Рассвет живых

Sic-Sarl, Hydrochem, Cirad и многие-многие другие фармацевтические филиалы. Не слишком ли для мира, в котором сушеные хамелеоны употребляются чаще, чем аспирин? Бонд вдохнул полный пыли воздух и удобнее перехватил сумку, ремнем врезавшуюся в плечо. На улицах Котору властвовал сухой ветер пустыни, близость Гвинейского залива ощущалась разве что в запахе вяленой рыбы. Раздолбанные такси, вмещающие в себя больше пассажиров, чем было бы безопасно для жизни, проезжали мимо Бонда, поднимая новые клубы пыли. Земиджан - такси-мотоциклов - было больше чем людей на улицах. Бонд поднял руку в призывном жесте, дождался свободного водителя и, назвав центральный рынок, сел позади мотоциклиста. Чертов Меллори с его указаниями действовать как можно более незаметно, сейчас как-никогда бы пригодилось служебное авто с кондиционером и хорошей музыкой. Рынок Котору отличался от всех остальных подобных мест стран Третьего Мира. С каждого прилавка на Бонда скалилось с полсотни черепов с клыками и рогами. Сушенные гады в бутылках, мешках, глиняных сосудах покоились в одном ряду с панцирями черепах, выпотрошенными тушками птиц, клетками с живыми грызунами. Запах стоял непередаваемый. Бонд скользил взглядом по пустым глазницам обезьян и чувствовал, как рубашка пропитывается потом. У большинства черепов отсутствовал верхний ряд зубов. Ведомый порывом, Бонд подошел к прилавку и взвесил один такой фетиш в ладони. - Приносит удачу и материальное богатство, - голос, раздавшийся за спиной, обещал много приятных минут в будущем. Бонд аккуратно положил череп на место и обернулся. Рядом с ним стояла девушка двадцати пяти лет, ухоженная коротко стриженая мулатка в светлой блузке и с множеством браслетов на руках и оголенных лодыжках. - Айна Кинг. Младший советник покойного Ричарда Стоуна, Cdpm. - представилась она, протягивая маленькую ладонь. - Джеймс Бонд. Советуйте приобрести? - агент кивнул на ряд черепов. - Ни в коем случае, - улыбнулась Айна. - Не верите в вуду? - Конечно верю, - серьезно ответила девушка. - Только надеюсь, что свою удачу вы привезли с собой. Вы уже остановились в гостинице? - Да. - Тогда, как на счет небольшой экскурсии? Купив по сэндвичу с авокадо и пальмовым маслом, они двинулись к центру города. Человек, к которому приехал Бонд, должен был появиться сегодня на ночной церемонии вуду. Донг, так его звали, был последним оставшимся в живых химиком корпорации Cdpm, проживающим в Котору После обнаружения производственного брака поставляемой продукции в лабораториях GSK последовал ряд убийств сотрудников экспортирующей компании. Ричард Стоун был последним. Кто-то заметал следы, и заданием Бонда было вычислить убийцу, угрожающего уничтожит фармацевтических монстров. Последняя партия антибиотиков Cdpm обладала, мягко говоря, несколько иными побочными эффектами, чем это было заявлено на брошюрах. Людьми, принявшими даже малую дозу, овладела апатия. Полностью терялся интерес к внешним раздражителям. Скандал был знатным. Сотрудникам Cdpm удалось доказать свою непричастность: партия, отходящая со склада, была в идеальном состоянии. А спустя два дня после разбирательства главные свидетели стали умирать один за другим. Донг - последний - отказался идти на контакт с британскими коллегами, обвинив их в подлоге данных. Он скрылся в одной из деревень Бенина. Но Джеймс знал, что Донг, как истинный приверженец вуду, не сможет пропустить церемонию. Ближе к полуночи Кинг заехала за ним в гостиницу. - Шикарно смотритесь, - безобидно улыбнулся Бонд, разглядывая застывшую в дверях девушку. - Мне тоже полагается одеть