Тонкий лед +3802

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
м/м
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Юмор, Повседневность, PWP, Hurt/comfort
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Мини, 8 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Elena163
Описание:
Служебный роман в несколько необычной интерпретации. Глава крупной фирмы и его секретарь просто не выносят друг друга и ругаются по малейшему поводу. Но что, если за мнимой враждой стоит что-то большее?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
В кои-то веки мне нечего сказать. Наверное. Может, что-нибудь скажете вы?)
3 сентября 2013, 01:57
В кабинете генерального директора одной из крупных посреднических фирм ожесточенно ругались два человека. Один из них, который и был этим самым директором, потрясал сжатой в руке пачкой бумаг, второй же был его секретарем и не только ничем не потрясал, но и выглядел куда спокойнее босса.

- Какого хрена ты не сказал мне про эти аудиторские проверки! Мы не успеваем с бухгалтерами!
- Успеем.
- Премии лишу!
- Не лишишь. Ты меня сам нагрузил - нечего было в филиал посылать, который в другом городе. Я после этой поездки бумаги три дня разгребал.
- Значит, надо было быстрее шевелить задницей, все бы успел!
- Не кричи. Лучше подумай, как мы за пару дней найдем нового бухгалтера.
- А Галина где?
- Так ты ж сам ее выгнал.
- Что-о?
- Я тебе бумаги на увольнение сунул давеча, ты и расписался. Неудивительно, что и проверки проглядел.
- Это все ты виноват! Я велел тебе предупреждать о важных делах!
- Каков хозяин, таковы и слуги.
- Ах ты засранец!
Вячеслав схватил парня за грудки и резко встряхнул, но тот остался невозмутим. Секретарь бесил его и раздражал все больше с каждым разом. И не уволить - работал человек просто исключительно. И главного за яйца взять умел, что тому категорически не нравилось.
Парень, у которого было довольно редкое татарское имя Айташ, имел свойственное всем татарам трудолюбие, упрямство и... красоту. Высокий, темноволосый и темноглазый молодой человек с редким соединением европейских и восточных черт невозмутимо сносил склочный нрав гендира, умудряясь парой аргументов погасить весь его пыл. Он Вячеслава действительно раздражал, но и заставлял уважать, хотя последний упорно этого не признавал.
Часто коллеги не понимали, кто из них действительно начальник, а кто подчиненный. А в первые дни работы Айташа в фирме были интересными даже для обслуживающего персонала. Все дело в том, что секретари у Вячеслава не задерживались вообще - молодые люди и девушки просто не выносили его придирок, требований и насмешек. А этот не просто выносил, но и умел дать отпор.
Айташ положил руки поверх его и с силой сжал, вынуждая отпустить.
- Помнешь мне рубашку, будешь гладить сам, потому что у меня сегодня куча работы.
Вячеслав знал, что зависит от него - от его ума, редкой исполнительности, холодного обаяния, в конце концов. Он понимал, что парень действительно в последний момент узнал о проверках, но не понимал, почему набросился на него. В самом деле, его вина, что с бухучетом на фирме не все гладко. Придется кое-кому позвонить и отвалить немалую сумму за помощь, но...
Руки он опустил, и голову тоже, но извиняться не спешил - не в его правилах. Тридцатилетний опытный бизнесмен, человек, как ему казалось, железной воли и взрывного холеристичного характера, построивший практически самостоятельно за пять лет фирму из ничего, не мог позволить себе такие вольности.
- Иди, работай. Да, позвони еще в банк по поводу ссуды, этим чертовым аудиторам и в агенство по занятости. Только в какое-нибудь хорошее. А еще...
- Уже все сделал, - спокойно ответил Айташ, с удовольствием встречая удивление на лице главдира. - Узнал и обзвонил всех сразу.
- И что сказали?
- Банк отказал, проверка на следующей неделе, человека ищут. Да, завтра приедут за документами, сделают все как надо.
- Выпиши им чек с расчетного счета.
- Уже.
- Может, ты еще и кофе мне приготовил? - Вячеслав усмехнулся, решив хоть как-то задеть помощника. Но Айташ лишь опустил чернущие ресницы и усмехнулся тоже, сделав голос тише.
- Может, мне тебе еще и отсосать, а?
- Не слишком ли ты наглый?
- Приносить кофе - не моя обязанность, - с достоинством ответил парень и развернулся, удаляясь к себе.

