Десять лет

Тишина. Вечер. Холодный чай на столе. За окном уже стемнело, на часах перевалило за двенадцать ночи. Рядом лежала стопка неподписанных бумаг, с которыми уже давно пора бы разобраться. Китай скучающе сидел и смотрел в окно. Раздался стук в дверь. Казалось бы, кому сейчас понадобилось прийти сюда? Тайвань? С чего бы, он тут редкий гость, съехал от отца ещё год назад... Гонконг? Тоже вряд ли. Кто-то с работы? Нет, они бы написали или позвонили. Так и не разобравшись, кто это может быть, Китай поднялся и подошёл к двери. На пороге появилась высокая фигура ростом почти два метра. Человеку даже пришлось нагнуться, чтобы зайти в дом. Китай сначала даже не узнал вошедшего, слишком он изменился — уставшие глаза, шрамы, бледный цвет лица. Увидев его Китай застыл, просто рассматривая с ног до головы. — Здравствуй, Союз. В ответ пришедший просто кивнул, в свою очередь оглядывая хозяина дома. Он ничуть не изменился, только вид стал более небрежным, ранее короткие волосы отросли, лицо стало бледнее, исчез огонек в черных глазах. — А.. проходи... — Китай вдруг вспомнил, что все это время они стояли у порога и просто смотрели друг на друга. Союз молча снял верхнюю одежду, которую Китай у него тут же забрал и убрал в шкаф. Они оба в тишине прошли на кухню. — Я заварю чай. Хотя.. что я. Вино будешь? — Китай достал запечатанную бутылку дорогого вина и два бокала. — Вино? Сколько тебя знаю, никогда у тебя вино не водилось, а тут вдруг — Союз грустно усмехнулся. — Подарок Италии, — мужчина открыл бутылку и развернулся к своему полуночному гостю, опираясь спиной на стол. — А.. понял, — холодно и как-то разочарованно ответил он. — Если ты думаешь, что между нами что-то было, то ты идиот. — Ещё скажи, что за все эти десять лет ты отгородился от общества и забил на отношения. Сидел и ждал, как принцесса в башне. — Даже если так, тогда что? — Китай хмуро отозвался на сарказм Союза. Хотя последний уже и сам все понял. — Тогда я полный идиот. — А я и не отрицаю, — он разлил вино в бокалы, протянул один мужчине и сел рядом, держа в руках второй. Следующие пятнадцать минут прошли в полной тишине. Китай положил голову на плечо Союзу, а последний, как и много лет назад мягко гладил его своей большой рукой по макушке. — Скажи, Китай.. в какой момент все пошло не так?.. — С того момента, как я тебя полюбил... И до сих пор люблю ведь, — Китай отпил немного вина из своего бокала. — Тогда я ещё больший идиот. Так они просидели ещё около получаса, и вдруг Союз приподнялся: — Я наверное пойду... — Ага. Вернулся спустя десять лет, посидел час и уходит. И куда ты пойдешь ночью? Если найдешь куда — скатертью дорожка, — Китай внезапно замолчал. — Я не хочу стеснять тебя своим присутствием... — Тогда ты действительно идиот. Всю жизнь не стеснял, а сейчас вдруг словно не знакомы. Словно и не прожили столько лет под одной крышей. — И где мне прикажешь спать? — Да хоть там же, где и раньше. Твои футболки у меня остались, душ все там же, — мужчина ушел в другую комнату и через пару минут вернулся с комплектом домашней одежды, — Иди в душ и спать. Душ по коридору налево третья дверь, если ты вдруг забыл. Спальня по-прежнему на втором этаже. Китай вынул из волос заколку из волос, распуская их и развернулся, чтобы уйти, дав понять, что возражения не принимаются. В душе у Союза было немного времени, чтобы переварить все, что произошло за вечер. Картинка очень не хотела складываться. Он надеялся, что придет и застанет Китай с кем-нибудь. Что он уже давно кого-то себе нашел, и они счастливы. Так было бы легче. Не было бы той вины, что сейчас лежит на его душе. Однако Китай ждал его, и ждёт и сейчас, так что Союз выключил воду, оделся и вышел из ванной. Когда он зашёл в спальню, Китай уже лежал на кровати и что-то искал в телефоне. — Может сходим куда-нибудь.. вместе? — глупое предложение, он знал, но хотелось хоть чем-то заполнить тишину. Он был уверен, что Китай откажется, у него на это полное право. — У одного из моих сыновей завтра выпускной. Пойдешь? — У Тайвани? Китай кивнул. — Он уже почти независимое государство.. — Да... Я помню его ещё совсем маленьким... — Союз показал рукой на уровень тумбочки, — вот таким. — Дети растут, Союз. Не думал же ты, что спустя эти десять лет он так и останется ребенком? — Ты прав... Но ты уверен,что он будет не против меня видеть? — Не знаю. Но как только ты исчез, он столько раз спрашивал, где ты, когда ты вернёшься. Я сказал ему, что никогда. Пойми, легче жить, когда хотя бы у ребенка нет надежды. — Значит у тебя она все же была..? — Все эти десять лет, — кивнул Китай. Он прикусил губу, как часто делал раньше, а Союз инстинктивно потянулся и коснулся своими губами его губ. Это был не поцелуй, просто прикосновение, но оно почему-то очень сильно повлияло на него. Китай коснулся пальцами своих губ. Давно он такого не ощущал... Союз посмотрел на него и спросил: — Не стоило..? — А? Нет, все нормально... Просто.. непривычно... Союз молча кивнул. — Давай спать может? — А.. давай, — они оба отвернулись, избегая контакта, — Я выключу свет? — Да.. выключай. Китай уже давно мучили кошмары. Вот и сегодня ночью, он снова проснулся, загнанно дыша и дрожа в беззвучной панике. Однако Союз не спал. Китай вздрогнул, не хотелось, чтобы он видел его таким. Однако было уже поздно, Союз услышал его и развернулся. — Что-то случилось? — он был действительно взволнован, увидев Китай дрожащим, с подступающими слезами. — Н-ничего... Просто.. кошмары, — прерывисто ответил он. — И часто с тобой такое? — Не важно.. — однако увидев серьезный и обеспокоенный взгляд Союза Китай добавил, — Почти каждый день. Союз пододвинул его к себе, держа за талию своими крепкими руками. Он обнял его, прижимая к себе и ласково и успокаивающее гладя по спине. Через пару минут Китай и правда затих. — Мне пойти налить тебе чай? — предложил Союз. — Не уходи. И Союз не ушел. Он лег на кровать, по-прежнему прижимая к себе Китай. — Прости... Спи, я... — извинялся Китай, но его прервал Союз: — Хватит. Ложись и спи, как только я пойму, что ты спишь, буду спать сам. И Китай и сам прижался к нему, держа за руку и утыкаясь носом в широкую грудь Союза. Тот продолжал гладить его по спине и ласково поцеловал в лоб. Через ещё минут пятнадцать оба они так и заснули в объятиях.