DANGEROUS

Если вы влюбились — это лишь первый этап ваших отношений. Вторым считается знакомство с родителями, но, прежде чем привести своего любимого человека к людям, которые вас знают с рождения, познакомьте его со своими друзьями. Уж кто точно вас знает наизусть, помнит все ваши проколы, неловкие ситуации, сможет определить подходите ли вы по характеру — так это близкие друзья. Родители видят всю картину поверхностно, а вот друзья не только прикопаются к деталям, но и обсудят вас от и до. Олли не собирался знакомить Алекса со своей матерью, это была бы его ошибка. Он перестал доверять матери, перестал её любить, уважать, ценить и слушать. Она была просто его сожительницей, которые имеют одно ДНК. Возможно, всё было бы иначе, если бы эта женщина даже после ухода отца Олли начала обращать внимание на сына, но такого чуда не произошло. Все люди, которые знали отца парня, говорили, что они очень похожи. Оба такие же ненормальные, невидящие границ и препятствий, стремящиеся добиться того, чего хотят. Они отличались от всех своей жестокостью и непонятной нежностью.

«Сначала родители дарят вам собственную жизнь. Но по прошествии времени пытаются навязать свои жизни.»

Олли не видел отца уже больше года, да и не собирается специально с ним видится. Его предали все, кого он любил, а это были лишь единицы. Отец, которого Матела считал примером для подражания, такой сильный, смелый, мужественный, но одновременно сдержанный и нежный. Мать, в которой парень видел любовь, уют и красоту, мотивация и сила, преобладающие в её характере. Сейчас эти люди для него исчезли. Они перестали быть для него примером, он перестал их слушать и придерживаться их советам. Блондин начал учится жизни сам. Именно одинокая жизнь, давно не ощущающая тепло, любовь, комфорт, нежность, привела его к холодной, суровой, жестокой, бесчувственной и унижающей других стороне в характере. Он перестал доверять людям, постоянно был раздражён обильным внимание окружающих, когда они смотрят на него осуждающим взглядом. На сцене было проще; Олли был музыкантом, которого не все знали, но многие уже заинтересовывались им. Ни одна девушка не могла компенсировать своей любовью испорченный характер. Но только появился мальчишка, который не отличался ничем от всех своих сверстников, начал дерзить, привлекать внимание Матела, так ещё и заинтересовал настолько, что блондин вовсе влюбился в него. До появления Алекси, старший думал, что совершенно разучился излучать все положительные скрытые черты своего характера, но, как оказалось, нет. Олли начал меняться; он снова полюбил настолько прекрасного человека, имеющего свои проблемы, которому хочется помогать. Блондин понял ещё кое-что: чем больше он даёт тепла и любви, тем больше получает взамен. Это удивительно, но, с другой стороны, страшно, ведь если он предоставит боль Алексу, то получит её уже вдвойне. *** Подходя к гаражу, в котором проходили репетиции группы, Олли заметил, как темноволосый начал волноваться и тереть пальцы друг о друга. Матела взял того за руку и сунул себе в карман куртки, успокаивая и подбадривая. — Тебе родители говорили о существование перчаток? У тебя руки ужасно холодные, — подметил блондин, а Алекси только немного смутился. — Может я специально их не надевал, — ухмыляясь, сказал младший. — Ах, вон что, ясно. Тогда в следующий раз куртку можешь не надевать, я тебя своей укутаю, — подыграл Матела, а парень посмеялся. — Йоонас тоже не будет с тобой общаться? — Не знаю, он обычно меня поддерживает во всём. Надеюсь, меня из группы не попрут. Около гаража стояло трое парней, которые о чём-то разговаривали и смеялись. Алекси узнал одного из них — это Йоонаса, который