Отыщи меня среди виноградника

Каждый раз, возвращаясь на винокурню «Рассвет», Кэйа испытывал смешанные чувства. С одной стороны, здесь прошло его детство — лёгкое и беззаботное, счастливое детство, воспоминания о котором каждый раз согревали душу капитана прохладными одинокими вечерами. И его любимое вино, лучшее во всём Мондштадте, тоже изготавливали здесь, на этой винокурне. С другой же стороны… вечно хмурое и сосредоточенное лицо Дилюка, которое лучше любых слов говорило: «Уходи, видишь же, что я занят и не желаю ни с кем общаться», отбивало всё желание посещать данную локацию. Поэтому Кэйа наведывался на винокурню исключительно по деловым вопросам, чтобы лишний раз не провоцировать Дилюка — хватало и того, как он, работая за барной стойкой, каждый раз прожигал Альбериха взглядом, пока тот потягивал «Полуденную смерть» в «Доле ангелов». Подходя к виноградникам, капитан кавалерии морально готовился к короткой, но язвительной лекции на тему того, что «разгильдяи из Ордо Фавониус» никогда и ничего не могут сделать сами, и ему, Дилюку, вечно приходится делать всю работу за них. — Ты потерял? Ты потерял её?! Как ты мог её потерять, она же только что была здесь! О нет, нет-нет-нет, Джинн нас теперь убьёт! Из густой листвы вырвалось чьё-то пронзительное восклицание, за которым последовало шуршание. Кэйа тут же отвлёкся от всех своих размышлений, с любопытством всмотрелся в "ожившие" кусты и тихо направился к источнику звука, положив ладонь на рукоять меча — рыцарская привычка. — Убьёт лишь в том случае, если от нас хоть что-то останется, — ответил юношеский голос, который Кэйа сразу же узнал. — И кого же такого потерял наш почётный рыцарь, что Джинн будет готова его за это убить? Итэр и Паймон тут же вынырнули из куста от неожиданности, вытаращившись на Альбериха глазами размером с золотую монету. — Кэйа! — вскрикнула спутница путешественника, отлетев назад. — Ты зачем пугаешь Паймон?! — Прошу прощения, я вовсе не собирался никого пугать, — капитан поднял руки в примирительном жесте. — Всего лишь хотел поинтересоваться, что такого интересного вы ищете в винограднике. — Я тоже рад тебя видеть, Кэйа, но у нас сейчас нет времени, — Итэр заговорил полушёпотом. — Тебе не попадалась Кли? — Кли? Я видел её сегодня утром в городе, она вроде собиралась к Альбедо на Драконий Хребет. А зачем вам… — Кли собирается взорвать винокурню, а мы пытаемся её остановить! — выпалила Паймон, да так, что оглушила путешественника на левое ухо. — Давай мы тебе потом всё расскажем, как только поймаем её? — предложил Итэр, отодвигаясь от своего компаньона. Путешественник ожидал, что Кэйа как минимум удивится, но тот и бровью не повёл. — Взорвать винокурню, говоришь? — с этими словами он прошёл вглубь виноградника и громко произнёс: — Рыцарь Искорка, тебе лучше выйти ко мне прямо сейчас, и тогда я не буду сдавать тебя Джинн, я обещаю. Листва заходила ходуном, кусты возле Кэйи раздвинулись, и оттуда вывалилась Кли, зацепившись ногой за тугую лозу. Капитан бережно взял девочку на руки и вынес её за пределы виноградника. — Расскажешь братику Кэйе, зачем ты хотела взорвать винокурню? — присев на корточки, чтобы быть с маленькой эльфийкой на одном уровне, поинтересовался он. — Только честно. Ругать не буду. — Кли просто хотела, чтобы Диона снова улыбалась… — стыдливо потупив глаза, призналась девочка. — Было очень жарко, поэтому Кли решила зайти к Дионе, потому что Диона всегда готовит Кли очень вкусные молочные коктейли. Но когда Кли пришла в таверну, то Диона была очень расстроена. Она сказала, что во всём виноват дядя Дилюк и его винокурня, потому что это очень-очень плохое место, где делают напиток, который сводит людей с ума! А рыцарь всегда должен устранять любые угрозы, поэтому Кли решила, что избавится от этого жуткого места и всех спасёт. — Да, а мы всё увидели и поспешили её остановить! — гордо выдала Паймон, вздёрнув нос. — Ах, вот оно что… — Кэйа улыбнулся