Удивительной оказалась еще одна вещь. Вячеслав полагал, что секретарь ведет себя так только с ним, а с остальными сотрудниками непринужденно болтает, общается и даже, возможно, смеется. Однако после месяца наблюдений он пришел к выводу - более холодного и нелюдимого человека было поискать. Нет, Айташ был безукоризненно вежлив и доброжелателен с людьми, но все же нормально общался он только с одним - самим Вячеславом, каким бы это общение ни было странным. Гендир тогда впервые задумался о мотивах такого поведения и понял, что не знает о помощнике ровным счетом ничего.

После проведения тех злополучных проверок и ликвидации огромного камня с души гендира на фирму свалилась новая проблема - горели сроки по поставкам товара из Китая. Из-за этого срывались договоры и приходилось возиться с должниками из-за неустоек. Вячеслав и Айташ целыми днями не покидали офис.
Как самые прожженные трудоголики, они сидели в нем чуть ли не до ночи, но не сразу малопроницательный мужчина увидел здесь иные причины. Айташ просто не хотел домой, как и он сам. Что там ждало его - тоже пустая квартира с холодной постелью или что-то другое? Спрашивать Вячеслав не решался, пока правда не всплыла сама.
В здание офисного центра неведомо как прошел через охрану странный парень. Он пошатывался, был очень бледен и окидывал все вокруг рассеянным взором, спросил внизу, можно ли увидеть Айташа, а когда ему ответили отказом, устроил настоящий погром. В это время секретарь с гендиром как раз спустились на лифте, закончив очередной рабочий день и попутно переругиваясь из-за спутавшихся накладных. Увидев неадекватного парня, Айташ побледнел и немного нервно взглянул в сторону Вячеслава, тоже не отрывающегося от зрелища погрома вахтерской будки. Правда, длилось это недолго, парня тут же схватили и повели на выход, однако он успел заметить Айташа и позвать его. Достаточно громко, чтобы гендир услышал.
- Ты его знаешь? - гневно и строго спросил Вячеслав, отчего парень нервно прикусил губу. - Что это все значит? Что за бардак тут устроили!
- Мой брат, - тихо выдавил секретарь, сжимая кулак до боли от впившихся в кожу пальцев, чтобы взять себя в руки. - Такого больше не повторится. Я не знаю, где он взял адрес.
- Брат, говоришь? - прорычал босс. - Не мог бы ты, любезный, следить получше за своими... неадекватными родственниками?
- Я не виноват, что он приперся, - наконец, Айташ смог твердо посмотреть ему в глаза, уже чувствуя возвращение былой уверенности. - И нет, я не мог бы за ним следить, потому что целыми днями занимаюсь твоими делами.
- За это ты получаешь деньги. И немаленькие, - процедил Вячеслав, смутно ощущая, что ляпнул что-то не то. Айташ лишь поднял на него жесткий взгляд и так же холодно ответил:
- Раз так, мог бы добавить мне за внеурочное.
- И добавлю.
- Отлично. Я рад.
- Тогда будешь задерживаться не до восьми, а до девяти.
- Урод ебаный, - произнес Айташ, но не со зла, а просто так, впрочем, достаточно тихо, чтобы его не слышали.

Казалось бы, если начальник говорит с подчиненным о повышении, то радоваться надо, но сейчас обоих будто окатило ведром ледяной воды. Айташ пытался подавить обиду, ведь помогать боссу было его личной инициативой, и делал это он вовсе не из-за денег. А Вячеслав просто не мог его понять и уж тем более достучаться. Хотя он почти не пытался это сделать.

