Hell

Halsey - Control

Есть на окраине тёмного леса небольшое поселение. Деревня та окутана большим количеством слухов и легенд. Все в основном связаны с лесом, куда решится соваться не каждый. Место поистине пугающее и жуткое. Нередко услышишь жуткие звуки с чащи леса, пугающие местных жителей до дрожи в теле, кровь в жилах застывает, стоит только подумать об их происхождении. Сама деревня была немало известна среди народа. Многие приезжали в это мрачное место, дабы убедиться в достоверности слухов, но не всем суждено покинуть его целыми и невредимыми. Местные жители встречали приезжих со скорбью в глазах, заранее зная, что многих и вовсе больше не увидят. Лес таил в себе много загадок и опасностей. Слухи слухами, но не каждый смог выбраться оттуда, многие туристы считались без вести пропавшими, другие же в панике выбегали из леса, зарекаясь никогда больше не возвращаться сюда. «Это место самим богом проклято» — говорили люди перед тем, как покинуть эти края навсегда. Редко когда в этих краях можно было увидеть солнышко, тёмные тучи, не сходившие с неба, придавали ещё больше серости этому месту, в совокупности с густым туманом, выходящим из леса. Туман окутывал деревню в основном по вечерам, и лишь истинные смельчаки могли выйти за порог своего дома. Лишь местным удавалось выбраться из тёмного леса, возвращаясь утром на следующий день будто в бреду. Они не помнили, как дошли назад, всё что оставалось в их памяти: как они заблудились и вышли к какому-то особняку. Что самое странное, все, кто там побывал, без устали искали дорогу обратно, но им так и не было суждено вернуться в то место. — Ли Феликс, ты меня вообще хоть слушаешь? — Джисон, что вёл свой увлекательный рассказ, в возмущении уставился на друга, что находился в некой прострации. — Да, прости, — Ликс пододвинулся ближе к столу. В деревушке было довольно темно, лишь приглушённый свет от свечи, что стояла рядом на столе, и печи, где мать пекла хлеб, не давали погрузиться помещению во тьму. На улице уже глубокая ночь, а на небе ни облачка. Удивительно, но небо настолько чистое, что видно холодное сияние звёзд через окно. — Ты до сих пор думаешь о случившемся? — грустно вздохнув, Джи, сложив руки на столе, положил на них голову. — Есть немного, — Феликс встал из-за стола и убрал давно пустые кружки от чая в раковину. Картинка, как объект обожания целуется с другим, была болезненной, но парень всё продолжал травмировать сердце ей. — Слушай, тебе стоит отвлечься, может, это просто временное влечение, — Хан знал о болезненных чувствах друга, пытался всячески поддерживать, но уже устал видеть его потухший взгляд. — Наверное, ты прав, — Ликс задумчиво прикусил губу. Услышав громкий лай со двора, что проникал в деревушку, Ли решил выглянуть и узнать причину лая их собаки. Выйдя на порог, Ли увидел лишь отворённую калитку и следы, оставленные на мягкой земле собачьими лапками. Лай всё больше отдалялся и исходил со стороны леса; Феликс медленными шагами шёл по следам на поиски домашнего любимца, игнорируя зов Джисона, что так умолял вернуться. Джисон, словно парализованный, стоял на пороге и смотрел за стройной исчезающей фигурой, лес словно поглощал, затаскивал вглубь, искореняя все попытки выйти из ловушки, стирая напрочь оставленные следы на сухой земле, словно с листа бумаги стёрли простой карандаш. Он манил своей неизвестностью и загадочностью, в то же время пугая серостью, создавая ощущение, словно ты попал в самый страшный ужастик. По щекам горячие слёзы, из-за отсутствия возможности вернуть Феликса. Хотелось рвануть за ним в самую чащу леса, но сдерживаемое прочными оковами страха тело совершенно не слушалось, не давая пошевелить и пальцем. Как по щелчку пальцев, послышалось противное карканье ворон, и птицы поднялись в воздух, кружа над лесом. Из-за густого тумана толком было трудно что-то разобрать. Кругом одни деревья, и ни одной живой души. В лесу было ещё мрачнее, чем за его пределами. С каждым скрежетом сухих деревьев, что так