и положил ладонь на красный берет девочки, попутно вспоминая, что днём как раз слышал о потасовке в «Кошкином хвосте», которую устроили пьяные дебоширы. — Кэйа, Диона сказала Кли правду? — Рыцарь Искорка подняла на капитана взгляд, полный детской надежды. — Это место правда плохое? Почему тогда вы не даёте Кли его уничтожить? Альберих задумался на несколько секунд, подбирая слова, чтобы объяснить ребёнку ситуацию доступным, простым языком. — Понимаешь, Диона сказала тебе правду лишь отчасти. Да, на винокурне действительно производят напиток, который может сводить людей с ума, но это происходит только в том случае, когда его выпивают очень много. Вот смотри, ты очень любишь рыбные бутерброды, потому что они вкусные, а рыба ещё и полезная. Но что происходит с Кли, когда она съедает много таких бутербродов? — У Кли начинает болеть живот и начинает тошнить, — ответила девочка, погладив себя по животу. — Ну вот, видишь. Всё хорошо в меру. Даже от воды может быть плохо, если её выпить очень много. Теперь понимаешь, о чём я? — Кли понимает, — она ритмично закивала. — Кли не будет разрушать винокурню. — Вот и умница, — Кэйа одобрительно погладил девочку по голове, уже решив, что проблема решена, как вдруг увидел в лучистых глазах Кли наворачивающиеся слёзы. — Так значит… Кли чуть не разрушила целое хорошее здание… Кли — плохая? — Ой-ёй, кажется, она сейчас заплачет, что делать-то?! — Паймон заметалась в воздухе, не зная, куда себя деть. — Вовсе не плохая. Ты просто не знала, вот и всё, — принялся успокаивать маленького рыцаря Кэйа, пытаясь придумать что-то, что могло бы переключить внимание ребёнка на себя. И вдруг его осенило. — Кли, а скажи-ка мне такую вещь — ты когда-нибудь играла в «По следам ветра»? — «По следам ветра»? — девочка приложила пальчик ко рту и нахмурила брови, вспоминая. — Да, точно! Кли видела в Мондштадте дядю, который предлагает всем поиграть в эту игру. Но мне он сказал, что Кли ещё слишком маленькая, чтобы играть вместе со всеми. А что это за игра? — Очень интересная! — начал рассказывать Кэйа, довольный тем, что заброшенная им наживка сработала на ура. — Когда-то давным-давно Мондштадтом правили семьи аристократов, и обычные люди решили их свергнуть, потому что аристократы правили очень несправедливо и жестоко. Крестьяне устраивали засады, а аристократы их ловили. И потом много лет спустя придумали игру, чтобы почтить память и подвиги тех людей. Правила очень просты: игроки делятся на «охотников» и «мятежников». Пока охотник ведёт отсчёт, мятежники прячутся на оговоренной территории, а охотник их ищет. Важное условие игры — охотнику нужно не только найти, но ещё и поймать мятежников, поэтому в случае чего от охотника можно и убежать. Если охотник ловит всех, то побеждает он, а если в команде мятежников останется хотя бы один непойманный игрок, то победителями становятся мятежники. Всем ясны правила? — Ух ты, это же прям как прятки и салочки в одной игре! — заметила Кли, запрыгав на месте от предвкушения. — Да, именно так. Мы с Дилюком очень любили играть в эту игру, когда были твоего возраста. А винокурня — идеальное место для того, чтобы здесь прятаться. — Смотря на Дилюка сейчас, очень трудно представить, что когда-то он играл в такую игру, — усмехнулся Итэр, вспоминая фирменное выражение лица хозяина винокурни и его холодный тон, который тот использовал при разговоре со всеми. — Сейчас в это действительно трудно поверить, но в детстве мастер Дилюк был таким же жизнерадостным непоседой, как наша Кли, — Кэйа вновь улыбнулся, но на этот раз как-то печально. Из случайных разговоров некоторых жителей Мондштадта Итэр узнал, что Кэйа и Дилюк росли вместе под одной крышей и были очень дружны, но потом случилось что-то, что заставило этих двоих идти совершенно разными путями. Может, оттого капитан кавалерии так хорошо и ладил с Кли, потому что та напоминала ему маленького Дилюка? — Давайте уже играть! Кли хочет поиграть! — от