Рождественское чудо

      Небольшая, но уютная спальня. Пол покрывает песочного цвета ламинат, а поверх него лежит серый, с длинным ворсом, ковёр. Напротив двери — большое окно с белоснежным тюлем и задёрнутыми шоколадного оттенка шторами, благодаря которым в комнате царит полумрак. Справа от двери стоит небольшой шкаф из светлого дерева, чуть поодаль — письменный стол из такого же материала, а на нём — настольная лампа, ноутбук и куча бумаг с канцелярскими принадлежностями. Прямо напротив располагается широкая двуспальная кровать, на которой безмятежно спят двое — парень и девушка. Они бы и дальше пребывали в царстве Морфея, если бы не резкий звон будильника на электронных часах на одной из прикроватных тумб.       — Проклятье, Джонсон! — послышался недовольный женский голос, обладательница которого откинула одеяло, приподнявшись на локте и недовольно посматривая на своего благоверного. Однако тот спал и выключать будильник не спешил... «Неужели можно так крепко спать?» — девушка недовольно засопела и перелезла через парня, выключая назойливый источник шума. Выключив оный, она случайно заметила, что на неё сонным взором воззрились серые глаза. Омега насупилась. — Ты издеваешься?       — Я только проснулся, — альфа улыбнулся, лукаво поглядывая на неё.       — Да конечно, — фыркнула девушка и легла обратно на своё место. Парень перевернулся на другой бок, лицом к жене, и притянул её к себе, обнимая за талию. — Вообще-то я зла.       — Знаю я, как ты злишься, — ещё хриплым ото сна голосом сказал он и ещё сильнее обнял её, а она накрыла его руки своими. Брилл не смогла сдержать улыбки и ласково улыбнулась. Пирс прав. Злиться на него она просто не может.       Едва девушка хотела повернуться к мужу лицом, как повременила, чувствуя, что к горлу подкатывает тошнота, и это ощущение только лишь спустя некоторое время усилилось. Омега глубоко вдохнула и, быстро убрав руку парня с талии, резко откинула одеяло и, встав с кровати, бросилась в ванную.       — Брилл? — Джонсон следом за ней пошёл в ванную и увидел, что супруга обнимается с «белым другом». — Ты как? — он присел рядом с ней. Она прокашлялась и села на холодный кафель, опираясь спиной на стену.       — Не особо. Не стоило есть чёртовы креветки. Знаю же, что мне от них потом плохо, но нет же, «Вдруг мои вкусы изменились»! — перекопировала она саму себя.       — Тебе иной раз бесполезно говорить, — слегка усмехнулся альфа и, несильно сжав хрупкие плечи, вместе с ней поднялся с пола, и девушка обняла его, прижимаясь к груди.       — Это точно, — горько усмехнулась омежка. Она отошла от парня, подойдя к раковине, намереваясь почистить зубы.       — Мы ведь ещё не ели, — наблюдая за ней, сказал он, видя, как бывшая Хьюстон старательно ополаскивает рот водой.       — А как ты будешь меня целовать после... сам понимаешь? Или ты против экономии воды в душе? — она выгнула бровь, выжидающе глядя на супруга. Он усмехнулся, оперевшись на стену и скрестив руки на груди.       — Тебе что, ночи было мало?       — Тебя мне всегда мало, — лукаво улыбаясь, едва ли не промурлыкала Брилл, повторяя слова мужа, как он обычно любит ей говорить. — К тому же, только шесть утра, Джейкоб ещё спит. У нас есть время пошалить.       — Решила отыграться за две недели? — Пирс подошёл к ней и нежно поцеловал, мгновенно начиная углублять поцелуй, из-за чего омега застонала. Она ничего не ответила, лишь сильнее притянула его за шею к себе, а парень тем временем потянулся к краям её ночнушки. Если жена сама просит, то разве можно ей отказать?..

