Но сначала кофе, пожалуйста

Кошмар окончился, и она освободилась от оков собственных родителей, которые даже после смерти предков отягощали её. Стоило Моринг напиться, отпраздновать со старыми знакомыми в кафе победу над Человеком и его уродцами гамбургером и хорошим вином, она ввалилась в свой собственный дом и начала в спешке собирать вещи. Вишня, приглядывавший за ней до сего момента, повёл бровью: - Неужто тебя настолько вдохновила та песня с радио, что ты и впрямь решила рвануть в Сиэтл? - Да, и как можно скорее! Я больше не собираюсь тут гнить! – дерзко ответила ему Адель, полностью забив на красивое расположение вещей в чемодане. - Ну а как же собственность? Наследство? – продолжил он, слегка обеспокоенный столь поспешным решением старой знакомой. В ответ он получил связкой ключей по лицу. Встряхнув головой, он быстро прошёлся взглядом по каждому из них. Богачка буквально кинула только что в него всем своим состоянием, всем, что у неё было. Та не дала ему что-либо спросить, вставив свои слова по дороге к двери: - Родители любили не меня, а своё дикое хобби. От меня откупались деньгами. Моего брата уже не вернуть. Да и навряд ли бы он хотел, чтобы я ещё хоть год тут гнила, когда я уже больше десяти лет здесь потратила, попусту сидя на одном месте. Моя часть денег, оставшаяся после бракоразводного процесса, уже на моём счету. Остальное мне не нужно, оно уже в собственности Аарона. Arrivederci! Оставив позади своё гнилое прошлое и уместив только самое необходимое в парочке чемоданов, эпатажная женщина подошла к своей машине. Открыв багажник своего совсем новенького BMW карминово-красного цвета, она закинула в него свои вещи. Захлопнув крышку, дама, давно уже не выглядевшая на свой реальный возраст, стремительно села за руль. Сзади уже орал Хилл, считавший, что алкоголь ещё не до конца выветрился из организма его бывшей супруги, но та дала по газам и уехала, так ни разу и не оглянувшись. Прошлое было позади, так что она ехала как можно быстрее, чтобы поскорее начать новую жизнь. Путь предстоял не близкий, но она готова была к этому. Как только на пути стали появляться первые следы цивилизации в виде бензоколонок и мотелей, женщина с пышной яркой шевелюрой стала ощущать вкус жизни. Она словно бы училась жить заново. И, раз уж так и было, ей хотелось изменить себя, стать лучше. Первым шагом стало то, что она чуть менее надменно, чем обычно поблагодарила кассира за кофе и бензин, при этом оставив сдачу ему на чай. Для неё это был большой прогресс, тем более за столь короткое время. С каждой новой остановкой становилось всё легче болтать с незнакомцами. В какой-то мере она так и осталась всё той же зазнобой, любящей всех подкалывать, но уже не смотрела на окружающих свысока. Немного, но она опустилась до уровня простых людей, живших на пособия или работавших от заката до рассвета. Настроение било через край, когда на горизонте завиднелась заветная вышка, а точнее башня. Спейс Нидл – одна из самых узнаваемых достопримечательностей во всей Америке. Как же давно Адель мечтала хотя бы издали увидеть всё великолепие этой постройки воочию, собственными глазами. А какие были красивые высотные здания, деревья, гора, возвышавшаяся где-то вдали, позади этого всего… Наслаждаясь видами, Моринг даже пару раз чуть не попала в аварию. Когда бензин был почти на исходе, Адель остановилась у парка развлечений в порту, недалеко от колеса обозрения. Первым порывом было сразу же ввалиться в ближайший бар или паб и выпить, но женщина мигом себя остановила: «Ну что ты делаешь, Адель? Из крайности в крайность! Сначала бандит и угрозы от ненормального психа в маске, теперь сразу же решила начать жизнь со случайного перепихона с первым встречным с дальнейшими