нетерпения девочка забегала вокруг виноградного куста. — Ну и как тут откажешь? — Альберих развернулся к Итэру и Паймон. — Вы как, в деле? — С удовольствием сыграю, — кивнул Итэр с улыбкой на лице. Вообще, после всех этих поимок неуловимого Рыцаря Искорки, юноша предпочёл бы немного передохнуть, однако просьба немного поиграть с ребёнком была всяко приятнее и легче, чем совершение набега на лагерь хиличурлов или доставка очередной посылки, о чём его просили практически каждый день. А вот «заказов» на детские игры путешественник ещё ни разу не получал. — И Паймон, Паймон тоже хочет играть! — Отлично. Тогда я буду охотником, а вы бегите прятаться. Кэйа направился ко входу в здание, остановился на маленькой каменной лестнице, закрыл глаза ладонями и принялся считать. — Ну что, побежали прятаться? — обратился Итэр к Кли, взяв её за маленькую ладошку. — Угу. Ты же поможешь Кли спрятаться? Кли не очень быстро бегает, поэтому нужно хорошо спрятаться, чтобы Кэйа не нашёл. Итэр кивнул и повёл девочку за собой, оглядываясь по сторонам в поисках надёжного убежища. — Сюда, давай сюда! — Паймон указала на гору пустых ящиков, в которых утром доставили партию спелых закатников, необходимых для приготовления некоторых сортов вина. — Кли можно спрятать в одном из ящиков, она как раз поместится. — Да, Кли хочет прятаться в ящике! — девочка подбежала к коробке, сняла крышку и залезла внутрь. Итэр помог ей вернуть крышку на место. — Тебе удобно? — поинтересовался путешественник, беспокоясь, что ребёнку может оказаться слишком тесно или страшно в замкнутом пространстве. Его опасения развеялись, как только он услышал доносящиеся из ящика озорные смешки. — Кли очень удобно, братец Кэйа никогда не сможет найти Кли! — Ты не смейся главное, а то он по смеху тебя отыщет, — предупредила девочку Паймон. Закончив с Кли, Итэр и Паймон отбежали чуть в сторону, чтобы обдумать, куда им можно спрятаться. Времени оставалось не так много, так что приходилось соображать и действовать прямо на ходу. — Так, нам с тобой надо найти бочку побольше и… — Паймон почесала голову, окидывая взглядом пространство, — Эй, ты что делаешь?! С разинутым от удивления ртом Паймон уставилась на Итэра, который запрыгнул на стену винокурни и принялся карабкаться вверх, словно огромный паук. — Ты в своём уме, ты куда полез?! — подлетев к путешественнику, она агрессивно затопала ножками по воздуху. — Ты сейчас выбьешь окно, Дилюк тебе голову оторвёт!!! — У тебя есть идеи получше?! — огрызнулся в ответ Итэр, хватаясь за верх оконной рамы. — У нас нет времени на то, чтобы осматривать локацию, а с крыши хотя бы можно будет следить за Кэйей, и если он сюда полезет, то мы сможем улететь от него на планере. — Делай, как знаешь! Но если ты вдруг свалишься и свернёшь себе шею, то помни — Паймон тебя предупреждала! Нога предательски соскочила с кованой решётки, и путешественник повис на одних лишь руках, смешно болтаясь на окне, а после свалился в идеально подстриженные кусты. — Силы закончились, — объяснил Итэр, потирая ушибленный бок. — Ага! А Паймон ведь тебя предупреждала! Но ты разве послушал Паймон?! Нет, ты не слушал! Паймон так и продолжила бы ругаться, если бы не громогласное оповещение от Кэйи, находящегося на противоположной стороне здания: — Берегитесь, мятежники — я иду искать! — О нет, Кэйа уже закончил считать, а мы ещё даже не спрятались! — запаниковала Паймон, испуганно озираясь по сторонам. Итэр схватил её за руку и нырнул в ближайшие кусты, затаив дыхание и прислушиваясь к каждому шороху. А Кэйа тем временем проверил под телегой, осмотрел пару деревьев и густой кустарник, который показался капитану подозрительным. Обойдя все самые очевидные места, охотник принялся прочёсывать окрестности уже внимательнее. Он бросил взгляд на виноградники. Интересно, кто-нибудь там сейчас прячется? На его взгляд, это место было одним из самых удачных: сидишь себе тихо, скрытый от всего мира