Правда, сейчас, после этой сцены со странным братом парня, гендир почувствовал себя как-то неуютно, и ему захотелось слегка загладить ситуацию. Мужчины вышли на улицу, жадно вдыхая прохладный осенний воздух. Обычно они прощались сухо и расходились в разные стороны, но сейчас Вячеслав, подошедший уже к своей машине, заметил, что парень с места не трогается. Айташ набрал чей-то номер и довольно громко, холодно и грубо проговорил:
- Не смей больше свою обдолбаную рожу показывать у меня в офисе, мразь. Не послушаешь, выебу по первое число и не посмотрю на твою болезнь.
Он отключился, спрятав телефон в карман легкой ветровки, как вдруг увидел напряженное лицо гендира. Понять, что шеф слышал все, было так же просто, как сложить два плюс два.
Айташ мысленно ударил себя по голове - он уже дважды за день умудрился испортить месяцами налаживаемую репутацию. Вячеслав и так терпит его худо-бедно, а тут и вовсе может уволить... Однако у мужчины были другие планы.
Он подошел ближе и позвенел ключами от автомобиля.
- Садись, поехали.

Ресторан, в который привез его зачем-то Вячеслав, был самым обычным. А может, все дело было в восприятии Айташа - из-за нервного состояния на обстановку он не смотрел, а вкуса еды не чувствовал. Даже странное поведение гендира не казалось ему странным. Но когда перед парнем возникла рюмка водки, он поднял на мужчину удивленный взгляд.
- Что это?
- Выпей. Придешь в себя.
- Я не пью.
- А сегодня пьешь, - Вячеслав как-то иначе посмотрел на своего помощника, что тот в кои-то веки не посмел возразить, а может, просто устал морально и не было сил на спор.
- Хорошо.
Такая покладистость раньше бы удивила мужчину, но сегодня он сам был утомлен работой и озабочен состоянием парня, так что не обратил внимания на мелочи. В любом случае каким бы зверем он ни был на работе и как бы они ни ругались на ней же, он оставался человеком и был не чужд обычной мужской солидарности и сопереживанию.
Айташ медленно влил в себя прозрачную жидкость, поморщился, не зная, как вдохнуть, а потом распахнул влажные глаза, шокированно уставившись на своего начальника. Тот молча пододвинул ему тарелочку с закуской. Через некоторое время неприятное жжение и горечь в горле исчезли, мысли прояснились, а внутри разлилось мягкое тепло. Айташ даже немного пришел в себя, попытавшись снова надеть рабочую маску.
- С чего это ты такой заботливый?
- С того, что поговорить тебе больше не с кем. Так что придется со мной, уж извини.
- С чего бы?
- Не хочу, чтобы проблемы сказались на твоей работе, - съязвил Вячеслав, но тут же отчего-то сбросил весь пыл. - Ладно, прости.
- Ты передо мной извиняешься?
- Представь себе.