не самыми лучшими последствиями? Нет уж, хватит! Нельзя начинать всё с очередной попойки! Лучше будет сначала встать на ноги, найти работу… Хотя, я же ведь первый день в городе. Что же делать?» В раздумьях она и сама не заметила, как вышла из машины и, с задумчивым видом пойдя к палаткам с развлечениями, наткнулась на прилавок с яблоками в карамели. «Одно фигуре не повредит, тем более сегодня не стыдно себя побаловать», - почти без раздумий Ада купила одно и стала уплетать за обе щёки. Зубы немного побаливали от сладости, но ощущения были незабываемыми: сахар во рту, романтичный закат с видом на бухту Эллиотт… Непередаваемые ощущения лёгкости и простоты жизни. Казалось, до этого, чуть ли не с самого своего рождения, Адель просто ненавидела жизнь, а теперь, вкусив её совсем крохотные радости, внезапно так сильно возлюбила, что теперь была намерена жить несмотря ни на что. Она подошла к стальному заборчику из округлых перекладин. Лёгкий бриз ворошил волосы, словно забирая все самые тёмные и потаённые кошмары, которые увязались за ней из Сентфора. Скупая слеза капнула из уголка глаза. Неужели счастье было так близко всё это время? Что мешало ей ранее просто взять и умчать от родных, последовав примеру Майкла и Сары? «Ах да, точно», - с этими мыслями рыжеволосая женщина обратила взгляд на свои руки, на которых всё ещё были перчатки, скрывавшие её увечья. Она любила свою семью несмотря ни на что, поэтому и не сбежала. Она верила до самого конца, что её тоже любят, но язык общения родителей был иным, а её брат просто любил долгие одинокие прогулки. Но в конечном итоге она всё равно осталась одна, с травмами и увечьями на коже и на душе. Наследство было для неё ответственностью. Сокровища могли быть неплохим подспорьем в руках очевидного врага, который бы не постеснялся войти в дом без приглашения. Она машинально стянула с себя ткань, скрывавшую ожоги. Ей просто захотелось ощутить новый воздух в новом месте собственной кожей, каждым её сантиметром. - Какие необычные узоры, - донеслось из-за спины огненно-рыжей леди. Та мгновенно среагировала, обернулась. Перед ней стояла её ровесница. На вид необычное сочетание Мерлин Монро, Снежной Королевы и Одри Хепбёрн. Величавость, грация, изящество – всё это определённо было про неё, про прекрасную незнакомку, которую Адель посчастливилось встретить в этот судьбоносный вечер в порту, возле пирса. Аромат от неё был просто бесподобный – лепестки сирени, но едва уловимые; словно дуновение ветерка. Тот как раз развевал кончики волос прелестнейшей незнакомки. Ей Адель была совершенно не ровня. Единственное, что у них было общего – пышные волнистые волосы, и то у Моринг они уже давно были совсем не те, что прежде. Ей было завистно даже из-за чудеснейших веснушек на бледной коже незнакомки. «Прекрасный макияж, тёмная косуха, такие же джинсы… Откуда она?» - пронеслось в голове у женщины, что в свои двадцать шесть выглядела как старая бабка, пытавшаяся выглядеть хоть немного солидно. Неизвестная, стоявшая перед ней, слегка улыбнулась, увидев реакцию на свой облик. Взяв аккуратно в свои руки травмированные передние конечности Адель Моринг, она едва осязаемо погладила их, заставив волну приятных мурашек пробежаться по телу рыжей дамы. - Такие красивые руки. Боюсь представить, что вам пришлось пережить, - в голосе чувствовалось сопереживание, в глазах блеснула горесть, но всего на мгновение, после чего на лике неизвестной красавицы возникла надежда. – Вы невероятно сильная, знайте это. Даже ваши шрамы очень красивые. Как и вы. - С-спасибо… Б-большое, - неожиданно для самой себя Адель заробела, покраснела от смущения. Та, в чьих голубых глазах можно было утонуть мыслями с головой, слегка отпрянула: - Я… Я