чуть-ли не запрыгнул на спину высокого парня. Увидев басиста, гитарист помахал рукой, на что обратили внимание и остальные. — Привет, чуваки, — Олли пожал троим руки и приобнял каждого. — Слушай, что случилось? Какого чёрта Вилла на меня наехал, сказал, что ты какого-то придурка защищаешь, а потом его бьёшь? Я ничего не понял, но ему нехило досталось. Он мне сказал, чтобы я не появлялся у них в компании вместе с тобой. Я требую объяснений, — Порко сложил руки на груди и внимательно смотрел на друга. — Я защитил Алекса, а тот взбесился. Начал его унижать, — бас-гитарист показал пальцем на темноволосого, а тот отвернул голову в другую сторону, чтобы не показывать своё смущение. — Ну а потом он на меня налетел, я начал отбиваться. Меня наказали. Прикинь, мне целую неделю придётся разгребать завалы на складе в библиотеке! — Понятно, у Вилла, как всегда, крыша потекла. Ладно, мы с тобой как два сапога пара, никуда друг без друга не ходим, поэтому я на твоей стороне, — они снова обнялись, а Олли понял, что нужно представить Алекси с друзьями. — Ах, да. Это Йоэль, — Матела показал на высокого парня, — это Нико, — шатен одарил новичка шикарной улыбкой. — Ну с Йоонасом ты знаком. — А это, я так понимаю, Алекси Каунисвеси, — произнёс Хокка, оглядывая младшего, который снова застеснялся. — Чёрт, какой ты маленький, тебе сколько лет то? — Семнадцать, — смущённо произнёс темноволосый, а парни тихо посмеялись. — Твою мать, Томми вечно опаздывает! — психовал Моиланен, переминаясь с ноги на ногу. Именно после этих слов они увидели подходящего Лалли, который чуть не поскользнулся на тротуаре, но всё же дошёл до своего дома с гаражом. Внутри помещения стояло много аппаратуры; в углу находилась барабанная установка, а на полу валялось множество проводов, подключённых к колонкам, вдоль стены стоял небольшой диванчик, на котором Йоонас вечно засыпал, когда репетиция затягивалась. Сняв с плеч чехол с гитарой, Порко уселся на этом же диване, а Олли сразу решил поменять вторую струну на своём инструменте, так как та вот-вот порвётся. — Ну, чего стесняешься, все свои, теперь, заходи, — гитарист всегда был на позитиве, может поэтому группа всё ещё не повязла в суматохе и панике. Алекси хотел пройти к тому же дивану, но его остановил Олли, который схватил его за капюшон куртки. — Тебе холодно что ли? — улыбаясь спросил блондин. — Нет, только руки немного замёрзли. — Алекс, ты снимай куртку, а то я обогреватель включил, сейчас все вспотеем в любом случае, а руки надо водой отогреть, — сказал Томми, кладя барабанные палочки на табуретку. — Да, нам всем надо руки под воду запихать, потому что кое-кто любитель опаздывать, — намекнул Йоэль, и все согласились с вокалистом. Направившись в ванную комнату в доме Лалли, все чуть ли не запнулись об ноги друг друга, так как Йоонас посчитал отличной идеей быстро всех оббежать, при этом толкая каждого. — Порко, ты реально баран! — крикнул ему в след Нико, и все залились в смехе. Когда в комнате остались только Алекси и Олли, старший решил поинтересоваться, как себя чувствует парень, ведь он давно не был в такой шумной и неадекватной компании. — Да, нормально всё, просто непривычно, — отогрев руки под прохладной водой, темноволосый вытер их об полотенце, и они вернулись в гараж, где уже было теплее. Каунисвеси сидел на диване и смотрел за тем, как группа репетировала. Каждый из них знал, что они делают, чего они хотят добиться, они были сплочённым коллективом. Да, ругались, да, ссорились, да, винили друг друга, но в этом и была их искренняя настоящая дружба. Они обзывали друг друга и продолжали смеяться и веселиться, параллельно играя крутую музыку. Спустя пару