Барьер

Это было проблемой. Мебель летала по разным частям комнаты. Так не может продолжаться. Стол летит в сторону входной двери. "Я не хочу это чувствовать." Зеркало разбивается на множество кусочков. Осколки летят в стороны, а Монтгомери застывает с кулаком, впечатаным в середину зеркала. Рука кровоточит, но кто обратит на это внимание сейчас? Всё резко стало неважно. Резко стал важен Фредди. Монтгомери считал, что чувствам нужно время, они не могут появиться спонтанно, хотя бы не так быстро. Не так быстро. Возможно, он просто хватается за человека, который смог помочь ему хоть немного забыть про его проблемы. Возможно, это всё — лишь обман, игра его сломанной к херам психики. Он не хотел приносить Фредди проблем просто из-за того, что занял роль утопающего. Мысли не дают продыха, сделать вдох сложно. "Заткнитесь, заткнитесь, хватит!.." Не сразу он заметил стук в дверь. По остаткам зеркала стекала кровь и образовывала уже приличную лужу. Нужно совладать с собой. Вдох, выдох. Стук раздался снова. Монтгомери отворил дверь. За ней стоял Фредди. Он был взволнован. — Всё нормально? Монти завис на минуту. Проблема была не в том, чтобы ответить, нет. Просто он действительно не понимал, как этот человек приходил так вовремя, почему каждый раз он приходит узнать, как гитарист себя чувствует. Такое чувство, будто ему есть дело до этого, словно ему не всё равно на состояние Монтгомери. Можно ли назвать это заботой? Или это просто способ показать, что Фредди не всё равно, сделать вид, будто он переживает за всех в их команде? Понять это пока что Монти не мог. Он вспомнил, из-за чего это началось. Неприятное чувство в груди. Черт побери, он действительно помешан на этом вокалисте... — Все нормально. Сказал как отрезал. Между строк можно было заметить крик о помощи. Справиться со всем, что свалилось, самому казалось уже нереальным. Вопрос оставался за тем, был ли Фред настолько проницательным, чтобы это заметить. Он был. — Могу я войти? Что же он делает? Пытается понять, что на душе у гитариста? Зачем ему помогать? Они особо даже не общались, они чужаки по сути. Но что-то тянет узнать про Монтгомери больше, помочь выбросить половину ненужных мыслей из головы и просто жить. Губы снова кровоточат. Монти был в замешательстве. Он не знал, стоит ли позволять Фреду приближаться настолько близко, обнажать не клыки, а душу. По жизни он привык посылать всех к чёрту, защищаться и просто выживать. Раньше проблем с чувствами не было, он знал, что они значат и откуда взялись, но в этот раз он не понимал ни их происхождения, ни цели. Они просто есть. Шанс узнать упускать было бы глупо. — Входи. Картина не из лучших. Хаос — то, что преследовало Монтгомери на протяжении жизни, хаос вокруг, в голове, да и во всем в принципе. Это удручало. Надежда была. Надежда на то, что Фредди мог бы чувствовать то же, что и он к нему. Но разве можно чувствовать нечто подобное к гитаристу? Никто не захочет справляться с его сложным характером, тихими истериками и агрессией изо дня в день. К изменениям толкало многое. Его не сильно волновало мнение людей по этому поводу, но почему бы не попытаться изменить мнение определенного человека насчёт себя? Фредди думал, что изменения и не нужны. Монтгомери нужно было лишь разобраться в себе. Менять себя — почти всегда означало потерять что-то, какую-то свою часть во время этого. Монти нравился Фредди таким, каким он был сейчас. Можно было научиться контролировать свой взрывной характер. Он был по-своему прекрасным, живым, громким. На сцене он выражался ещё ярче, и это было прекрасно. Видеть, как он угасает, было больно. Монтгомери терял живой взгляд и краски. Серые пятна стали больше. Фредди волновало его состояние. Не только моральное. У Монти разбиты костяшки, всегда прокусаны губы, куча синяков... Как будто подпитывая это, он, к тому же, не ест. О нём хочется заботиться. Монтгомери не сразу заметил, что Фредди перевязывает кровоточащую часть руки, и хер его знает, где он нашел бинт на самом деле. Делает он это бережно. Наблюдать за этим было интересно. Фредди закончил с перевязкой, после чего потрепал Монтгомери по голове. Его красные волосы были мягкими и приятными на ощупь. Монти снова завис на пару минут. — Спасибо. Фредди кивнул и вышел из комнаты. Было ли это намеком на то, что Фредди чувствует что-то подобное? Да Роксана его знает.