нечто… этническое? Айна, завернутая в многочисленные слои пестрой ткани, покачала головой: - Вам и так неплохо. Хотя… - Мисс Кинг подошла ближе и пригладила идеальный воротник рубашки Джеймса. - Я выбрала бы нечто менее европейское. У меня есть идея. Айна сняла одну из своих тонких цепочек с амулетом из переплетенных грубой ниткой камней и крошечного глиняного сосуда. Она застегнула ее на шее Джеймса и поправила так, чтобы кулон лег ровно по центру выреза рубашки. Она была так близко, что Бонд смог уловить все оттенки ее духов. Кажется, она заметила, как он вдохнул, и не смогла удержаться, чтобы не отомстить за "этническое" - Знаете главную составляющую? Берется сушеная тушка птицы. Ее режут на части и замачивают в парфюме. Привлекает сексуальных партнеров. - Туше, - согласился Бонд, шире открывая дверь. - После вас. *** Чем ближе он подходили к закрытому двору, тем сильнее отдавалась в ушах навязчивая музыка. Ничего сложного: барабаны, колокольчики, человеческие голоса, переходящие в дикий животный крик. Это было несколько… раздражающе. Бонд старался концентрироваться на зрительных и тактильных ощущениях, но ритм сбивал с мыслей. - Не нравится? - насмешливо спросила Айна. - Предпочитаю классику. - Во всем? Бонд позволил себе улыбнуться. Похоже, на приверженцев культа музыка действовала еще сильнее. Ему и самому хотелось расслабиться, мысли плыли, легко кружилась голова. Воздух пах остротой. Когда они вошли в круг, атмосфера всеобщего безумия накрыла Бонда с головой. Здесь были главы всех семей из окрестностей, вудуны и их ученики, местные жители всех возрастов. На одинаково пронзительной ноте они скандировали неразборчивые слова. В центре круга рвано танцевали женщины с длинными ножами и степенно переступали адепты духов, вооружившиеся изогнутыми посохами. Зрители, в основном сидящие на коленях, подхватывали чужие выкрики и покачивались в такт барабанам. Из рук в руки передавались глиняные чаши. Вудуны отпивали по глотку и продолжали скандировать. Языки огня багрянили их черные лица. Айна поясняла Бонда происходящее, то и дело повышая голос, агент всматривался в окружающие лица. Часто он отмечал в толпе резные уродливые маски. Неприятное ощущение, минуту назад появившееся где-то в ребрах, крепчало, и уже завладело горлом, мешая размеренно дышать. Хоровод кружил вокруг них, цветные пятна размывались. Кто-то из местных бесцеремонно толкнул Бонда, протискиваясь в самую гущу событий. В неразборчивом шуме стали различаться слова, которые не должны были звучать в таком месте. Слова, произносимые другими людьми в другом настоящем. Слова в голове. - Ну надо же, - сканировал толпу Бонд. - Эти люди мастера своего дела. Айна патриотично ухмылялась. Наконец Бонд заметил в толпе лицо Донга. Тот постоянно был в движении, уследить за ним в безумном вихре было довольно тяжело, и Бонд двинулся ему на встречу, огибая аборигенов, перешедших к более активному ритму танца. Кажется, Донг тоже заметил следящего за ним англичанина, он спешно развернулся и исчез в очередном скоплении ярких юбок. Настало время жертвоприношения. Голоса достигли своего максимума, и почти оглушили Бонда, сбивая его с цели. Кровавой жертвой был несчастный черный козленок, но его судьба мало заботила Бонда, которого уже порядком тошнило от происходящего. Ему почти удалось настигнуть ускользающую фигуру химика, как путь ему перегородил один из колдунов. Твердой рукой, сверкающей от растертого масла, он протянул Бонду чашу с напитком. Вежливо отказаться не получилось. Чаша уперлась Бонду под самый нос. Некстати агент заметил широкое лезвие ритуального