Айташ глушил уже вторую рюмку, почти не закусывая. Эффект ему в целом понравился, только вот он сам не заметил, как потихоньку начинает вести. И как он скатился до откровений, которые никогда в жизни не стал бы обсуждать с шефом. Даже под страхом смертной казни.
- Он нарик.
- Кто?
- Брат. Наркоман не только со стажем, но и со СПИДом. Пришел деньги просить. Я сам виноват - помогал пару раз. А про адрес, наверное, мать растрепала.
- Зачем? - осторожно спросил Вячеслав, не ожидавший, что душевные излияния помощника когда-нибудь его заинтересуют. Сам он не пил, а лишь наблюдал за человеком, которого, казалось, не знал вовсе.
- Да ей похер. Сама алкоголичка, совсем спилась. Отец в тюрьме. Это я про родных, но ты не подумай, - резко замотал головой Айташ. - Я не живу с ними с десяти лет. Прав их лишили, а там я жил какое-то время в детдоме, пока не встретил своих приемных родителей.
Тут лицо юноши осветила легкая улыбка.
- Они хорошие, а те... Понимаешь, какие бы ни были, родные все равно. Ну и... я им помогал. Лечить пробовал. Пока не понял, что бесполезно.
- Не хотят?
- Не хотят. Только брат говорит, что хочет, но ему намного сложнее бросить. Героин - не алкоголь.
- Пиздец, - хмуро подвел итог мужчина. - Но ты наплюй на них.
- Как это наплюй?
- А вот так. Их не вытащить, если все так, как ты описываешь. Это не твоя вина и уж тем более не твоя задача.
- А ты жестокий, - констатировал факт Айташ. Спирт уже вовсю гулял в его крови, но пока парень сидел на месте, он казался себе относительно трезвым. Даже захотелось добавки.
- Нет, - рука Вячеслава вдруг резко перехватила горячую мужскую ладонь, потянувшуюся за рюмкой. - Больше не пей. Да, ты тоже жестокий.
- Только с тобой, - усмехнулся поддатый парень.
- Почему?
Айташ внимательно посмотрел на человека, с которым словесно враждовал последние несколько месяцев, словно соревнуясь, кто кого сможет подмять. На человека, которому непонятно почему открылся сейчас. На человека, чьи строгие и по-мужски красивые черты по-своему нравились ему. Чертов алкоголь.
- Люблю тебя подъебывать, - только и ответил он, пожимая плечами.
- И не боишься, что выгнать могу?
- Не выгонишь.
- С чего это?
Парень, которому в голову водка ударила с новой силой, наклонился к нему ближе и прошептал практически прямо в лицо:
- Потому что я отлично умею все делать.
- Ой ли? - усмехнувшись, Вячеслав придвинулся тоже, легко проводя кончиками пальцев по его щеке, и принялся вдруг целовать его - быстро, жадно, будто ожидая сопротивления. И оно было.
- Ты идиот! - зашипел на него даже немного протрезвевший Айташ. - Что ты, блять, делаешь?
Его губы призывно раскраснелись, парень часто дышал, не сводя с гендира неспокойного, но строгого взгляда. Стыда или сожаления Вячеслав не чувствовал. Первой эмоцией мужчины было недоумение - зачем он к нему полез, снова хотел вывести из себя? Да вроде бы нет... А затем он понял, что хочет продолжить. Несмотря на запах спиртного, парень имел собственный просто одуряющий запах и к тому же был его своеобразным противником довольно долгое время, а их всегда приятно подчинять. Вячеслав продумывал все эти логические звенья, чему мешало участившееся сердцебиение и мысль о том, что Айташ почти ответил ему, прежде чем оттолкнуть - слегка поласкал язык мужчины своим. Это било по нервам.
- Проверяю твои слова, - невозмутимо парировал Вячеслав, нарочно облизываясь. - А что?
- Вокруг толпа народа, а ты решил меня именно здесь поцеловать?!
Взгляд гендира резко потемнел.
- Поехали.
- Куда?
- Ко мне. Еще вопросы?
Айташ с трудом поднялся, опустив взгляд будто на только что замеченный им стояк.
- Какие уж тут вопросы.