же не причинила вам боль? Простите меня, пожалуйста. Просто увлекаюсь в последнее время естественной красотой людей, работаю в группе поддержки населения, учусь на психотерапевта… - Нет, что вы, мне очень приятны ваши слова! – прервала поток её слов мисс Моринг, слегка размахивая кистями рук, пока случайная собеседница не рассказала всю свою подноготную. Неловкое молчание. Внезапно рыжеволосая, что раннее слыла той ещё бестией, заметила в ней нечто знакомое: выглядела как топ-модель, но была совершенно одна. Её так никто и не окликнул, а для тихони она была излишне яркой, ухоженной. - Тоже начинаете жизнь заново и хотите замолить грехи, исправившись? – слишком прямо спросила Адель, чувствуя, что может быть не права. - Ох, и вы? – удивилась конопатая дева, коснувшись кончиками пальцев ладоней рыжеволосой. - Да, буквально только что приехала в город, - Моринг слегка запнулась, но всё же решила, что стоит растопить лёд. – Родственников у меня нет больше, ничто не держало на прежнем месте. Развод и расправа с… Со старыми проблемами дали толчок к тому, чтобы переехать и дать себе шанс. - Понимаю, - пепельноволосая богема легонько закивала. – Сама приехала около года назад. В школе была той ещё оторвой, выпускала пар на слабых парнях и девушках. В основном это было связано с родителями. Точнее даже будет сказать конкретнее, с мамой. Она была восходящей звездой, но моё появление не входило в её планы. Но ей хотелось создать из меня ещё более лучшую версию себя, без каких-либо изъянов, натренированную быть идеальной чуть ли не с самого рождения. - О боже, да! Как же мне это знакомо! – карамельные глаза огневласой загорелись от восторга. Молодые девушки проболтали весь вечер: они говорили о родителях за чашкой чая, во время тира болтали о бывших и разбитых надеждах, вместе смеялись и плакали над какими-то ситуациями, поддерживали друг друга… За всё время Адель Моринг так и не надела вновь своих перчаток, оставив своё солнечное платье без аксессуара. В какой-то момент первая подруга Ады в новом городе отошла за напитками и вернулась с приличным количеством сидра. Тут она не смогла устоять, решила оправдать себя тем, что выпьет за знакомство и за новую жизнь. - Адель, ты классная! Ты заслуживаешь быть счастливой! – язык Сары уже слегка заплетался. – И пусть этот твой бывший идёт на… Она осеклась, вовремя вспомнив что вокруг ещё гуляли дети с родителями, после чего продолжила: - На три весёлых буквы. И его помощника туда же. И всех, кто сделал тебе больно, тоже туда. Они тебя не достойны. Ты самая лучшая женщина на свете. Ты даже лучше, чем я. - Нет-нет-нет! – отрицала Адель Моринг, громко простучав по столу кулаками в ритм своим возгласам. – Ты видела себя в зеркало? Ты богиня во плоти! Какой Апполон тебя так обосрал, что ты сбежала в другой город? Я лично готова вмазать ему за тебя! Бледнокожая красавица с аккуратными чертами лица поникла, вытирая слёзы. Не успела новоиспечённая подруга начать её успокаивать, как сама заговорила: - Я сама виновата. Довела парня. Бедный Курц, он действительно долго терпел, а мог же ведь дать сдачи, рассказать о травле учителям, копам. Я такая дура, опомнилась только тогда, когда его бугай-одноклассник начал прессовать больше чем обычно. И перегнул. Сильно. Сама пошла, всё рассказала. А дальше всё пошло под откос. Я встала на его место, репутация коту под хвост, но мне плевать. Из-за меня пострадал человек. Умный, скромный… Какой же я была дурой! Вся крутость американки с голландско-немецкими корнями улетучилась в мгновение ока, словно злой волшебник в теневой мантии наслал на неё ужасное проклятие. Но в следующую же минуту его заклятие разрушила та, что уже давно потеряла всё, что было ей дорого. Прижав