ножа, свисающее с пояса жрица. - Мисс Кинг, - позвал Джеймс. - Ничего страшного. Все лишь укрепляющее, оно позволяет не потерять ясность ума и яркость восприятия во время всей церемонии. Вы оскорбите его, если не попробуйте. Оскорблять качка с ножом - не самая удачная идея, но рисковать подобным образом было не позволительно. Бонд пошел на компромисс. Он принял чашу и сделал вид, что отпивает. Зелье легко коснулось его губ. Изобразив глотательное движение, Джеймс вернул чашу владельцу и поблагодарил. Шаман ответил ему густым приятным голосом: - Пусть минуют тебя все горькие сны. И растворился в толпе. Хорошо бы, подумал Джеймс. А голоса все не сбавляли темпа. Губы щипало, и Бонд протер их ладонью, стирая напоминание о собственной глупости. Быстрее и быстрее кружились люди. В масках и без масок, с побеленными лицами и огромными влажными глазами, с ярко алыми языками и быстрыми пружинистыми ногами. Бонд шел к цели, задевая танцующих плечами, сглатывал слюну, прикрывал глаза, но шел. - Все в порядке? Айна говорила из глубокого колодца, и говорила всякие глупости. Конечно, все в порядке. Я же Бонд, Джеймс Бонд. Мир вокруг взлетел и обмяк, мир вокруг блистал. Вокруг Бонда, в глазах Бонда, в горле Бонда, на кончике пальцев. Столкнувшись с Маской, Джеймс даже не понял, что остановился. Он видел блик на кончике ножа совсем рядом с Донгом… Мгновение назад, или минуту назад. А крики людей-животных превратились в металлический соленый отзвук лезвия, он длился и длился, с того самого момента, как Бонд перешагнул круг, как спустился с трапа, как закрыл дверь потайного хода под поместьем своей семьи. Маска держала Джеймса в руках. Маска смотрела на него сквозь прорези, Маска резала его покрытыми лаком скулами. Медленно, степенно, уверенно. И могла бы стоять радом с ним вечно, если бы не холодная тишина, наступившая вслед за ее прикосновением. Тишина сменилась криками, и Маска исчезла. Айна тянула Бонда вперед к мертвому телу, Джеймс не переставая сглатывал пересохшим ртом, сжимал кулаки и следил за правильной постановкой ног. Донг был убит. И это провал. Он не успел, он ничего не сделал, мало того, слушая сердце где-то под горлом, Бонд понял, что чертовски… до ужаса Озадачен Врешь. Напуган. Смешно, но тело вновь ему не подчинялось. Клетка за клеткой, оно рассыпалось в прах. Он словно мумия, словно вампир под солнцем, словно машина, искупавшаяся в азоте: с каждым шагом от него оставалось все меньше и меньше. А Донг просто был мертв. Без мистики и пепла под кожей. Ножом в горло. Дойдя до тела, Бонд упал рядом. Пока только на колени. - Что? Что это? - Что происходит? - требовал Меллори в микро-наушнике. Он говорил еще что-то, но голос его оборвался на середине фразы. - Простите, - сказала Айна, забирая передатчик. - Простите, - повторила она, снимая с его шеи и отбрасывая ставший не нужным амулет, пропитанный дурманом. - Вы просто не понимаете, куда ввязались. Мне очень жаль. Джеймс завалился на бок и заснул. *** Очнувшись, Бонд не спешил открыть глаза. Он слушал, как волны разбиваются о корму, ощущал качку и прохладный утренний бриз. Судно шло на парусах, они хлопали надо головой, ловя порывы ветра. Такой лодкой мог управлять и один человек. Если это так, то у Бонда были весьма неплохие шансы. Просчет возможных ходов позволил отвлечься от едких мыслей о собственном провале. Когда раздались тяжелые шаги, агент максимально расслабился и выровнял дыхание. Незнакомец прошел совсем близко, Бонд почувствовал на своем лице движение воздуха. И как только стих звук его шагов, Бонд открыл глаза и попытался пошевелиться. Руки и ноги