часов они впятером выдохлись и расселись кто-то на диване, кто-то на стульях. Олли провёл рукой по волосам, а они все были мокрыми, что аж по руке капли стекали. — Фу, Томми, выключай обогреватель, я не хочу в цыплёнка табака превратиться, — сказал уставший Йоонас. — Полностью согласен с Порко, — прохрипел Йоэль. — У тебя есть, что выпить? — Да, по-моему, пиво в холодильнике оставалось, но налей тогда всем что-нибудь, — барабанщик крутил в руке палочку оглядывая всех. — Мне, например, воды. — И мне, — поднял руку Нико. — Я себе кофе налью, — сказал Олли, вставая с дивана. — Мне тоже пивка захватите! — крикнул гитарист, а Хокка взглянул на Алекса. — Тебе чего налить? — Эм… не знаю, ну… кофе мне нельзя, да? — Каунисвеси посмотрел на басиста, а тот кивнул головой. — Я тебе чаю налью, его-то точно можно. Йоэль и Олли вышли из комнаты, а Нико переглядывался с Йоонасом, которые немного были удивлены поведением Матела. На кухне стояли шкафы и холодильник, из которого вокалист вытащил две бутылки пива, локтем закрывая дверцу, но заметив колбасу, нарезанную на ломтики, решил достать и её. — Я такой голодный, кошмар, — выдохнул Хокка, выкладывая на тарелку хлеб, а сверху колбасу с помидором. — Вроде, всем хватит. — Что у Томми ещё есть в холодильнике? Желательно что-то полезное, — Олли не нашёл ничего, кроме яблока, которое и решил захватить для Алекси. Вернувшись ко всем в гараж, то бутерброды с тарелки быстро все исчезли, а Каунисвеси с удовольствием кушал фрукт, смеясь с шуток, которые парни рассказывали. Йоэль внимательно смотрел на младшего, после чего спросил у Олли: — Мне кажется или ты его голодом моришь? — все взглянули сначала на вокалиста, а потом на Матела, который пил кофе. — Чего он такой худой, запуганный, ты его как будто бьёшь. — Да, ещё разрешение спрашивает, что можно пить, а что нет, — подметил Нико. — Парни, вы не так всё думаете, — начал Олли, а те ещё сильнее выпучили глаза. — Алекси, моргни, если он тебя держит в плену, — прошептал Йоонас, а темноволосый замотал головой. — Всё нормально, просто он заботится, вот и всё, — решил заступиться за парня Каунисвеси. — Ага, ему осталось только поводок тебе на шею надеть, — дополнил Хокка. — Так, а ну прекращайте. Что вы из меня тирана делаете? — вспылил басист. — Потому что ты этого парня месяц назад нехило так избил! — напомнил Порко, и все замолчали. Они и представить не могли, как Олли ненавидел себя за этот необдуманный поступок. В нём тогда бурлила злость и агрессия, которая появилась уж точно не из-за Каунисвеси. В памяти до сих пор остаются те картинки, как он избивал слабое, бледное и хрупкое тело. — У меня РПП, а до этого я себя чуть не довёл до анорексии и булимии. Если бы не Олли, я бы уже вены себе вскрыл от той боли, что кроется внутри меня. Он сводил меня к врачу, который прописал диету. Олли контролирует меня и заставляет есть, пить и не вызывать у себя рвоту, хоть и очень хочется. Да, я под жёстким его контролем, но в моём случае без этого никак, — произнёс Алекси, разбавляя тишину, а участники группы склонили головы вниз, чувствуя на себе вину. — Как-то некрасиво получилось, — почесал затылок Йоонас, а в куртке Алекси зазвенел телефон. — Я отвечу, — он накинул куртку и вышел на улицу. Олли допил кофе, но чашку всё ещё крутил в руках. Йоэль сделал глоток пива и смотрел в пол, в общем, как и остальные. — Я влюбился, парни, — произнёс Матела, а Нико поднял на него свой взгляд. — Чего? — Да, такое без чувственное существо как я влюбилось! — усмехнулся бас-гитарист, отставляя чашку на стол. — Я люблю его, очень сильно и необъяснимо трепетно. Я виню себя за каждое грубое движение, предоставляющее ему боль, я