обладательницу прекрасной белой волнистой короткой причёски к груди, пригладила, приголубила, успокоила. Вдоволь наплакавшись и попутно напившись в тот вечер, дамы стали очень дружны. Чуть не уснув за барной стойкой, они вышли под ручку с охранником ярмарки, проводившим их до двери такси. Так как у рыжей тусовщицы не было ни возможности сесть за руль, ни даже снять себе номер из-за отсутствия трезвости, Воннегут, будучи более трезвой, назвала свой адрес водителю и девушки, ввалившись к таксисту в машину, умчали на Пайн Стрит, седьмое авеню. Яркие огни ночного Сиэтла ласкали уставшую кожу лица двадцатишестилетней Адель Моринг. Они касались и лика Сары Воннегут, но та и подавно не обращала внимания на собственную красоту. Что-то её пленило в едва знакомой ей дамочке. Они были очень похожи: у обеих была непростая юность, чудовищные последствия собственных действий, страдания от них, траур по близким, не сильно-то любившим и ценившим их… Столько всего их связывало. «Определённо, судьба», - подумала красавица, нежно убрав непослушную рыжую прядку за ухо сопевшей на её плече женщины. Водитель попался добропорядочный, так что довёз женщин точно до места назначения без происшествий. Отоспавшись за столь короткий промежуток времени, что они были в пути, леди отблагодарили его на словах и вышли к зданию из красного и белого кирпича, зашли в него. Быстро добравшись до лифта, нажали на кнопку самого последнего этажа. Едва стоя на ногах, дошли до двери. Конопатенькой девице пришлось покопаться, прежде чем отворить дверь. Прицелиться ключом в отверстие было трудно, ещё и с новой знакомой на плече. Поняв, в каком виде они заявились в съёмную квартиру, высокая и богоподобная прошагала словно величавая львица до ванной, включила воду. На ходу снимая обувь, прошлась обратно до прихожей. Дверь закрыла без лишних проблем, но вот с Адель пришлось повозиться. Так как та вредничала и не хотела слушаться, пришлось раздевать её прямо на месте и, превозмогая саму себя, «Снежная Королева» потащила её к ванне. Благо после раздевания Моринг внезапно поскромнела, воспряла, хотя могла бы при желании и подраться. Чуть не плача, словно готовясь к нежелательному акту, Адель вжалась в грудь всё ещё одетой работницы социальной службы. Та успокоила её, максимально ласково заговорив: - Не волнуйся, всё хорошо. Я просто помогу тебе умыться и немного прийти в себя. Потом мы поспим, а завтра решим, что делать и как тебе помочь обустроиться в Сиэтле. Словно котёнок с улицы, она доверилась ей, аккуратно и нехотя под ручку погружаясь в воду. Вид полностью раздетой рыжеволосой дивы смущал их обеих, но всё же Воннегут решилась попробовать помыть её. Адель чувствовала запашок от себя, но при этом ощущала слабость, так что позволила потереть себе не только спинку. Прикосновения девушки со столь знакомым именем сводили с ума. Особенно будоражили прикосновения к шее, ключице, плечам, груди, спине, тазу, бёдрам, икрам, лодыжкам… Плавные движения возбуждали её, но Адель не хотела отпугивать своим поведением новую подругу, кроме которой у неё никого не было. Она не видела смущения на лице веснушчатой красотки. Та желала её не меньше, но так же боялась того, что её оттолкнут. «Мы знаем друг друга меньше суток, не стоит торопить события», - такие мысли вертелись в головах у обеих. Окончив намыливать деву, длинноногая стала смывать с неё бережно пенку тёплой водой, слегка касаясь кожи. От одних только прикосновений рыжая была готова растаять. Подмывать её новая знакомая не решалась, но руки Адель сами направили её к заветному местечку. Крайне сильно взбудораженная собственными действиями, Моринг не решалась взглянуть на неё. «Плевать! Я хочу её! Хотя бы раз! Пожалуйста!» - молила в