Прости и Прощай

Глава 24. Рауль медленно отстранился, поднялся на ноги и отвернулся, низко опустив голову. Он казался убитым... - Я не могу поверить, что ты говоришь такое,- пробормотал виконт,- ты не в себе... У тебя было сотрясение мозга, ты просто не пришла в себя еще... Я покачала головой, но он этого не видел. - Я знаю, что говорю,- прошептала я, закрыв глаза,- мне очень жаль. Когда виконт обернулся, я замерла. Его глаза были полны боли и обиды, он с такой грустью смотрел мне в глаза. Но сердце даже не дрогнуло. Лучше сделать ему больно сейчас, чем потом, после нескольких лет брака. Я уверена, что мы бы не встретили вместе светлую старость, рано или поздно я бы не вынесла такой жизни и оставила его. - Кристин, по тебе видно, что ты еще больна,- Рауль снова взял меня за руку,- я не должен был тебя будить, тебе нужно было еще отдохнуть... - Нет же, Рауль!- я вырвала руку и, поднявшись с кресла, отошла к зеркалу, пристально смотря в свое отражение. По сравнению со вчерашним днем я выглядела намного свежее,- Я прекрасно себя чувствую. И я понимаю, о чем говорю. Послушай, Рауль... Мне на тебя не все равно, ты хороший, заботливый друг, но этого не достаточно для брака. - Что изменилось за эти три дня, Кристин?- спросил он, беспомощно подойдя ко мне сзади и коснувшись плеча,- вот только мы были счастливы, ты говорила, как любишь меня, а теперь расторгаешь помолвку... - Ничего не изменилось..- я уже не знала что сказать,- О, Рауль, прошу, я итак долго храбрилась, прежде чем сказать это... Но Рауль аккуратно развернул меня к себе, взял мою руку в свою и прижал к губам: - Кристин, я люблю тебя. И я понимаю, ты волнуешься перед такой важной ступенью в жизни, как брак. Но все сомнения напрасны, ведь мы любим друг друга! - Рауль..- почему он не может принять,- если я выйду за тебя, то больше никогда не смогу выйти на сцену, а это для меня так важно... Он смотрел мне в глаза, ему нечего было сказать, ведь я была права. Затем и вздохнула и опустила глаза: - Есть и другие причины, но эта одна из них. Виконт некоторое время молчал, а затем хрипловатым голосом сказал: - Кристин, что то с тобой произошло, но я пока не понимаю что... Ты говоришь, что ничего не изменилось, но эти шесть месяцев с тех пор, как я впервые вошел сюда, в эту гримерную-мы были счастливы, ты и не думала о каких то причинах для расставания. Помнишь, ты говорила мне, как боишься Призрака? Мы ведь тогда все решили:избавимся от него, будем счастливы, поженимся, столько планов было, что произошло, Кристин? Я нервно сглотнула. Да, мы собирались завлечь Ангела в ловушку и отдать на расправу народу за его зверские деяния. Но это было так давно, будто в другой жизни. Сейчас все по другому, и я не позволю поймать моего Эрика, никогда. - Кристин, я сожалею, чин не позволяет виконтессе выступать в театре, но если ты любишь меня... - Нет,- резко и твердо ответила я. Лицо виконта исказила страдальческая гримаса,- Нет, Рауль. Я не могу принести такую жертву и оставить Оперу. Я снова отвернулась и закрыла глаза. Начинала болеть голова, тупая ноющая боль, давящая на глаза. Что бы сейчас сказал Эрик? " Кристин, снова голова болит? Ты должна лечь, с сотрясением не шутят". - Прости, Рауль. Если ты меня любишь, то... То отпустишь. - Это не справедливо, Кристин. - Не тебе говорить о справедливости, Рауль. Ты требуешь от меня слишком большой жертвы, и я не могу променять театр, это моя жизнь. У нас с тобой разные понятия о счастье. Я не могу отказаться от моей нынешней жизни, а твоя жизнь не для меня. Мы такие разные, неужели ты думаешь, что мы будем счастливы? - Да!- мгновенно ответил виконт, подлетая ко мне и протягивая на ладони кольцо,- Да, Кристин, вместе мы были бы счастливы! - Нет же, Рауль!- я оттолкнула его руку,- не будет никакого счастья! Я удивлялась самой себе, как я могу так дерзко и хладнокровно говорить такие вещи, я, которая всю жизнь боялась вставить лишнего слова. Но теперь Эрик открыл мне глаза на все, и я стала решительнее. - К тому же твои родители не одобряют меня,- напомнила я ему,- ты говорил, что тебе все равно, но это неправильно. Рауль неохотно кивнул: - Да, это было бы неправильно, но я бы сделал все, чтобы убедить их присмотреться к тебе. Ты понравишься им, Кристин... И как же наш план? Мы еще должны заманить призрака... - Нет,- прошептала я, отшатнувшись,- Нет никакого плана. Я не буду в нем участвовать. - Ты просто боишься, но скоро все закончится. Мы забудем о нем. - Я не могу о нем забыть, ведь я не перестаю о нем думать. Я зажмурилась, ожидая реакции бывшего жениха. Я слышала, как из его рук выпало и покатилось по полу обручальное кольцо, как он шокировано выдохнул: - Так я был прав,- прошептал он,- это всё он... - Нет,- солгала я, но на этот раз виконт не поверил и презрительно фыркнул,- по крайней мере, дело не только в нем. Еще и во мне. - Кристин... - Я не могу тебя полюбить тебя так, как ты заслуживаешь. Ты заслуживаешь большего, Рауль. Ты можешь мне дать все, кроме самого главного-свободы. Я устала... Устала от твоих планов по поимке Призрака, стратегий, хитростей, словно ты устроил с ним войну. Он пытался что-то сказать, но я покачала головой, прося его промолчать: - Не отрицай, Рауль,- я стояла спиной к зеркалу и думала, что если Эрик стоит за ним, то все отчетливо слышит, слышит, как я втаптываю в землю чувства человека, который меня любит,- хватит, Рауль, мы не созданы друг для друга. Возможно, если бы отец был жив и я бы тут не оказалась... - Но я люблю тебя! - он больше не мог молчать, а в его голосе сквозила безнадежность,-мы будем счастливы, поверь... Он словно убеждал сам себя, но меня не задевали его страдания. Почему? С каких пор я стала такой холодной и безразличной ко всем, кроме... Кроме Эрика. Хоть я и любила Рауля, но дружеская любовь испарится быстрее, чем настоящая. - Нет смысла больше об этом разговаривать, мне жаль. Я не могу выйти за тебя. А сейчас мне пора, я не хочу опоздать на репетицию. Я с силой толкнула дверь гримерки и вылетела в коридор. Я просто сбежала с поля боя, бросив раненого товарища... Но Рауль должен остаться один и все обдумать, принять то, что я сказала. Но тем не менее я ему не солгала. Пропустив два дня репетиций мне нужно было входить в привычный ритм жизни. Я тяжело вздохнула и торопливо пошла к сцене.