мерзко воспринимался слухом, карканьем чёрных птиц, шелестом листьев, когда ветер пересчитывал их на деревьях и приподымал с земли, волчьим воем и чьим-то рычанием, парень всё больше понимал, что забрёл в глубь леса, питомца ему не найти, как и обратного пути. Страх. Место настолько пропитано страхом, словно вампир, наслаждавшийся муками своей жертвы, это место сводило с ума. С каждой минутой, проведённой здесь, кровь в венах застывала, лёгкие парализовало, а слух обострялся. Феликс всё больше прислушивался к звукам, его дыхание участилось, и он рванул с места, увидев в сумраке чьи-то огнём горящие глаза. Парень бежал без оглядки, пока не споткнулся о торчащий из земли корень и не упал в какую-то яму. Из-за удара головы об землю парень отключился, он лишь слышал, как зверь приближался всё ближе, опаляя кожу своим дыханием. Тело парня сжалось от страха, готовясь к неизбежному, но чего-то испугавшись, зверь убежал. Наутро Ликс проснулся в своей постели. Голова ужасно болела, и даже вылезла шишка на затылке, которую он почувствовал, запустив руку в отросшие волосы. Он не помнит, как оказался дома, единственное, что смутно вырисовывал мозг, — силуэт юноши, что нёс его по лесу. Он не видел лица, но чувствовал сладкий запах, манящий прикоснуться к чужой бархатной бледной коже. Длинные чёрные волосы спадали на плечи и закрывали лицо, из-за чего Феликс не смог разглядеть даже его очертаний. Выйдя из своей комнаты, парень проследовал на кухню, где Джи разговаривал с каким-то парнем, снова о каких-то небылицах. Незнакомый парень рассказывал о чём-то, а Джисон заворожено слушал. Он увлекался историями, особенно мистическими здешних краёв, предпочитал слушать, но не проверять. Не сказать, что он всему верит, конечно, не так скептично относится, как Ли, но и испытывать судьбу не собирается. Обнаружив утром друга в своей постели, у Джисона словно камень с души упал. Он мысленно уже готовился к самому худшему и что больше его не увидит, но Ли мирно утром посапывал в постели. Правда внешний вид давал понять, что ему пришлось несладко. Но Хан решил не задавать никаких вопросов, захочет — сам скажет. — Доброе утро, — Ликс решил поздороваться первым и прошёл к раковине, освежиться после сна. Ребята ответили ему тем же, и парень продолжил свой рассказ: «Ходит слух, что где-то в гуще темного леса есть особняк со странным названием «Hell». И упаси господь заблудиться и попасть туда. Хозяин данного имения сам дьявол, все, кто там был, не помнят об этом человеке почти ничего, кроме прожигающего взгляда, который поработит и подчинит себе каждого, в тёмных глазах хочется утонуть, а сам он смертельно красив. Все вышедшие словно лишаются памяти и помнят лишь свои ощущения, и сколько бы они ни искали дорогу назад, больше так туда и не попадали. Но все как один говорят, что это место по праву зовётся адом». У Феликса непроизвольно перед глазами всплывали картинки, что прочно засели в памяти, о проведённом времени в лесу. Ему бы очень хотелось узнать хоть что-то о своём спасителе, но не было даже зацепки как на него выйти. Ликс всё пытался зацепиться за его волосы, но на примете никого со схожими не было. Тяжело вздохнув, Ли налил себе в кружку чая и присел за стол к парням. — Бред это всё, наверное. Кто в здравом уме будет жить в самой чаще этого леса? Тут рядом живёшь и поджилки трясутся при любом звуке, исходящем оттуда, а тут ещё и жить там, — отмахнулся Хан. — Сказки это всё, однако интересные. — Да я серьёзно тебе говорю! Позавчера пацан один в лесу заблудился и наткнулся на то место и ещё от нескольких местных это слышал, — парень отчаянно пытался доказать правоту своих слов, ведь какой смысл ему врать. — И он так просто их оттуда отпускает? Почему же они тогда ничего не помнят? — В том-то и суть. Они проводят там ночь, а на утро каким-то образом оказываются дома, лишённые почти всех воспоминаний. Но почему-то все отчаянно пытаются попасть туда вновь. — Да ну, псих, наверное, какой-то. Спаивает их и наверняка