***

      По кухне витал великолепный, от которого текли слюнки, аромат омлета с овощами вперемешку с запахом кофе. Брилл накрывала на стол, в то время как Пирс заваривал им обоим ароматный напиток. Девушка улыбалась, уже пятый год ощущая необычайное умиротворение от своей жизни, чувствуя себя неимоверно счастливой, ведь разве можно жаловаться, когда со всеми твоими родными и близкими тебе людьми всё хорошо, а у тебя есть любящий и любимый муж и чудесный сын?       — Готово, — сказала девушка, когда разложила омлет по тарелкам. — Пойду разбужу Джейкоба.       Едва она это сказала, как сверху послышались тихие шажочки, и спустя полминуты в арочном проёме возникла фигура маленького человечка со взъерошенными тёмно-русыми волосами в голубой пижаме с медвежатами, который сонно одной рукой протирал глазки, а в другой держал носочки.       — Я так и знал, что вы не спите, — звонким голоском оповестил родителей ребёнок и потопал на диванчик, где рядом стоял Пирс. Малыш уселся и протянул папе носочки.       — Давай-ка сам, ты же уже большой мальчик, — Джонсон-старший улыбнулся, и сын, вздохнув, принялся надевать носки, с которыми вскоре было покончено. — Умница. Иди ко мне, — он протянул руки к ребёнку, и тот, радостно улыбнувшись, встал с дивана и ухватился за них, тотчас оказавшись у отца на коленях.       Брилл не смогла сдержать ласковой улыбки, глядя на своих любимых мужчин, в который уже раз отмечая поразительное сходство отца и сына. Пирс и Джейкоб похожи как две капли воды, из-за чего каждый, кто видел их вместе, сразу говорил, что мальчонка просто копия Джонсона.       Девушка встрепенулась и едва хотела сесть за стол, как послышался стук по ламинату, и на кухне появились Арчи, который уже давно вырос и стал взрослой немецкой овчаркой, и Макс — короткошёрстный британец чёрного окраса, которого родители преподнесли в подарок сыну на пять лет. Кот с самого появления в доме ни на шаг не отходил ни от мальчика, ни от Арчи, с которым хорошо поладил, и почти всегда они везде ходят вместе, даже спят в одной лежанке.       — Ну конечно, — омега засмеялась, — как же про вас можно было забыть! — Джейкоб тоже засмеялся и намеревался встать и погладить питомцев, как его остановило строгое отцовское «Сидеть!», и мальчик остался на месте.       Джонсон покормила животных и наконец сама села за стол, и семья в полном сборе приступила к завтраку.       — Полторы недели до Рождества осталось, — начала разговор Брилл. — Как у тебя будет с работой?       — По идее должен буду отдыхать, дежурство у меня через день после Рождества, — задумчиво ответил Пирс, нахмурившись.       — Отлично, — улыбнулась девушка, сделав глоток кофе. Пока всё складывается довольно хорошо.       Глава семьи совсем недавно устроился на службу в полицию, две недели назад, и сейчас стажируется в местном отделении, помогая более опытным сотрудникам обеспечивать порядок на улицах в патруле.       — Есть у нас уже какие-то планы на праздники? — спросил парень, умудряясь и за сыном присматривать, и сам есть.       — Мне вчера мама звонила и говорила, что они хотят вместе с твоими родителями приехать к нам. Не знаю насчёт Адри и Дэвида, но родители планируют.       — Надеюсь, что только родители... Что? — парень встретил удивлённый взгляд любимой. — Я не хочу видеть здесь рожу Картера.       — Боже! — искренне засмеялась девушка. — Они уже шесть лет вместе, а ты всё зудишь!       — И буду зудеть. Он меня раздражает.       — Конечно. Я вот что думаю, — резко сменила тему омега, — раз у нас планируется празднование едва ли не всей семьёй, нужно хорошенько подготовиться. Как ты на это смотришь?       — Ну, наверное, — пожал плечами альфа, а Джейкоб усиленно закивал головой, до этого внимательно слушая разговор взрослых.       — Отлично, тогда я за блокнотом и ручкой. Нужно всё распланировать, — широко улыбнувшись, сказала Брилл и, встав из-за стола, покинула кухню, а Пирс тяжело вздохнул. Нет, он рад приезду родных, но он планировал первые праздничные дни провести вместе со своей семьёй, а уже потом приглашать родственников. «Весело будет», — подумал парень, смотря на кружащийся за окном снег...