были стянуты умелыми рыбацкими узлами. Вывернув запястье так, чтобы металлический ремень наручных часов уперся острым ребром в веревку, Бонд приступил к делу. Через три минуты он был уже свободен. Тихо переступая с мыска на пятку, он настиг своего охранника, завязалась короткая борьба. Бонд двигался, стараясь не производить лишнего шума. Темнокожий мужчина по какой-то причине тоже не фонтанировал эмоциями. Отрава Айны все еще была в крови, мышцы плохо подчинялись командам мозга, но Бонд игнорировал сигналы тела и впечатывал удары точно по выбранным целям. Однако противник, казалось, совсем не чувствовал боли. Каждый раз падая, он поднимался и снова шел на врага. Солнечные очки, болтавшиеся на одной дужке, наконец, слетели с его носа, и Бонд, застыв от увиденного, пропустил удар в солнечное сплетение. Глаза у моряка были совершенно белыми. Они дико контрастировали с угольно-черной кожей и, казалось, светились от ярости и желания разорвать врага. Бонд, отлетевший назад, вовремя сориентировался и выхватил за одним из ящиков самодельный гарпун. Воспользовавшись им, как прикладом, он нанес мощный удар в голову. Это смогло его затормозить. Прицелившись, Бонд глухо прорычал: - На кого работаешь? Белые глаза смотрели также яростно и бессмысленно. Мужчина едва ли понимал, что ему угрожают оружием. Бонд повторил вопрос, приставив острие к обсидиановому горлу, но вместо ответа человек дернулся вперед, вынуждая Джеймса спустить курок. Гарпун пронзил плоть и на дюйм вошел в палубу. - Проклятие, - зашипел агент, выдергивая острие, которое могла еще пригодиться. – Ну, вот что со всеми вами не так?.. Вскинув гарпун, Бонд медленно пошел по карме. Приблизился к закрытой каюте. Прислушался. Рывком распахнул дверь. Под прицел попала сгорбленная фигура, сидящая на низком деревянном столике. Узнав человека, Бонд застыл. Но только на секунду, а потом сразу же спустил курок. Может быть, его выдали глаза, а может быть, мистер Сильва, проклятый мистер Сильва, которого не смогли удержать даже черти, ждал именно такой реакции и поэтому успел увернуться. Штырь с крюком пронзил стену в дюйме он его плеча. Изобразив удивление огромными смеющимися глазами, мертвец поднялся на ноги. Глок в его ладони смотрел дулом в переносицу Бонда. - Здравствуй, мистер Бонд, - выдохнул Сильва, моргая. - Хоть ты и не рад меня видеть, Фрейд тобой определенно гордится… Не дождавшись ответа от тяжело дышащего Бонда, он улыбнулся и продолжил: - Паршиво выглядишь. Постой-ка, - словно фокусник, он из ниоткуда выхватил пластиковую бутылку воды и легко кинул ее Бонду. - Ох уж эти вечера пятниц, да? Не спуская глаз с испанца, Джеймс медленно открутил крышку и глотнул прохладную воду. Организм принял ее с наслаждением, гортань расслабилась, небо перестало отдавать железом, вернулась способность говорить. Но Джеймс не спешил. Он сделал еще один большой глоток, не сводя изучающего взгляда с испанца. Сейчас из рук Сильвы он бы принял любой напиток, любую еду - если и существовал убийца, который ни за что бы не опустился до банальных повторов, то он стоял прямо перед ним. Глок снова смотрел в переносицу. - Куда мы плывем? - спросил агент. - А куда бы ты хотел со мной уплыть? - акцент испанца, акцент этого испанца был самым неприятным, что Джеймс когда-либо слышал. От этого голоса хотелось взвести курок. Стиснуть кулаки, приложиться к крепкому спиртному. Сильва живой. Никогда еще Бонд не чувствовал себя таким… растерянным. Но, нет. Хватит. Опять пустые разговоры, пикировки, провокации. Бонд понял, что больше не может просто стоять в дверях, выслушивая весь этот бред. К