насилует, — Джисон хоть и был наслышан всякого, но в это было трудно поверить. Мозг парня до последнего боролся с принятием этой истории. — Чем докажешь? — парень показушно скрестил руки на груди и облокотился о спинку стула. — А зачем мне что-то доказывать? Вон, Феликс ходил вчера в лес, он нам и расскажет, — парни уставились на Ли, что чуть не подавился чаем. — А что вы хотите от меня услышать? — Ликс не знал, что и рассказывать, он сам-то до конца и не понял, что с ним там происходило, а тут ещё и рассказ требуют. — Ты там кого-то видел? — в один голос спросили спорящие парни. Младший лишь отрицательно покачал головой. Ну а что он им расскажет? Что таинственный парень принёс его домой? Пока Феликс не разберётся с этим самостоятельно, не имеет никакого желания трепаться. Мысли и так с самого пробуждения были погружены в произошедшее. — Ну вот, что я собственно и говорил, — заключение, сделанное Джи, было последним, что Феликс услышал перед тем, как выйти из дому. Первое, чему Ли удивился — собака была во дворе, хотя он точно помнит, как она убежала в самую чащу леса. «Странно» — пронеслось у парня в голове. Приняв твёрдое для себя решение, Феликс направился в сторону леса. Сейчас он казался самым обычным лесом, наполненным спокойствием и тишиной, скрежет сухих деревьев и карканье ворон не казались таким жутким звуком, как ночью. Феликс и сам не заметил, как забрёл вглубь леса. Всё было одинаковым, со всех сторон однотипные деревья и ни одной тропинки, ведущей домой. В лесу он никого не нашёл, а значит зря убил время и лишь загнал себя в ловушку повторно, потому что начинало темнеть. Вновь густой туман окутал тёмный лес, лишая возможности видеть что-то дальше одного метра. В этой стороне было немного спокойнее, чем там, где Ликс бродил вчера. Передвигаясь медленными шажками, чтобы не наткнуться на медвежий капкан или торчащие корни, он шёл, сам не зная куда. В тумане показалось красное пятно, исходившее от чего-то яркого, парень напрягся всем телом, но всё равно пошёл вперёд, поддавшись интересу. Приблизившись, Феликс не успел прочитать неоновую вывеску у входа в особняк, потому что за спиной раздался сладкий бархатный голос, из-за чего Ли, вздрогнув, повернулся лицом к его источнику: — Ты что здесь снова забыл? Смерть ищешь? — перед Феликсом стоял безумно красивый юноша. Он узнал в нём своего спасителя: чёрные волосы до плеч, бледная кожа и властный взгляд, что парень видит впервые. — Нет, тебя, — отвечает спокойно Ли, изучая взглядом парня напротив, что пребывает в небольшом шоке от услышанного, впервые он слышит из уст гостя что-то подобное, обычно все хотят вернуться домой и просят помощи… — И с какой же целью? — парень оценивающим взглядом скользит по хрупкому телу напротив. — Поблагодарить за помощь хотел. — И каким образом, позволь спросить? — темноволосый приблизился вплотную к лицу Ли, опаляя губы горячим дыханием, взглядом проходясь по веснушкам. Феликс не знает, откуда у него такое дикое желание отдаться этому парню и пусть с ним делают всё, что захотят. От одного только взгляда на себе хочется громко застонать. Он уже и не помнит, как оказался на постели под Хёнджином, как представился парень. Одного только поцелуя хватило, чтобы окончательно потерять рассудок и здравый смысл. Вместе с поцелуем Феликс вкусил яд, что сладкой истомой распространялся по телу, опьяняя его. И только сейчас, почти забывшись, на подкорке сознания проносится понимание, куда он попал. Всё как в истории того парня — вывеска с названием «Hell» у входа в особняк и умопомрачительно красивый хозяин. «Интересно, он со всеми спит?» Проносится у Феликса в голове перед тем, как Хван ударяется своим возбуждением о чужое, вызывая у парня под собой звонкий стон. Все мысли окончательно покидают голову младшего, и он полностью отдаёт себя в руки дьявола. Хёнджин, словно изголодавшийся дикий зверь, желает обладать этим телом, этим парнем. И он берёт своё, вжимается в тело под ним и ставит несколько засосов, оставляя свои метки на