В плену у Дьявола

Эль

      Я просыпаюсь от того, что рука Тимоти крепко сжала мою талию, а нога легла на бедра. Попытавшись перевернуться, он просыпается и еще крепче прижимает меня к себе. Свет просачивался сквозь занавески, часы показывали час дня. От нас пахло потом и спермой. Вспоминаю прошлую ночь и щеки заливаются краской. Месяцы и, наверное, годы воздержания от секса дали свои плоды. Одежда валялась где попало, стакан был опрокинут и разлит по белому ковру.              — Черт, — улыбаюсь самой себе и начинаю потирать лоб.             Голова адски болела, так долго я еще никогда не спала.             — Понимаю, — сонным голосом шепчет мне Тимоти. — Я не могу пошевелиться.             — Я тоже.             Он целует в мое плечо и медленными движениями мы отстраняемся друг от друга и поудобней располагаемся на кровати.             — Мы проспали пол дня, пора вставать, — я тянусь за одеждой, но рука Тимоти тянет меня обратно.             — Нет, нет, не покидай меня, дай мне еще минуту.             Так мы уснули еще на два часа. Я проснулась первой и вышла из комнаты. Дом преобразился, ни осколков от вазы и окон, ни следов крови на полу, разбросанных цветов. Мы пропустили уборку? Слышу голос Фелисити и вхожу на кухню.             — Проснулась?              — Да, бессонная ночь, — начинаю зевать.             — Да, я это поняла. Пока ты громко кричала и просила бога сделать еще и еще, мы успели тут все убрать, дом блестит и выглядит как новый.             Мне на минуточку становится стыдно, пока не входит полуголый Тимоти. Он хватает меня сзади и поднимает, целуя в шею.             — Сбежала, придется заплатить, — он сажает меня на столешницу и раздвигает ноги.             — Кхм…кхм…мистер Шаламе, вы пропустили завтрак, обед на столе, — Фелисити уходит, оставляя нас полными придурками.             Мы заливаемся смехом и следуем в гостиную. На улице стояла жара. Я накинулась на тарелку от неописуемого голода.             — У меня болят бедра и совсем неудобно сидеть, — заявляю я.             — Идем, — он хлопает по своим ногам, приглашая присесть.             Я беру свою тарелку и обойдя стол, сажусь на его колени. Шаловливая рука Тимоти тут же раздвигает подол халата и начинает гладить меня, медленно проникая внутрь.             — Тимоти, — тихо зову его.             — Вкусно, не так ли? — он облизывает свои пальцы, макая их в соус, это выглядело так сексуально, я не выдерживаю и целую его, жадно, как это было вчера.             Мой язык проникает внутрь и встречается с его. Я слегла встаю и сажусь на него. Его плоть касается моей и отодвинув его трусы, он проникает в меня мгновенно. Я издаю стон и начинаю двигать бедрами из стороны в сторону.             Он хватает меня за волосы и начинает их тянуть, давая свободу моей шее для его поцелуев.             — Боже милостивый, твоя шея.             — Что с ней?             — Потом увидишь, — он покрывает меня поцелуями, стягивает халат и он падает на мои бедра.             Я хватаюсь за ручки стула.             — Я хочу кончить, черт.             — Да, давай, — я двигаюсь чуть быстрей, достигая своей кульминации и сжимаю его член, давая понять, что он может кончить.             — Ты уверена?             — Да, об этом не беспокойся.             И я чувствую, как он изливается у меня внутри. Моя голова падает на его плечо.             — От нас пахнет, как от свиней, нужно помыться.             Я встаю и вытираю внизу халатом. Душ смывает следы прошлой ночи и я возвращаюсь в свою комнату. По приказу Тимоти ребят, что напали на дом, отпустили. Я звоню Питеру, но он снова не берет трубку, поэтому посылаю ему сообщение.             Я сильно волновалась о нем, как он?              — Тук-тук, можно? — в дверях появляется Тимоти.             — Конечно.             Я закрываю крышку ноутбук и встаю со стула.             — То платье, что ты надевала, когда мы были в клубе, еще у тебя?             — Да.             — Хммм…я хочу, чтобы ты его надела, сегодня, — он целует меня и выходит.             В животе все сжалось, приятное чувство. Но что он задумал. Когда время приблизилось к восьми часам, я была готова.             Тимоти стоял около машины, облокотившись на нее и говорил со своей охраной. На нем была белая рубашка, с завернутыми рукавами.             — Так бы и отымел тебя здесь, прямо сейчас, как считаешь?             Бен, охранник, делает вид, что кашляет и садится за водительское сиденье. Я не знала куда мы едем, да и Тимоти хранил молчание. Всю дорогу мы обнимались и ласкали друг друга.             Машина останавливается и мы наконец выходим. Поднимаю голову наверх и читаю неоновую надпись.             — «Вишенка на торте?», это что? Куда ты меня привез?             — Увидишь.             Он берет меня за талию и ведет к входу. Внутри пахло чем-то экзотическим, но музыка играла не так громко как в клубе. Это было не клуб.             Точнее быть клуб, но стриптиз-клуб.             Играла мелодичная музыка, мужчины сидели за полукруглыми диванами и пили коктейли. Девушки танцевали и крутились вокруг шеста.             Я ловлю взглядом одну из них и начинаю наблюдать, она снимает вверх купальника и бросает его на джентльмена, что сидел рядом.             — Что мы тут делаем? — шепчу Тимоти.             — Отдыхаем.             Он подводит меня к столику, который он успел забронировать. Нам приносят напитки и закуски. Ладонь Тимоти накрывает мое колено и слегка начинает сжимать. Но я не могла расслабиться, я была наоборот напряжена.             — Мне здесь не нравится, может уйдем?             — Хорошо, посидим еще немного и уйдем.             К нам подсаживается парень и раскрывает перед Тимоти какую-то папку. Прекрасно, идеальное место, чтобы обсудить дела. Они говорили о своих делах, пока я пила и пила, и продолжала пить, потому что мне было скучно.             К моменту, когда они закончили, к Тимоти подошла одна из девиц и начала его гладить, а позже, разворачивается к нему спиной и садится на него.             — Эммм… — ошеломленный Тимоти смотрит на меня и разводит руками, давая понять, что он тут не причем и вообще ничего не понимает.             Я выпиваю до дна еще три стакана с шотами, и ничего не закусив встаю.             — Ты куда?             Но я ему ничего не ответила. Я пила на пустой желудок и немного покачивалась. Я шла на сцену. Шест был свободный и я поднялась к нему. Нахожу глазами Тимоти и вижу, что он отогнал от себя девицу и встал, злобно поглядывая на меня.             Я смотрю на человека, что стоял около аппаратуры, он кивает мне и включает музыку. Играет медленная NIIA-LAST NIGHT IN LOS FELIZ и я поднимаю руки. Подол платья поднимается наверх, показывая мои бедра и цвет моего нижнего белья. Я распускаю волосы и бросаю резинку куда-то. Я хватаюсь за шест и начинаю извиваться рядом с ним.             Все отбросили свои дела и их взгляды были прикованы ко мне. Девушки смотрели на меня и улыбались. На полу лежало конфети. Я становлюсь на колени и поднимаю свое платье, оголяя живот, слышу крики и возгласы, поднять еще выше, но я этого не делаю и встаю. Опускаю руки и медленными движениями начинаю стягивать с себя трусики. Снимаю и бросаю его кому-то на колени.             — Да, детка, еще, еще.             Я глядела только на одного представителя мужского пола, на Тимоти. Его руки находилась в кармане и шевелились, да, да, правильно Тимоти, подготовь своего дружка для меня.             Один из мужчин встает со своего стола и подходит к сцене. Вынимает несколько купюр и протягивает их мне.             — Я добавлю еще столько же, если ты покажешь свои сиськи, давай же, крошка, сними свое платье, оно на тебе явно лишнее.             Я потянулась за подолом платья, но тут оказывается Тимоти и толкает бедного мужика с купюрами в руке.             — Она будет показывать их только мне, — хватает меня за талию и кладет себе на плечо.             Голова кружится, но я оставалась в сознании. Он нес меня на плече через темный коридор.             — Мужик, за комнату надо платить, — он отдает свой кошелек человеку. — Мерси.             — Ближайшие три часа нас не беспокоить, исчезни.             Ярко-красный свет ослепляет мои глаза. Тимоти ставит меня на пол. Я оглядываюсь и понимаю, что это комната для вип-гостей, со всеми удобствами для наслаждений.              Тимоти закрывает за мной дверь и подходит ко мне. Его дыхание обжигало мое плечо. От убирает волосы с моей шеи и целует туда.             — Тебе нравится злить меня?             — Ммм…             — Скажи это.             Он разворачивает меня лицом к себе.             — Чувствуешь его? — он берет мою руку и накрывает им свой набухший член. — Ты меня сильно разозлила.             Обходит меня и садится на розовый диван. Слышу музыку, и понимаю, что он просит станцевать для него. Я облизываю губы и приступаю к танцу. Танцевать для него и только для него мне хотелось все больше и больше. Он дразнил меня, я закрываю глаза и начинаю свои движения. На мне не было нижнего белья, только это платье, которое он так ненавидит.             Я подхожу к стене и начинаю прижиматься к ней, представляя что это шест, или Тимоти. Я сползаю по стене вниз, потом поднимаюсь.             — Хватит, — велит мне он и подходит ко мне.             Прижимается ко мне бедрами и хватает меня за шею.             — Маленькая и такая непослушная, мне нравится, — он проводит своим языком по моей нижней губе и кусает ее.             Лямка моего платья рвется, оголяя правую грудь.             — Ой, — все, что говорю я.             Следующие действия Тимоти были за гранью невозможного. Он рвет на мне платье, блестки падают на пол. Это платье было единственным, в чем я приехала сюда, и единственным, что укрывало меня. Но я не думала об этом.             Рука Тимоти спускается вниз и начинает гладить меня.             — Боже, ты такая мокрая.             Он разворачивает меня спиной к себе и секунду спустя входит сильными толчками. Резкими движениями он входил и выходил, кусая меня за плечо. Засосы, что я покрыла тоналкой, стали заметными и придавала некий особый шарм в этом.             — Тебе нравится меня злить?             — Да, нравится.             — Тебе нравится, как я тебя трахаю?             — Да.             Он кончает и мы валимся с ним на пол. Я оказываюсь на нем и лежу так несколько минут, приводя себя в чувство.             — Нельзя, чтобы тебя видели голой.             Он снимает свою рубашку и одевает меня. Мы выходим из этой комнаты, пропитанной похотью и грязным сексом. Глаза гостей были прикованы к нам. Лохматые и измотанные мы обходим всех и выходим через черный выход.             Я сажусь в машину и выдыхаю. Теперь я в безопасности, от всех этих взглядов. Бен снимает с себя пиджак и протягивает Тимоти.             Пока мы ехали обратно домой, я заснула на плече своего искусителя.