мыслях Адель, трепеща. Слегка озадаченная, голубоглазая поддалась ей. Сначала она просто хотела позаботиться о ней, но та сама стала отвечать на её прикосновения, слегка водя бёдрами. Взгляды обеих упали на возбудившиеся соски одной из них. Оголённая, сидевшая в ванной, отвела взгляд в сторону, в угол ванны, стыдясь саму себя. Тем временем пальчики проникли дальше. Вторая рука отпустила шланг от душа, тот упал на дно рядом с коленками Моринг. Пока одна рука дразнила вагину, вторая игралась с сосками, а пышные губы горячо впивались в шею, оставляя крупные засосы. Адель старалась не выдавать своего удовольствия, но даже кусая собственные губы она издавала предательские стоны наслаждения. В какой-то момент она вывернула руку над головой, согнув её и погрузив свои пальцы в густую снежную шевелюру, а вторую положив на пальчики партнёрши. С каждым прикосновением она хотела ещё и еще. Она пожелала, чтобы сладострастные губки впивались в неё более жадно, и Сара, словно прочитав её мысли, исполнила это желание. Задействовав в одном месте больше пальцев, а в другом активно сжимая затвердевшие соски и упругие груди, она заставила Адель Моринг кончить. Дав ей отдышаться, девушка-терапевт с нетипичной внешностью погладила её по позвоночнику, после чего вновь стала поливать водой. - На этот раз сможешь сама там справиться? Боюсь не удержаться, - почти шёпотом проговорила бледнокожая богиня и, получив робкий кивок в ответ, продолжила смывать с Адель всю тяжесть прошедших дней. Та, казалось, чуть сама с собой не заигралась, но на самом деле сделала всё довольно быстро. - Ты делала это приятнее, - донеслось неожиданно недовольное бурчание, когда Адель попыталась самостоятельно встать из ванной. Она поскользнулась и чуть не упала. - Хочешь продолжить? – с ноткой серьёзности в голосе спросила женщина с пепельным блондом, подхватившая её в полёте. - Если… Если… - Адель замялась, но внезапно вспомнила про собственную гордость и честность перед девой, посмотрела в её глубокие как два синих омута очи и сказала более внятно: - Если только ты этого хочешь. Внезапно в теле высоченной фигуристой дамы появилось столько сил, что она взяла подругу на руки и, мигом донеся до спальни, бросила её на кровать. Облизнувшись, кинулась прямо на добычу, едва остывшую после водных процедур. Раздвинув руками колени, а языком половые губы, пепельноволосая красавица погрузила его внутрь рыженькой бестии, страстно разминая в ладонях её не идеальную, но приятную на ощупь задницу, впиваясь в неё своими длинными ногтями. Стон сорвался с губ Адель. Она, сама от себя того не ожидав, слегка подалась вперёд, что сначала чуть удивило веснушчатую незнакомку, но та, расплывшись в следующее мгновение в хитрой ухмылке, глубже вошла языком в её вагину. Наигравшись вдоволь с головкой клитора, она принялась за его ножки, стала всё ближе подбираться к заветному местечку. Обведя игривым язычком пару кругов у самого входа, старательно стала выводить круговые движения, погружая язычок всё глубже и глубже. Адель стала беззащитной. Она размякла на простынях, сладко простонав во всё горло. Поджав губу, смутилась, но вместо того чтобы сложить ножки, прислонив коленки друг к другу, сильнее раздвинула их. Тело совершенно не слушалось. Такой она не была ни при ком из своих бывших. Стыд отзывался где-то глубоко в подсознании, всё больше отдаляясь, в то время как бёдра Моринг уже вовсю выписывали на простынях знак бесконечности. Внезапно белоснежная мадемуазель оторвалась от своего прежнего занятия, подтянулась к Адель Моринг, подставив свою коленку плотно между её ног. Умелые пальчики партнёрши, до этого разминавшие ягодицы, плавной волной прошлись от талии до груди рыженькой. Размяв их, потерев друг