тонкой коже. Он давно заприметил мальчишку, что ярко улыбался, освещая это серое место. Хоть старший никогда не выходил из леса, являясь его вечным пленником, он частенько наблюдал за мальчишкой по ту сторону, практически с детских лет. Феликс никогда не ходил в лес, лишая Хвана возможности разглядеть его поближе, до вчерашнего дня. Если бы не Хёнджин, Ликса бы разорвали изголодавшиеся волки, но он оказался рядом и отнёс парня домой. В обычных ситуациях все найденные в лесу люди оказывались сразу в особняке. Они не упускали возможности позадавать вопросы парню, и если оставалось ещё время до рассвета, он выделял им комнату, где гости отдыхали, а на утро брал своего рода «оплату» — стирая всё увиденное ими, лишая возможности вернуться в особняк снова. Каково же было его удивление увидеть мальчишку возле особняка в столь поздний час, в тот момент Хёнджин решил, что так просто его не отпустит, не этой ночью точно. В какой-то момент напор сменяется на нежность. Поцелуи глубокие и мокрые. Поочерёдно снимая одежду и оголяя настолько желанное тело, Хёнджин не обделяет вниманием ни один сантиметр кожи, чуть ли не вылизывая парня, как сладкий леденец. Уделив достаточное время прелюдиям, Хёнджин двинулся дальше. Стянув оставшуюся одежду с себя, пристроился уже к подготовленному входу, Феликс и вправду пропускал многое, не замечая из-за переизбытка собственных чувств. Комнату наполнили громкие стоны в унисон, пошлые звуки шлепков голых тел друг о друга и мокрых поцелуев. Всё, чего хочется Феликсу, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась, потому что с рассветом он окажется дома и позабудет об этой чудесной ночи. Младший сейчас всячески цепляется за старшего, боясь, что, если он его отпустит, Хёнджин растворится, словно его здесь и не было. Феликс просыпается под вечер в своей постели, но отчётливо помнит события прошлой ночи. И даже если младший захочет вернуться — не сможет. Ночью в лесу не выживешь, как он уже это понял, а днём не найдёшь, потому что не знаешь куда идти. Отчего-то сердце начало неприятно ныть, прежде ещё ни с кем так хорошо он себя не чувствовал. Ликс позабыл даже о том, что, вроде, уже был человек, к которому у него была симпатия. Ликс скучал. Скучал по вкусу чужих губ, по теплу чужого тела, скучал по Хёнджину, что как снег на голову свалился. И разве можно так погрязнуть в чувствах к человеку, о котором ты не знаешь ровным счётом ничего, а всего лишь переспал один раз. Тем более младшего прежде не тянуло к своему полу, а тут, как зачарованный, желал только одного единственного человека (?) — Феликс, ты уже проснулся? — мать, заметив странные шевеления сына, зашла в комнату. — Можешь принести с улицы вёдра с водой? Ликс лишь молча поднялся с постели и вышел на улицу. Пока парень крутился у крана, почувствовал пристальный взгляд, из-за чего Ли, набрав в лёгкие воздуха, со страхом посмотрел в сторону леса и не поверил своим глазам. Вдали он отчётливо видел силуэт Хёнджина, что напрочно засел в памяти, но это ведь ему всего лишь кажется. Просто воспалённый мозг воспроизводит желаемое, не более. Взяв вёдра с водой, Феликс зашёл в дом. Парень и так изводит себя, так ещё и эта неисчезающая галлюцинация, что хоть бы на минутку испарилась. Феликс уже час сидит у окна, уставившись в одну точку. Пара глаз по ту сторону прикована к нему, отчего кровь в венах закипает. Хочется выйти и проверить уже наверняка, что это всего лишь вымысел. Что он и делает. Чем ближе Ликс подходит к лесу, тем больше хочется утонуть в омуте этих чёрных глаз. С каждым шагом он осознаёт реальность происходящего. Сердце через раз пропускает удар в страхе от неизвестности дальнейших действий Хвана, что не сводит с него взгляд. — Что ты тут делаешь? — дабы не терзать себя вопросами, младший решается задать вопрос сразу. — Я забыл об оплате, — нежный голос сводил Ли с ума, хотелось прижаться, заключить парня в объятия и никогда его не отпускать. — Хочешь стереть мои воспоминания? — Хочу тебя на всю вечность.