В такси он даже нервно хихикал, чего не бывало с ним никогда, а еще нес всякую чушь про то, что не ожидал обнаружить своего начальника педиком и что даже если бы тот не был геем, все равно был бы пидорасом, потому что уже заебал его на работе. К счастью, в машине громко играла музыка и таксист ничего не слышал, отчего Вячеслав расслабился и даже решил слегка отомстить своему языкастому помощнику.
- А может, я просто так тебя выебу, из мести, - прошептал он на ухо краснеющему парню. - Ты тоже меня достал уже, знаешь ли.
- Так я это... увольнительную напишу, - почти ничего не соображая, выдал пьяный секретарь.
- Ну нет. Никаких увольнительных.
- Угу.
- Кстати, приехали.
Расплатившись, мужчина повел его к себе, вернее, не повел, а почти потащил. Дома включил свет, быстро раздел его и засунул под холодный душ, несмотря на визг и вопли, казалось, сдержанного и спокойного парня.
- Выключи, черт! Холодно же. Зачем под душ?
- Не хочу пьяное тело трахать.
С этими словами Вячеслав удалился, кажется, в свою спальню, а мигом протрезвевший Айташ с расширенными от ужаса и адреналина глазами вскоре поднялся, пытаясь оценить ситуацию. Отступать уже было поздно, да и как-то глупо. Он вспомнил, каким странно внимательным был мужчина в ресторане, и счел это его желанием трахнуть помощника. Об этом говорили и его собственные слова, так что, подумав, Айташ убедил себя в полной расчетливости Вячеслава.
Однако продолжения хотелось. Даже если бы у него не было возбуждения, а одно лишь любопытство, парень все равно бы пошел на это, только чтобы узнать, каким еще может быть этот человек с бешеным темпераментом, полностью закрытый от других, как и он сам.
Скрипнула дверь спальни, Айташ вошел, не смущаясь. Вячеслав лежал на своей постели, одетый, что-то читая перед светом ночника. Увидев парня, укрытого лишь полотенцем, он отодвинул книгу и потянул за него, отбрасывая прочь.
Парень был хорош не только на лицо. Кожа, от природы цвета загара, казалась гладкой и упругой, а в меру подкаченное тело невероятно привлекало. Темная поросль волос скрывала лобок, а вот ниже...
- Прости, у меня упал уже, - сообщил Айташ ему так буднично, как будто передавал прогноз евро-доллара.
- Исправим.
Вячеслав разделся и сам, с удовольствием наблюдая меняющееся лицо парня. Он не мог назвать себя красавцем, но лицо его было мужественным и довольно приятным, а над фигурой он и вовсе работал каждый день часа по два. Айташ завороженно провел пальцами по его груди, цепляя сверху мелкие короткие волоски, обхватил шею, притягивая к себе, погладил мягкие темные пряди - он не знал, что они могут быть настолько мягкими. И мужчина вновь не выдержал, начав целовать его, как и в ресторане. Он крепко прижал к себе упрямца, с которым недавно так любил спорить, которого втайне уважал за внутреннюю силу и которого сейчас безумно хотел, несмотря на почти полную уверенность в девственности Айташа.
Любовником Вячеслав оказался не менее горячим, но если бы кто сказал Айташу, что он будет спать со своим шефом, да не просто спать, а стонать под ним и совершенно по-блядски раздвигать ноги, парень бы набил ему морду. Но сейчас им овладел лихорадочный жар, и он уже готов был на все, даже на боль, которую вполне можно было и потерпеть.
Но Вячеслав не зря имел приличный опыт с мужчинами. Он знал, как свести парня с ума так, что тот позабудет про любые неприятные ощущения. Пока Айташ по своему желанию упоенно отсасывал ему, стараясь не облажаться и постанывая от кайфа, пальцы мужчины уже вовсю разрабатывали его задницу, всю перепачканную в смазке. Медленно, осторожно, чтобы совсем не было боли, очень долго, хотя сдерживаться было все трудней.
Наконец, он перевернул Айташа на спину, с восторгом кладя его ноги себе на плечи и аккуратно входя в него, пытаясь подстроиться под партнера.
Парень зашипел, зажмурившись, но через некоторое время расслабился, поняв, что так намного легче. По вискам его катились капли пота, взор был затуманен и почти черен от страсти. Именно в таком состоянии Айташ и выдал:
- Как же я давно этого ждал...
Вячеслав не ожидал такого, но решил отложить выяснение отношений на потом. Потому что прямо сейчас его секретарь ошалело уставился на него, изгибая поясницу в требовательном движении.
- Повтори еще...
Он повторил еще раз, и еще, все быстрее и сильнее вбиваясь в него и видя, что парень просто улетает под ним от кайфа. Конечно, он был еще достаточно слабый, приглушаемый болью, но то, что Айташ вскоре кончил непрерывным слабым потоком спермы, приятно удивило обоих.
- Таш... - ласково позвал его мужчина, привлекая к себе и целуя в губы. Он вышел из парня, зная, что после этого партнеру уже будет неприятно, и кончил от своей руки ему на живот, смешав белесые капли со своими собственными.