зелёными листьями и виноградными гроздьями, и ни о чём не беспокоишься. Охотника, конечно, не видно, но его местоположение можно определить по шелесту листвы, и, если он окажется рядом — вскочить и убежать, не оглядываясь. И когда Кэйе и Дилюку всё-таки доводилось поиграть в «По следам ветра» на винокурне, то Альберих первым делом бежал прятаться именно в виноградниках. Капитан кавалерии печально ухмыльнулся самому себе. Надо будет отдать дань традиции и в следующем раунде обязательно спрятаться в излюбленном с детства месте. Решив оставить виноградник на конец игры, Кэйа вернулся к зданию, чтобы получше его изучить. Он поднял голову наверх. Мог ли Итэр засесть на крыше? С точки зрения стратегии, крыша винокурни была ничуть не хуже виноградников: труднодоступное место, высота и широкий угол обзора, а также пространство для отступления — наверняка такой опытный путешественник обратил внимание на подобное укрытие. Приметив удобное окно с решёткой, Кэйа стал забираться по нему наверх, однако попытка не увенчалась успехом, и он шумно приземлился возле кустов. Внезапно один из них зашевелился, и оттуда пулей выскочили, словно напуганные стрелой аисты, Итэр с Паймон, которые тут же кинулись за угол здания, вопя от испуга. — Вот так удача! — довольно воскликнул капитан кавалерии, преследуя мятежников. Кэйа бегал очень быстро, а потому почти сразу же сел путешественнику на хвост, готовый вот-вот схватить его за руку. Они пронеслись мимо груды ящиков, в одном из которых затаилась Кли и внимательно следила за происходящим через маленькую щель. Увидев, как тщательно Кэйа рыскает возле винокурни, девочка решила, что пора менять укрытие. И как только она убедилась, что внимание Альбериха целиком и полностью сосредоточено на Итэре с Паймон, она аккуратно отодвинула крышку и вылезла из ящика, а затем надела его себе на голову и маленькими осторожными шажочками направилась к небольшому амбару. — Попался! — Кэйа повалил Итэра на землю, заключая в цепкие объятия. — Всё-всё, поймал, отпусти! — мятежник поднял руки вверх, параллельно пытаясь отдышаться. — Кэйа, нельзя так быстро бегать! Из-за тебя у Паймон теперь колет в боку! Тебе должно быть стыдно за это! Альберих лишь рассмеялся, поднялся на ноги, отряхнул брюки и отправился на поиски Кли. Его внимание сперва привлёк шаркающий звук, как будто кто-то передвигал тяжёлую деревянную палку по каменистой поверхности, а затем капитан увидел двигающийся ящик. Иногда из-под ящика появлялись ноги в маленьких сапожках, и тогда ящик переставал шуршать о землю и двигался быстрее. Увиденное заставило Кэйю искренне улыбнуться. Он со скрытностью кота подкрался к ящику и приподнял его. Кли тут же схватилась за голову, не понимая, куда пропала её маскировка, а потом подняла глаза на Кэйю. — Ты всё-таки нашёл Кли? Как ты меня нашёл? Кли же так хорошо спряталась… Кли теперь охотник? — Нет, охотник у нас теперь наш почётный рыцарь, потому что я его первого поймал, — капитан кавалерии подмигнул путешественнику, наблюдая за тем, как тот вместе с Паймон идёт к месту отсчёта. Усадив Кли на небольшое деревце и хорошенько замаскировав её ветками, Кэйа побежал в тень родных виноградников. Там он устроился поудобнее и перевёл дух, подставив лицо солнечным лучам. Всё было практически так же, как и в тот день. Разве что тогда был закат — такой красивый и яркий, что тот прочно врезался в память Альбериха, и играли они тогда только с Дилюком. Искали друг друга по всей этой огромной территории винокурни. Кэйа так сильно погрузился в воспоминания, что не услышал, как прошёл отсчёт, и не заметил, как Итэр оказался прямо рядом с ним. Альберих вздрогнул, вырванный из размышлений, когда путешественник крепко ухватился за его широкие плечи. — Кэйа, ты чего, заснул? — Паймон пощёлкала маленькими пальчиками перед его носом. — Ты даже не убегал. — Да так… — капитан лишь отвёл взгляд в сторону. — Просто вспомнил кое-что. Не обращайте внимания.