себя ненавижу за то, что избил его, Йоонас, — парень взглянул на друга, который сидел рядом. — Он сломан внутри, одинок и болен. Я вижу и чувствую всё, что ощущает он. Ну не могу я без этой гиперзаботы и защиты! Он… такой… не знаю, он идеальный. — Не бывает… — начал Моиланен, но Матела его оборвал. — Знаю, знаю, что не бывает идеальных людей, но я не вижу в нём минусов. Нет их для меня! Хочется просто его обнимать всю жизнь, лежать под тёплым одеялом и наслаждаться цветочным ароматом его волос, а его голова лежала у меня на груди, чтобы было слышно биение сердца. Я так раскис из-за этой чёртовой любви, что боюсь, всё обойдётся также как у родителей, — Олли протёр лицо ладонями. — Он растопил твоё сердце, а ты спас его, — сказал Томми, на что басист кивнул головой, усмехаясь. — Алекс знает, что ты его любишь? — спросил Йоэль. — Да, знает. — Не, не верю. Ну не может быть такого! — начал отнекиваться Йоонас. Порко знает своего друга очень хорошо, он если и влюбиться, то уж точно не будет таким, а сейчас… он пытается переубедить гитариста? Алекси зашёл в помещение, снимая куртку, кладя её на спинку дивана, немного улыбаясь. — Мама звонила, сказала, что скоро приедут. Олли посмотрел на своего друга, который пил пиво, а после сорвался с места. Он подошёл к Каунисвеси, положил правую руку ему на щеку, а левой обхватил за талию, притягивая к себе и нежно целуя в губы. Кудрявый блондин подавился алкоголем, откашливаясь и вытирая подбородок рукой. Алекси замер, он не знал, что происходит, а именно, что происходит с Олли. — Всё в порядке? — спросил темноволосый, когда старший отпрянул от его губ, всматриваясь в глаза. — Да, — улыбнулся блондин. — Ребят, откройте окно, меня сейчас от милоты стошнит, — все посмеялись из-за реплики Йоонаса. — Нет, а меня одного вопрос колышет? — все посмотрели на Нико. — Ну, типа, как? Алекси, ты же такой хрупкий, нежный, а Олли… это Олли, но он же дикий, его на привязи держать надо. — Даже самая злая собака будет ласкова с тем, кто ей дорог, — ответил Каунисвеси, а Порко взял блокнот с ручкой. — Можешь повторить, я записываю, — гитарист действительно записал цитату, сказанную парнем. — Вы отлично выглядите вместе, — улыбнулся Йоэль, а остальные его поддержали. — Главное не перегибайте палку оба. Любовь — это хорошо, но вы же после выпуска из школы поступаете в колледжи, — как-бы намекал Томми. — Да, отношения на расстояние — это ужасная штука, — высказал своё мнение Нико. — «Я никогда не думаю о будущем. Оно приходит само достаточно скоро.» Это сказал Альберт Эйнштейн и я с ним чертовски согласен. Что будет, то будет. Что бы мы не теряли, обретём что-то новое и ценное, — сказал Алекси, чем заставил всех задуматься. — Хочешь сказать, нужно жить настоящим? — предположил Томми. — Да нет настоящего! Это настолько короткий промежуток времени, что мы никогда не сможем его поймать. Будущее неизвестно, потому что всё может измениться по нескольку раз. А жить прошлым, тоже не стоит, лучше идти вперёд с воспоминаниями и надеждой, что твоё будущее тебя не разочарует. — Вот и приняли решение. Обещаем друг другу, что никто не остановится, чтобы не произошло, и продолжит свой путь, даже если в одиночестве, — Йоонас поднялся с дивана и смотрел на всех. — Да, а потом обязательно мы должны встретится, похвастаться, чего добились и снова объединиться, — поддержал друга Нико. Все обнялись и попрощались друг с другом. Группа определённо не будет останавливаться, у них должно быть много разных приключений, а вот Алекси придётся сложно. Он не знал куда идти, поступать после выпуска из школы. Парень придерживался простой тактики: будь, что будет. И это определённо лучший вариант.