тому же маленькое пространство каюты не оставляло места для маневра уклонения, и агент решил рискнуть... Джеймс медленно развернулся и зашагал вверх по ступенькам. Со стороны это наверняка выглядело забавно, словно Бонд в замешательстве. Шокированный ноль-ноль-семь медленно шагает по палубе - то еще зрелище. Нет, Сильва этого не дождется. Опасно игнорировать психопата, но так агент добьется хоть какой-то новой реакции. Бонд поднялся на корму, зеленый берег был виден с правого борта, ни намека на поселение, только пальмы, песок и соль. Судя по расположению солнца - они шли на запад вдоль побережья. При такой скорости, за четыре часа они должны были скоро дойти до Уиды. Джеймс оперся на поручни и постарался успокоить бешено бьющееся сердце. Сильва устроился рядом. - Красиво? - выдохнул он, разглядывая полосу солнечного света, которую еще не успели скрыть облака пыли. В его крупной ладони лежал черный Глок. Сильва погладил его на прощание и разжал пальцы. Пистолет полетел вниз. - Зачем ты это сделал? - прищурился Бонд, оглядывая Сильву с ног до головы так, словно видел в первый раз. - Ты мог попытаться отнять его, мы бы сошлись в жаркой рукопашной, лежали бы лежали друг на друге, - Сильва картинно закатил глаза, - совсем голые, чувствовали бы чужой пульс,.. а мне больше нравится долгая игра. К тому же у меня спина болит. Очаровательно. Закурить бы сейчас, размечталось Бонду, пустым взглядом смотрящему в лицо несущего чушь Сильвы. - Автопилот? - уточнил Джеймс, вернув испанца к насущным вопросам. - Угу. - И что дальше? - безразлично спросил Бонд - Сменим курс. Здесь недалеко есть заброшенная пристань. - Зачем? - Забавная ситуация с местными такси не находишь? Несколько пассажиров на одну машину едут в попутном направлении. С лодками то же самое. Нам просто по пути. Встань за штурвал, будь любезен. - Почему я? Сильва наконец-то отрывался от созерцания рассвета. Лучи бледного солнца на его лице напомнили о том, как огонь давным-давно окрашивал их обоих. Сильва задействовал все мимические мышцы своего искореженного лица, чтобы изобразить "ну ты чего?" - Я не могу, мистер Бонд, - "неужели ты такой глупенький, что сам не догадался?" - Я мертв. Бонд наградил его хуком справа, как мамаши награждают подзатыльником расшалившихся детей. - Ауч! - приглушенно воскликнул Сильва, прижимая ладонь ко рту. - Живой, к моему огромному сожалению, - сухо отрезал Джеймс, не желая становиться новой мамочкой Сильвы не при каких условиях. - Тебе виднее, - прошепелявил кибер-террорист, - ну вот что ты сделал?! Он вправил челюсть и рукой указал назад. - Вставай за штурвал! Теперь он - мамочка. Господи, взмолился Бонд, мне срочно нужен телефон. Под его руководством лодка легко повернула на несколько градусов. Бонд замер. Сильва был мертв. В часовне Джеймс лично проверил его пульс и зрачки. Никаких признаков жизни. Ничего, пустая оболочка. Ладно, разберемся. Лодка встала на новый курс, под пристальным взглядом чужих глаз Бонд зафиксировал штурвал и покинул рубку. - И что будешь делать. - Обыщу тут все, - честно ответил агент. Сильва только пожал плечами. - Ты намерен предоставить мне свободу действий? - не смог промолчать Бонд, с сожалением жертвуя ролью полноправного хозяина ситуации. - И не один раз, мистер Бонд, не один раз. Провозившись минуту, Джеймс вскрыл ящики, связанные грубой веревкой. Внутри обнаружились пухлые пакеты, наполненные таблетками без каких-либо опознавательных знаков. - Можно будет устроить вечеринку, - прокомментировал находку Сильва. - Зомби-вечеринку. На Хэллоуин, - откликнулся Бонд, взвешивая пакет в ладони.