вины, а сам по мере сил защищал товарища и добивал противников, избавляя ребёнка от непосильной ноши. Когда же сам Стасик проигрывал, Тараканий король старался быть с ним рядом в последние минуты, не оставлять его одного. И когда ребёнок переставал дышать (иногда на это уходили мучительные минуты, которые Король не мог сократить, ведь нападение на своего фамильяра жестоко каралось системой, но чаще смерть была практически мгновенной), Тараканий король с особой яростью набрасывался на врагов. Ведь стоит ему победить, и он выиграет время для возрождения Стасика, а значит, возможно, подарит ему смерть без видений для следующего боя. Да, иногда мужчине хотелось подумать о том, что лишало сна и покоя. О том, что они заперты тут, прикованы к стенам общежития собственной слабостью. Мысли лезли в голову, как тараканы. Но он нещадно их давил во имя их хрупкого, почти эфемерного благополучия. Чтобы не сойти с ума. Чтобы не пытаться сбежать. Чтобы не стать бездумной марионеткой системы. А бляшка плаща сыто поблёскивала медно-алыми боками в темноте...