***

Убаюканный полуденным солнцем, Дилюк спал мёртвым сном прямо за письменным столом своего кабинета. Монотонная работа с документами просто не оставила ему шансов: всю прошлую ночь Рагнвиндр пожертвовал ради защиты Мондштадта под маской Полуночного героя, ведь бездарям из Ордо Фавониус нельзя было доверить даже обычное патрулирование улиц. А потому Дилюк не услышал, как Итэр зарядил ногой в окно первого этажа, чуть не выбив его; не проснулся, когда Кэйа попытался повторить слабоумный подвиг путешественника и шумно спрыгнул со стены. И лишь пронзительные крики Паймон и Итэра, которые, испугавшись Кэйю, вылетели из кустов, заставили Дилюка разлепить свинцовые веки. — Что, во имя Барбатоса, там происходит? — зло процедил Рагнвиндр, на ходу натягивая пальто и открывая парадную дверь. Его взору предстала следующая картина: носящийся вокруг винокурни путешественник с Паймон, убегающий от Кэйи вместе с Кли. Дилюк сперва потерял дар речи и просто молча таращился на странную компанию, которая крушила его винокурню. — Что вы здесь забыли?! — наконец рявкнул он, от чего троица остановилась как вкопанная. — О, мастер Дилюк, какая приятная встреча! — Кэйа отмер первым, натянул на лицо широченную улыбку и приветливо помахал. — А мы тут отдаём дань мондштадским традициям и играем в «По следам ветра». — Ты разве не знаешь, что на винокурне играть нельзя? — Пятнадцать лет назад это тебя вообще не останавливало, — Кэйа приблизился к Дилюку. — Пятнадцать лет назад мы были детьми, — сухо парировал хозяин винокурни. — Если ты не заметил, мы как раз играем с ребёнком, — Альберих кивнул в сторону Кли. — Ты же знаешь, какие… специфичные представления об играх у Кли, поэтому надо было придумать, чем её занять. Пара сломанных виноградных кустов, мне кажется, лучше, чем разнесённая в щепки винокурня, разве нет? — Вы мешаете мне работать, — скрестив руки на груди, отрезал Рагнвиндр. — Идите играйте где-нибудь в другом месте. — Да ладно тебе, Дилюк, не будь таким занудой! Неужели ты забыл, как сильно мы любили играть на винокурне в «По следам ветра», когда были детьми? Неужели ты забыл, Дилюк? А я вот помню тот день до мельчайших подробностей, и как раз вспоминал его буквально десять минут назад. Позволь тебе напомнить.

