Кастинг

Андрей проводил паренька взглядом и рванулся было за ним, но передумал. «Совсем крыша едет… — вздохнул он. — Нафига вообще мы затеяли эту историю с сериалом? Панкер предложил, а я, как дурак, согласился. Теперь вот мерещится всякое…» — Андрей Сергеевич, как вам этот студент? Похож на Михаила? — подошёл к нему режиссёр. — Знаете… Он напомнил мне Горшка, серьёзно. Но тут нельзя дать такое определение, как похож… Это что-то другое, — задумался Князь, а потом спросил. — У вас есть его контакты? — Вера, Горюхин оставил номер телефона? — крикнул мужчина администраторше. — Да, я записала тот, с которого он звонил. — А дайте его мне, я, это самое, сам позвоню, — неожиданно предложил Андрей и сохранил контакт. — Ну что, посмотрим отснятый материал? Много сегодня было кандидатов? Они с режиссером сели к монитору, а в это время Филька подобрался к Андреевой спине. — Привет, — сказал он, обращаясь к лохматому существу. То повернулось, и Филька понял, что ошибся: это был не чёртик, это был…щенок? Волчонок? — Ты кто? — заморгал бесёнок, разглядывая четырехлапого шерстяного зверька с тёмным кожаным носом, карими глазами и пушистым хвостом колечком. — Ты не из наших? Зверь злобно зарычал, оголив ослепительно-белые клыки, красивая дымчато-серая шерсть на холке и спине встала дыбом, и Филька отскочил, боясь, как бы эта псина не бросилась на него. А зверь вдруг принюхался, успокоился и совершенно неожиданно, сделав странный кувырок в воздухе, превратился в человечка, карлика, похожего на Шута. Голову его украшала низко надвинутая шляпа, на ногах были высокие охотничьи сапоги, а сам он был укутан в серый дорожный плащ. — О, дьявол… — пробормотал Филька. — Ещё один лилипут на мою многострадальную голову… Кто ты такой? — Себастьян, — ответил человечек, — но все зовут меня Охотником. — Ты оборотень? — уточнил чертёнок. — Да, я, видишь, работаю сразу за двоих, то на левом плече посижу, злые шутки повытворяю, то на правом, добро совершу, и так целыми днями, — сообщил Охотник и расхохотался. — Я тебя чуть было не съел, не люблю ваше бесовское отродье. Но потом чую, пахнет от тебя слишком знакомо. Ты от Горшка, что ли, сбежал? — Не сбежал, а отлучился по важному делу, — уточнил Филька, держась от оборотня на приличном расстоянии. — Я думал, ты тоже чертёнок, а ты вон кем оказался. — Да не трясись, я тебя не трону, — махнул рукой Себастьян и снова превратился в волчонка. — Говори, что хотел от меня? — Да пока ничего, — соврал бесёнок и поскакал догонять Мишку, но Охотник в два прыжка настиг его и аккуратно взял зубами. Филька передёрнулся от запаха псины и мокрой капающей слюны и завопил: — Пусти меня! Чё надо? Волчонок разжал пасть и то ли рявкнул, то ли тявкнул: — Давай поговорим. — Давай, — вздохнул чертёнок и сел на спинку одного из кресел. Себастьян, снова ставший человеком, сел рядом и сказал: — Как тебя зовут? — Филька, — ответил бесёнок. — Ну, будем знакомы. Расскажи-ка мне, Филиппок, всё по порядку. Андрей сегодня знатно перепугался, увидев твоего Мишку. Как ему удалось это провернуть? Филька и Охотник долго беседовали, а Князь, даже не подозревая о диалоге, что идёт за его спиной, смотрел на экран и понимал, что ни один из ребят, побывавших на кастинге, роль Горшка не вытянет. Ни один, кроме странного Михаила Горюхина. Андрей пересмотрел запись несколько раз, и чувство, что перед ним настоящий Миха, появлялось снова и снова. — Знаете, я бы отдал роль этому парню, — неожиданно сказал он. — Этому? — заупрямился кастинг-директор, а режиссёр задумчиво молчал. — Да вы что, Андрей? У него нет ни малейшего представления, как вести себя на сцене, абсолютно никакого опыта, много зажатости… — Вы не понимаете, — начал было возражать Князев, но потом махнул рукой. — Я, наверное, предвзят. Решайте сами, вы разбираетесь во всей этой кухне лучше меня. Он отошёл, не зная, как объяснить то, что он уловил в этом пареньке. У него был почти Мишкин взгляд, Мишкина манера говорить, и это выглядело органично, шло откуда-то изнутри, не было калькой с Горшка, как у других претендентов на роль, пробы которых Князь отсматривал уже на протяжении нескольких месяцев. «Он будто настоящий», — странная мысль билась в голове и не давала Андрею покоя, но он обругал себя и почти силой заставил отвлечься и заняться другими делами. — Я пойду, — он пожал руку режиссеру и прибавил. — Звоните, когда снова будет материал. А я постараюсь найти студента, может, он всё же нам подойдёт. Андрюха вышел на улицу, и Себастьян с Филькой помчались следом за ним. — В общем, Фил, всё должно получиться, поговори с Мишкой напрямую, когда будет подходящий момент. Я тоже попытаюсь на своего Князя повлиять, но он мне не всегда поддаётся. — Не поддаётся тебе? — не поверил Филька. — Нифига себе, а зачем тогда ты ему? — Неизвестно, для красоты, наверное, или для того, чтоб ты спросил, — засмеялся Охотник, обернулся серым зверем и быстро побежал за Андреем, который зашёл в магазин, взял себе пива и сел на скамейку в ближайшем сквере. Он сам не помнил, когда в последний раз пил пиво вот так, зависнув на уличной лавке, уже много лет предпочитая бары или свою комнату, но сейчас не смог победить жгучего желания. Андрюха медленно потягивал напиток, наслаждаясь горьковатым хмелем на языке, и думал о Михе. Он вообще часто думал о нём, каждый раз запрещал себе это и каждый раз не сдерживал обещания. Пиво и скамейка живо напомнили ему давние годы юности, когда они то с друзьями, а то просто с Мишкой вдвоём часами напролёт болтались в любую погоду по Питеру, сидели вот так же на деревянных лавочках в парках и на детских площадках и трепались обо всём на свете. И не существовало никаких проблем, были лишь музыка, стихи, рисунки и приколы. Не было творческих разногласий, только коллективный разум, не было подстав, предательств и лишних людей, не было жестоких ссор и не было героина. Героина, который за несколько месяцев забрал Горшка в свой плен и больше не отпустил уже никогда, несмотря на все старания самого Михи, Андрея, друзей и семьи. Князь вздохнул, допил пиво, вынул из кармана телефон, долго смотрел на свежезаписанный номер, а потом случайно, будто кто толкнул его под локоть, коснулся кнопки вызова. Непонятно отчего, Андрей разволновался, но не стал сбрасывать звонок, а дождался ответа.