Утром Айташ был немногословен и, казалось, по-старому сдержан. Он спокойно принял душ, оделся и уехал в офис, не притронувшись к завтраку. Вячеслав, который обычно собирался дольше, на это только вздохнул. На работе догадки подтвердились - парень делал все, чтобы сохранить их отношения прежними. Даже когда распалившийся Айташ наехал на своего шефа по поводу очередных китайских поставок, тот офигел и даже не знал, что сказать в ответ. Было очевидно, что Вячеслава аккуратно и ненавязчиво отшивают, но он не собирался оставлять все так.

Во время обеденного перерыва парень зашел к нему с кипой договоров и удивленно замер:
- Обедаешь в кабинете? С каких пор?
- Захотелось, - лаконично ответил мужчина. - Будешь?
- Нет, - поморщился Айташ. - Лучше подумай о более важных вещах. У тебя просто пиздец с последними заказами. Кстати, если открыть еще один филиал, работать будет удобнее, и...
Договорить он не успел, схваченный в крепкие объятия. Бумаги выпали из рук и рассыпались по полу, но никто и не подумал их поднимать. Айташ застыл от неожиданности и удивления, но тут же забыл обо всем на свете. Его руки скользнули под рубашку Вячеслава, лаская горячую кожу, а губы прижались к губам, жестко, требовательно. Правда, через миг парень уже опомнился.
- Какого хрена ты меня лапаешь на работе? - выпалил он, пытаясь скрыть волнение за строгостью.
- А почему ты от меня морозишься? Будто не было у нас ничего вчера.
- Ты же сам сказал, - Айташ опешил, не понимая его. - Что просто хочешь меня трахнуть.
- Вот оно что. Так почему ты согласился?
- Потому что хотел. Может, у меня недотрах был. Может...
Договорить ему опять не дали, крепко целуя и проникая в его рот языком. Парень застонал от такой ласки, стараясь прижаться к любовнику моментально вставшим членом.
- Я тебя поддеть хотел, а не обидеть. Просто ты такой... колючий всегда... мне так нравилось тебя дразнить, когда ты мне отпор даешь. Ну и... сейчас я все понял.
- Что ты понял?
- Что нам категорически нельзя ограничивать все это одним разом. И еще кое-что.
- Выкладывай.
- А ведь ты не соврал. Про недотрах. Он у тебя уже двадцать три года как... Верно?
- Аналитик, епт, - красноречиво покраснел парень.

Впрочем, спустя час после разговоров по душам и одобренного предложения встречаться, парни уже привычно собачились по вопросам фирмы. Да так, что голоса слышались на весь этаж.
- Какого хрена документы до сих пор не отправлены? Мне что, твою работу за тебя делать?
- А такого, что ты сам вчера после разговора с финансовым запретил их отправлять!
- Правильно, потому что их нужно было отправить не вчера, а сегодня! В банке был?
- Не был.
- Это еще почему? Точно премии лишу!
- Потому что я получил от них выписку по электронной почте.
Голоса стихли, какое-то время из кабинета не слышалось ни шороха, а потом раздались звуки, которые невозможно спутать ни с чем - страстных, глубоких, бесстыдных поцелуев...

- И что мне теперь делать?
- Мда. Кажется, мы сломали стол.
- Это ты виноват - тяжелый, он тебя не выдержал.
- Нет, это ты - я давно говорил тебе мебель сменить в кабинете!
- Таш...
- Что?
- Знаешь, я тут подумал, что мне нравится с тобой ссориться.
- Мне тоже. Только мы разорим все мебельные корпорации, - усмехнулся Айташ, осматривая сорванные крепления.
- Ничего. Зато нам хорошо. Ой, а что это тут за бумаги подо мной... эээ... Какого хрена ты не сказал мне о новой аудиторской проверке?!
- Подумаешь, - фыркнул парень. - Только сегодня пришло. Но ты можешь меня... хм... наказать за ослушание...
- И накажу, - прорычал мужчина, впиваясь в его губы.

Больше в тот день никто из них о проверках не вспоминал, а рабочий день из удлиненного превратился в укороченный. Но это идеально устраивало обоих парней, открывших однажды друг в друге кое-что большее, нежели рабочие отношения. Правда, никто из них пока не задумывался, что открыли они не только друг друга. Открыли они самих себя.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.