***

— Один, два, три, четыре, пять… Топот ног, шорох виноградных листьев и тихий смешок — это Кэйа несётся прятаться, пока идёт отсчёт. План точен и надёжен: затаиться в самом сердце громадного виноградника, и пускай Дилюк хоть всю винокурню прочешет вдоль и поперёк, всё равно не сможет отыскать своего проворного и хитрого братца. Облюбовав себе местечко с зарослями погуще, Кэйа плюхнулся прямо на землю — Аделинда будет не в восторге от его запачканных шорт, быть может, даже отчитает за неаккуратность, но кого это волнует? Они с Дилюком ступили на скользкую дорожку, как только осмелились играть в «По следам ветра» на винокурне, где играть им было запрещено самим мастером Крепусом, и если их поймают, то наверняка накажут куда серьёзнее, чем за грязную одежду. Запретный плод сладок, и у мальчишек представилась идеальная возможность, чтобы втайне вкусить его: их отец остался в поместье на деловом вечере, а Дилюка с Кэйей отправил на винокурню, посчитав, что знакомиться с дипломатами Фатуи им ещё рановато. Хорошенько замаскировавшись в виноградных листьях, Кэйа позволил себе расслабиться — Дилюку потребуется немало времени, чтобы обежать все плантации, не говоря уже о постройках на территории винокурни. Он запрокинул голову и с наслаждением вдохнул воздух, который под вечер вобрал в себя всю пряность трав и свежесть ветра. Мальчик сделал ещё один глубокий вдох. Так могло пахнуть только летом, когда вся жизнь находилась на пике своего цветения, и люди становились добрее и счастливее, наблюдая за красотой, что окружала их со всех сторон. Барбатос преподнёс жителям своего города лучшее, что только могло преподнести божество. Он разогнал серые тучи и подарил нежное, благоухающее лето. А ещё помог свергнуть жестоких аристократов, и благодаря нему они с Дилюком теперь могут играть в такую весёлую игру как «По следам ветра». Кэйа завороженно наблюдал за тем, как солнце, похожее на круглый спелый закатник, неспешно опускается за горизонт, окрашивая небо в оранжевые, розовые и сиреневые полотна. Они перетекали и смешивались друг с другом, как акварель на холсте умелого художника. Такие волшебные закаты случаются только летом. Мастер Крепус говорил, что Фатуи — очень сложные и замкнутые для общения люди, холодные, как вечная мерзлота на Драконьем Хребте. Может, это потому, что у них не бывает лета? Ведь в Снежной царит вечная зима, и Кэйа был практически уверен в том, что, проживи он в стране Крио Архонта годик-другой, сделался бы таким же суровым и жёстким, как дипломаты Снежной, скрывающие свои лица под странными масками. Мальчик фыркнул. Надо было мастеру Крепусу вывести Снежную делегацию на прогулку, а не запираться в душном поместье — глядишь, и подобрели бы, обласканные местными тёплыми ветрами. А если позвать их поиграть в «По следам ветра», чтобы лучше познакомить с культурой и историей Мондштадта? Даже многие взрослые в их городе любили и играли в эту игру, чего уж говорить про детей. Интересно, а были ли в Снежной какие-нибудь похожие национальные игры? Кэйа почему-то в этом сомневался: в его представлении все жители Снежной были слишком серьёзными, чтобы играть в какие-либо игры. Даже дети. Предавшись раздумью, Кэйа совершенно потерял бдительность, а потому не заметил Дилюка, который вынырнул из кустов прямо перед ним. — Ага, а вот и ты, гадкий мятежник! — Рагнвиндр прыгнул на брата, но тот вовремя опомнился, перекатился по земле, вскочил на ноги и бросился наутёк, пробивая себе путь сквозь стену виноградных деревьев. Дилюк не отставал, дышал ему в спину; Кэйа только и успевал уклоняться от цепких и проворных рук. Наконец, Рагнвиндру удалось схватить мятежника за ворот рубашки, мальчишки сцепились, упали на землю и кубарем покатились вниз по склону. Их остановила деревянная балка, служившая