о друга, она с хищным взглядом посмотрела на Адель. Та дрожала под её напором, но всячески старалась не показывать своего восторга от происходившего. Голубоглазая бывшая звезда школы хихикнула, не теряя жара даже в голосе: - Ты такая миленькая, когда стараешься не кончать. Ещё чуть приподнявшись, она слизнула кровь с губ Адель Моринг, возникшую от того, что та прикусывала губу в надежде сдержать наслаждение. Помутневший разум выдал идею и кареглазая дева тут же воплотила её в жизнь – не дав Саре отстраниться, она впилась ей в губы, погрузив их обеих в сладкий поцелуй. Теперь Адель, словно энергетический вампир, высосала из неё разом энергию, забрала уверенность партнёрши и, обвив её ногами, повалила на бок, а после резко перевернула на спину, оказавшись над ней. Теперь ситуация была в руках Моринг. Воннегут, не ожидавшая такой реакции, заметно удивилась. Воспользовавшись замешательством, Адель моментально расстегнула её куртку, кинула жалкое напоминание о прошлом в сторону и начала стягивать с партнёрши топ с длинными рукавами, а затем и кружевной розовый лифчик с лилиями. Та и не возражала, охотно поддаваясь. Моринг начала активно мстить и одновременно благодарить за заботу своими действиями. Она давила на твёрдые соски девушки, тёрлась о её грудь своей, неумело пыталась повторить её действия с клитором и глубокими поцелуями в шею. Однако, хоть она и не имела особого опыта в обращении с женщинами, пепельная блондинка получила нереальное наслаждение от её прикосновений. Не удержавшись, голубоглазая богиня затянула Адель в поцелуй, когда та оторвалась в очередной раз от её плечика. Старательно выводя друг друга до победного, они начали ласкать друг друга, упорно разминая мягкие места, поглаживая внутри и снаружи половые органы, доводя до оргазма иными способами. Сладострастное безумие, неистовое смешение ароматов, безудержные движения навстречу привели к экстазу. Едва переведя дыхание, они уснули в объятиях друг друга, сплетя ноги и пальцы рук. Адель очнулась от ласкового тепла на коже, медленного подобравшегося к её глазам. Недовольно простонав, она отвернулась и продолжила спать. Ровно до той поры, пока в следующее мгновение над её ухом кто-то мелодично не засмеялся. Резко распахнув глаза, она попыталась вскочить с постели, но вместо этого, неумело кувыркнувшись назад, упала на пол. Грязно выругавшись, потерев бок одной рукой и голову другой, последняя из Морингов открыла глаза, лёжа уже на полу. Над ней, величаво сидя на кровати, возвышалась пышногрудая красотка с обаятельной улыбкой. Голубизна её глаз настолько пленила, что она аж потеряла дар речи. Представив, насколько жалко выглядит со стороны, Адель прокашлялась, попытавшись выглядеть хотя бы чуть более солидно. - Ты невероятная, Адель Моринг. Безумно невероятная, - сказала новая знакомая, с которой женщина провела последние несколько часов. - Спасибо, ты тоже ничего, - и тут Адель поняла, что совершенно не помнит имени девицы, с которой провела незабываемую ночь. «А говорила ли она его вообще?» - Ада провела по лицу руками, снимая напряжение. - «Чёрт, голова болит, но именно секс помню отчётливо. Думаю, даже если и постараюсь, то вообще не забуду. Но как же это было… Мать его… Как же было классно». Не успела Моринг продолжить мысль, как беловолосая девушка встала с кровати и, сделав пару изящных шагов, наклонилась к ней и поцеловала в морщинку на лбу. - Сара. Сара Воннегут. Приятно познакомиться, Адель Моринг, - пригладив непослушные рыжие локоны, она отошла к двери и, накинув халат, развернулась, обращаясь к сидевшей на полу даме: - Чай? Кофе? Вино? - Второй раунд, - хитро ответила порозовевшая и помолодевшая душой девушка, вставая на ноги. – Но сначала кофе, пожалуйста.