Один, не особо хороший день

Его руки дрожали. Поспешно войдя в пустую, на первый взгляд, квартиру, Рампо снял с себя сапоги, а после и верхнюю одежду, не обращая внимания почти ни на что. Хотелось просто упасть и пропасть. Парень прошёл на кухню на дрожащих ногах, и, поставив чайник кипятиться, он взял банку с кофе. Он не очень любил этот напиток, однако, иногда всё же пил, когда слишком нервничал или ещё чего. Кофе на Рампо работал как-то "не правильно" и заставлял засыпать и вообще успокаиваться. Обнимая руками свои плечи, детектив словно глотал слёзы, и даже зная то, что он один дома, он старался вести себя тихо. –"Аллан наверное всё в редакции пропадает.." – пытался отвлечься от своих мыслей он, занимая голову другими. Наконец чайник вскипел и дрожащими руками Эдогава залил кипяток в кружку с кофе. Вернув чайник на плиту и размешав кофе, он взял его дрожащими руками, поднося к губам. Плавно, но неожиданно его кружку отбирают из рук и ставят на столешницу. Аллан обнимает того со спины и кладёт свои, прохладные, руки, на руки Эдогавы и прижимает того к себе. Повисла нерушимая тишина. Лишь несколько всхлипов со стороны детектива её изредка прерывали. Эдгар не спрашивает о том что всё же случилось, ведь это бесполезно. Куда полезнее это просто на данный момент находится рядом. Рампо сам не выдерживает, начиная продолжать реветь, поворачиваясь в объятиях Эдгара и крепко обнимая его, при том зарываясь в грудь. Писатель же поглаживает того по спине и голове, готовый полностью выслушать Рампо. Тот же не торопится начинать, а когда начинает, Эдгар подмечает для себя, что для следующих гомофобов он точно напишет книгу, где тем точно уж придётся не сладко. – посмотри на меня – попросил Аллан целуя в того в макушку и Рампо неохотно, но поднял лицо, виновато и стыдливо отводя взгляд. – пойдём обработаем твои раны – сказал тот, вздыхая и беря детектива на руки и относя в ванную комнату, где усадил того на край ванны, пока доставал аптечку. – прости... – опускал взгляд и голову Рампо, пока его голос жутко дрожал, выдавая состояние "расплакаться навзрыд и зажаться в комочек". – ты ни в коем разе не виноват – Эдгар погладил того по плечу, а после, принеся табуретку, сел напротив. Вообще они довольно часто подвергались нападениям со стороны недовольных мужчин, что по-видимому, оскорблялись лишь существованием такой пары. И ладно бы просто нападали, но Рампо после такого был вечно разбитым и зажатым. А Эдгару, ему было очень больно наблюдать то, как он, его солнышко, погасает. – сейчас может немного щипать, потерпи, пожалуйста – попросил он, а после аккуратно, боясь причинить любой дискомфорт, начал обрабатывать раны Рампо. Детектив негромко прошипел, чуть крепче сжимая свободную руку писателя от боли, когда ватка, смоченная перекисью, коснулась глубокой, по сравнению с другими, раной над бровью. А когда же Эдгар коснулся разбитой губы, то Рампо резко отпрянул, выгибаясь в спине и не позволяя касаться губ. – ты чего, солнышко? – спросил Аллан, обеспокоенно глядя на того. – если больно, то я м... – однако закончить предложение не дал Рампо. – всё в порядке, просто.. Не приятно. – сказал Эдогава, отводя взгляд в пол и возвращаясь в исходное положение. Эдгар же о чём-то задумался, аккуратно коснувшись ваткой губы того, а после почти сразу же убрал. – погоди... Тебя просто избили или..? – всё тише говорил Эдгар, поглаживая сидящего напротив по предплечью. Рампо же опускал взгляд, тихо, но от этого не менее нервно сглатывая. – Рампо, не молчи, пожалуйста, мне важно знать что с тобой, солнце. –..домогались..– тихо буркнул тот, а после поднял мокрый взгляд на Эдгара – но ничего не было!! Правда! Они потому меня и избили! – чуть сжимая руку любимо, старался заверить детектив писателя. А тот лишь обнял, того, чуть склонившись и уткнувшись в плечо, из-за чего детектив тихо ойкнул, но прижался к Эдгару, осторожно положив руку тому на спину. – дурак ты.. Я и так верю, я просто переживаю за тебя, сохранность твоего здоровья, как физического, так и психологического. – он погладил того по голове. – давай поскорей закончим с обработкой ран, да и пойдём чаю попьём. – предложил писатель, немного отстраняясь, на что Рампо согласился, начиная помогать Эдогаве тем, что стал обрабатывать ссадины на руках. –а с руками что случилось? – спросил Аллан, чуть склонил голову на бок. – упал, пока пытался убежать от тех.. Идиотов.. – фыркнул последнее детектив, а после потянулся к бинту. – перевяжешь? Не думаю что одной рукой это удобно.. – попросил Эдогава, держа в руках бинт. – погоди немного, не дёргайся.. Сейчас, секунду и я помогу с рукой. – заверил того писатель, а после достал из аптечки пластыри и аккуратно начиная клеить пластыри на более большие и глубокие раны, на лице детектива. Вскоре расправившись с пластырями, Аллан взял бинт из рук Эдогавы и стал перебинтовывать руку. – говори если будет слишком туго – попросил он. – "как странно"– размышлял тот, тихо вздохнув – "люди вообще странные существа... то ненавидят, а то выебать хотят" Спустя какое-то время раны на руках были перебинтованы, а несколько пластырей были наклеены на лицо. Парни же сидели в комнате, в обнимку под пледом и о чём-то, довольно тихо, разговаривали. Им было неважно о чём идёт разговор, главное просто слышать друг-друга и понимать, что они в безопасности. Рампо что-то тихо шептал, закрыв глаза и утыкаясь в грудную клетку Эдгара. Язык заплетался, а разум покидал тело. Вскоре тот так и уснул, потому писателю пришлось укладывать их двоих. – спокойной ночи.. -- шепнул он, закрывая глаза и прижимая к себе свой комочек, полный тепла и любви, надежд и мечт.