опорой для виноградной ветки, в которую братья влетели со всего размаху. Воспользовавшись замешательством от удара, Дилюк вскочил на спину брата и придавил его к земле, чтобы у того не было ни малейшего шанса выбраться. — Ты подглядывал! Ты всё видел! — Кэйа кое-как перевернулся и ткнул обвинительным пальцем в грудь брата, заливисто смеясь при этом. — Ты не мог меня так быстро найти в этих зарослях, ты подглядывал! — Я не подглядывал! — запротестовал Дилюк. — Просто ты топаешь, как племя хиличурлов — тебя с другого конца винокурни слышно было, как и куда ты бежал! — Уши свои закрывать надо! — Кэйа показал язык, пытаясь дотянуться до густых волос брата и натянуть их ему на уши. — Умей проигрывать, а ещё научись бегать потише, — посоветовал Рагнвиндр, уклоняясь от рук Альбериха. — Ладно, всё, сдаюсь, ты выиграл, — Кэйа растянулся на земле, раскинув ватные руки. — То-то же, — Дилюк слез и помог брату подняться. — Я тебе сейчас покажу, как надо прятаться. — Извольте уж, господин мятежник, — Кэйа поклонился с напускной театральностью и отправился к месту отсчёта. Позволив Дилюку спрятаться, Альберих сперва осмотрелся. В какую сторону пойти в первую очередь? У Дилюка не было каких-либо излюбленных мест, наоборот: он каждый раз искал и находил что-то новое. Мальчик обежал винокурню, заглянул за бочки и проверил сено под навесом. Тяжело вздохнул. Поиски могли затянуться надолго, поскольку Дилюк действительно хорошо прятался, а ещё быстро бегал. Но и Кэйа не собирался так просто проигрывать. Проходя мимо деревьев, Альберих вдруг услышал крик, доносящийся со стороны построек: — Кэйа, помоги!!! Это Дилюк. Забыв обо всё на свете, Кэйа помчался выручать брата, совершенно не представляя, во что можно было влипнуть на территории винокурни. Дилюк болтался на краю крыши сарая, из последних сил держась за черепицу. Его пальцы были красными от напряжения — краснее, чем глаза и волосы. Кэйа пулей взлетел на чердак, вылез через маленькое окошко на крышу и, схватив брата за руки, вырвал его из лап маленькой пропасти. — Должен признать, это действительно хорошее место. Было бы, если бы ты себя не выдал. Как ты вообще так повис? — усаживаясь рядом с Дилюком и отряхивая ладони, поинтересовался Кэйа. — Да там в одном месте черепица откололась, когда я на неё наступил, вот и полетел вниз. — Ты теперь весь грязный, — оглядев брата с головы до ног, заметил Альберих. — Ты тоже, — усмехнулся в ответ Рагнвиндр. — А ещё мы, кажется, сломали ту деревянную балку на винограднике, в которую мы с тобой влетели, и теперь нам с тобой влетит. — Определённо влетит. Именно из-за таких возможных казусов папа не разрешает нам играть на винокурне в «По следам ветра». Но, знаешь, — Дилюк повернул голову в сторону Кэйи. — Даже если нам достанется, я ни о чём не жалею. Сегодня было так здорово! Давай ещё потом как-нибудь поиграем на винокурне? — Обязательно поиграем, — улыбнулся Кэйа, — А ещё…

***

— Довольно, Кэйа, дальше можешь не продолжать — у меня всё прекрасно с памятью, и я помню тот день не хуже тебя, — оборвал рассказ Кэйи Дилюк. — Тогда ты, конечно, помнишь, что это именно ты предложил ещё поиграть на винокурне. И сейчас как раз представилась идеальная возможность. Дилюк уже хотел было послать Кэйю куда подальше, как вдруг заметил подошедшую к ним Кли. — Дядя Дилюк, не ругайтесь на братика Кэйю, это Кли попросила поиграть с ней в «По следам ветра». А ещё Кэйа сказал, что вы в детстве тоже очень любили эту игру, может, вы тоже поиграете с Кли? Ну хотя бы один разочек! — На вашем месте, мастер Дилюк, я бы не стал отказывать ребёнку, у которого целый рюкзак забит всевозможными бобами, — шепнул ему на ухо Альберих. Дилюк задумался, нахмурив брови. — Так и быть, — наконец сдался владелец винокурни. — Но только один разочек.